ЛАЕВ 3 (СИ)

От таких новостей у меня потемнело в глазах. Я ведь тоже был там. Ещё мальчишкой!
Позже слушал оправдания Откейма и принимал соболезнования от Диридия и Дитриха. Две лицемерных гниды. Что отец, что сын.
Мне очень хотелось зайти в камеру к Дитриху и убить голыми руками. Разорвать! Растерзать, как терзают бешеные звери, и смешать его кровь с его же дерьмом! Но я терпел… Даже в огне ярости понимал, что мне не простят такую беспечность. Суд должен быть публичным. Но для этого нужно разобраться с золотом, и вот тогда…
– Так что с Азиусом? – вырвал из этих мыслей Крэйв. – Он выжил? Если да, то почему… – он раздул ноздри, – здесь пахнет смертью?
– Не выжил, – ответил я тихо.
Тихо и спокойно, кстати. Потому что смерть Азиуса меня не волновала. Смысл злиться на цепного пса?
– Нет? – Крэйв немного удивился.
– Азиус и вся его группа уже ликвидированы, – пояснил я. – Дали показания и хватит.
– А как же публичные слушания? – биормец нахмурился. – Он ведь не только исполнитель, но и свидетель. Он мог подтвердить или опровергнуть показания Дитриха.
– Возможно, – я кивнул. – Но кроме прочего он знал ещё и о золоте. А мне очень не хочется, чтобы эта информация всплыла.
25-2 
Крэйв подумал и согласился. Я же объяснил:
– Мы собрали максимум сведений, максимум материала для допроса Дитриха. Он не отвертится. Как только Тонс начнёт излагать, Дитриху придётся вывернуть карманы. К тому же теперь мы знаем где искать улики – нужно только прийти в Откейм.
– Прийти в Откейм? Опять? Да пока ты вывозишь золото, там уничтожат все улики!
– Устройство, с помощью которого преобразовывали семена дара, уничтожить крайне сложно. Да и ключ к нему был только у Дитриха. Когда пройдут слушания, мы отправимся в Откейм и в присутствии наблюдателей всё вскроем.
– А если Дитрих всё-таки не признает? – усомнился Крэйв.
– Ещё как признает, – рявкнул я.
Кто бы что ни говорил, а Дитрих слаб. Он слаб не только магией, но и духом. Его признание – вопрос чисто технический, никуда тварь не денется.
– А где будут слушания? – Крэйв снова напрягся, явно вспомнив о ментальных защитах, которые обычно всё усложняли.
– В Великом Храме. В безмагическом пространстве нашей главной святыни. Леди Мирра уже договорилась с настоятельницей, можем готовить воинов, которые обеспечат безопасность.
Король Биорма кивнул.
А потом задал последний вопрос:
– Леди Альбрина. Ты будешь спрашивать Дитриха о том нападении? Ведь он знает, что тогда случилось.
– Дитриха спрашивать не хочу, – ответил после паузы. – Только если он сам про это заикнётся.
Крэйв подарил вопросительный взгляд.
– Но мы обязаны обнародовать историю Альбрины Вейз, – признал я. – Обязаны изобличить Диридия. Только мне бы не хотелось говорить о других мирах. Боюсь, для нашей аристократии это может оказаться слишком.
– Что «слишком»?
– Недоверие. Плохое отношение к нашим с тобой леди. Вспомни, ещё недавно все переходы между мирами были запрещены.
По лицу Крэйва я прочёл, куда именно могут идти те, кто вздумает вякнуть хоть что-то против леди Марианны с дочерью. И в каких позах все эти посланные могут там сношаться.
Я был с таким мнением солидарен, одно «но»:
– Не все вопросы в нашей жизни решаются запросто и с наскока. Информации и так будет слишком много. Я уверен, что с рассказом о месте заточения леди Альбрины, если получится, лучше повременить.
Биормец помедлил и очень неохотно кивнул.
Я же вспомнил о другом – тоже связанном с иномирностью, с леди Марианной и Маргаритой. Вспомнил и спросил:
– Кстати, ты кота-то подходящего нашёл?
Собеседник помрачнел.
– Пока нет. Привёз дюжину, но этот те-ле-фон всё равно не работает. Отправил парней на юг, чтобы купили ещё десяток котят, в лучших питомниках. Но уже подозреваю, что кот леди Маргариты особенный, единственный в своём роде.
Я вспомнил лысого уродца и скривился.
Потом понял, что во дворце Крэйва сейчас целая дюжина подобных Жрецу «красавцев», и весело фыркнул.
 
– Что? – недобро переспросил Крэйв.
– Нет-нет! Ничего!
Маргарита
А вообще я обиделась. Вот просто взяла и надулась. Букеты – это прекрасно, но сколько можно? Неужели трудно выделить хоть пару минут на то, чтобы увидеться со мной?
Прямо не король, а потребитель какой-то. Поматросил, заставив поработать приманкой, и запер в Академии.
Нет, учиться-то интересно! И в кои то веки я именно учёбой и занималась, но всё равно!
В какой-то момент, сидя на лекции магистра Номана, я поняла, что не просто обижена, а сейчас лопну. Меня банально разорвёт от обиды на тысячу маленьких Маргарит!
И будет отлично, если каждая из этих Маргарит отправится в какое-нибудь приключение, прошмыгнув в щели защитного купола и ускользнув от многочисленной охраны. Просто р-раз, и… Вот тогда-то он взвоет! Вот тогда-то он поймёт!
Обида достигла наивысшей точки, и я уже решила, что нужно срочно, вот прямо сейчас, выбросить из головы и жизни этого гадкого Георга, когда в дверь аудитории постучали.
Раньше, чем магистр Номан ответил, дверь приоткрылась, являя первокурсникам утомлённого, явно не спавшего несколько суток короля.
Моё сердце, которое секунду назад было согласно разлюбить и мстительно влюбиться в кого-нибудь другого, сразу дало задний ход – расправило крылья. Но! Приличные девушки, в отличие от их легкомысленных сердец, так просто не сдаются! Мои щёки раздулись ещё больше, глаза сверкнули огнём!
Ну а Георг…
Этот подлейший из мужчин моментально нашёл меня взглядом и улыбнулся. Тут же обратился к Номану:
– Мне нужна адептка Маргарита Сонтор. Срочно.
Срочно? Нет уж. Не пойду!
25-3 
Я была непоколебима в своём решении, а мои руки тем временем сами – сами! – начали складывать в сумку писчие принадлежности и тетради.
Ноги тоже предали. Едва со сбором вещей было покончено, я встала и, спустившись по лестнице амфитеатра, направилась к двери. Туда, где ждал не скрывающий радости король.
Гад. Пришёл. Всё-таки явился, спустя почти две недели!
Вот кто он после этого?
Не люблю его и любить не буду.
Я не владела телом, но была по-прежнему тверда. Моя решимость отражалась… ну хотя бы на лице!
В коридор я вышла с поджатыми губами и хомячьими щеками. Георг увидел, но вообще не проникся!
– Злишься? – ласково спросил он, прикрывая дверь.
Я хотела не просто ответить, а рявкнуть – да! Ещё и ногтями перед наглой физиономией махнуть, давая понять, что настроена решительно и подходить ко мне не стоит.
Но я не успела… Вот просто не успела… Георг слишком быстро шагнул навстречу и, обвив рукой талию, прикоснулся к моим губам. Один быстрый поцелуй, второй, третий, а… а на четвёртом я растаяла. Ответила. Буквально впилась в него. Практически пошла на штурм!
Я была и армией, и элитным отрядом захвата одновременно. Стенобитным орудием и диверсантом, который тайно проникает на территорию врага, уничтожая ключевых военачальников одного за другим. Взломщиком, призванным вскрыть все защиты и боевым магом, который бьёт по воротам крепости испепеляющей плазмой!
В общем, я была неотвратима и шла только вперёд.
Мой натиск, мои хитрые ходы, но крепость по имени Георг сдавалась без боя. Она наоборот радовалась этому захвату и жарко целовал в ответ.
Меня прижимали и ласкали, отпускали и притягивали обратно, дразнили и будили жажду, достойную путника, одолевшего пустыню… И раз за разом напоминали о том, насколько я по нему соскучилась. Безумно! До звёздочек в глазах.
Не знаю, сколько это длилось, но, когда мы наконец оторвались друг от друга, Георг сиял, как мальчишка.
Тут, безусловно, следовало опять надуться и обозначить, что ужасно недовольна, но я не смогла. Просто смотрела на него и таяла, а голова кружилась от восторга…