Отверженный (СИ)

— Ну и что ты меня тогда пытаешься усовестить при помощи моего отца, раз ему жёлуди важнее сына?
— Ты откуда таких речей понабрался? Ах да, от проклятого же! — попытался уколоть меня он
— Не, от тебя я ничего нахвататься не успел!
— Что? С чего бы это я был проклятым?
— Ну сам посуди, единственный ученик, чувствует лес уже лучше тебя, вокруг него разные и удивительные животные, а ты, чтобы не впасть в дикую зависть, вынужден был его проклясть, найдя какой-то глупый повод. А сейчас ещё припёрся поговорить с живым деревом-энтом, которого до этого нигде в мире не встречал. И даже вынужден был для этого прийти на поклон к своему бывшему ученику, который опять же этого энта вырастил.
— Что? Это он вырастил энта? Не просто нашёл, а сам вырастил? Но как? Как такое возможно?
— А вот так! Он уже давно перерос тебя, желчный ты и мелкий старикашка. Или ты до сих пор в этом сомневаешься? Так пойди ещё и на ПВА посмотри.
— Ещё я на комок грязи не любовался. Он меня совершенно не интересует.
— Ну да, ну да, а то, что на нём начинает развиваться полноценный лес, тебя тоже не интересует? Причём обычный, а не хаоситский. Но тебе же это не интересно. Ты весь в своих мелочных заботах. Было бы ещё за что цепляться! Кому ты нужен-то остался? Белкам, зайцам? Уже и волки поди от тебя разбежались, и медведи…
— С чего бы им разбегаться?
— А зачем им жить в лесу такого противного старикашки, который дальше своего носа не видит. Ведь твоему ученику сейчас как никогда нужен твой весомый учительский совет, подсказка, чтобы не сорваться в Хаос окончательно, а ты наоборот его проклял и радуешься, как сумасшедший! Чего ты этим добился? Кому легче от этого стало? Тебе? Ему? Может, лесу? Его обитателям? Ты сам-то посмотри на своего ученика! Его уже в проклятье затянуло чуть ли не по самую макушку, а ты и носа сюда не кажешь, чтобы указать ему дорогу обратно! Всё у тебя более важные дела есть: волкам хвосты крутить, да от белок орехи прятать!
— А ведь ты прав, Хрюша! — как-то неожиданно легко согласился старичок-боровичок. И стал при это напоминать сдувшийся шарик — все гневные эмоции из него ушли, а другие пока наполнить не успели, и он весь как-то обмяк, сник. — Наверное, я действительно никудышный учитель, но ведь надо что-то делать, вытаскивать его как-то!
— Это уж твоё дело, моё дело маленькое — бегать по лесу, жёлуди искать, да в корнях деревьев жуков и личинок искать, ну и за красивой свинюшкой приударить.
О! Мой друг заинтересовался противоположным полом? Значит точно вырос! Но как он лешего-то застыдил, надо же! Я даже не предполагал, какой в нём оратор пропадает… Молодец!
— Что ж, Лесовик, прав Хрюша оказался, я действительно совсем мхом зарос, мозги думать не хотят. Но со стороны-то оно всегда виднее. Так что есть у меня для тебя задание на прощение. Простенькое…
Он задержал театральную паузу, но я по-прежнему молчал. Сам озвучит, чай не маленький. Тот хмыкнул, но продолжил:
— Так вот! Тебе надо будет вырастить лес вокруг своего замка минимум из тысячи деревьев в обхват толщиной. И чтобы в том лесу было не меньше сотни энтов!
— Иди ты… лесом! Где я тебе столько энтов возьму?
— А этого где взял?
— Из семечка вырастил, но семян таких у меня не больше пары десятков. Так что не выйдет по-твоему.
— Это что ж за семена такие, из которых энты растут?
— Обычные семена меллорна. Достались по случаю.
— То есть, ты хочешь сказать, что все эльфийские деревья это потенциальные энты? — он вытаращил на меня глаза, превратившись в какое-то страшное существо. Больше всего он сейчас со своей опущенной шляпкой напоминал карлика-инопланетянина. И тут он начал дико хохотать.
А я понял, что устал настолько, что мне даже не любопытно, из-за чего он так смеётся. Просто наплевать. Хочется, чтобы меня оставили в покое. И не беспокоили до завтрашнего утра. Захотелось встать и уйти, но сил не было. К счастью на помощь пришёл Филя и помог подняться. К этому моменту как раз азкончилась истерика у лешего.
— Спасибо тебе за эту информацию! Это было что-то невероятное! Это надо же! Меллорны — энты! В общем, я снижаю тебе задание. Надо вырастить только десять энтов, но обычных деревьев, всё равно тысячу, и ладно, пусть они будут в пол-обхвата!
 
— Ну спасибо! — почти вежливо, если бы не изрядная доля сарказма, поблагодарил я его в ответ.
— Ты не думай, это не мне нужны эти деревья, а тебе самому! — сказал проклятый старичок и испарился.
— Скажи, Хрюша, а как давно ты заделался таким дипломатичным и вежливым?
Филя фыркнул, Каркуша уткнулась носом под крыло, а мои соклановцы тоже наконец смогли подняться с земли. Мы медленно потянулись в сторону замка. До него оставалось каких-то полкилометра. Только бы ещё никто новый не появился. Я не выдержу, честное слово! Приголублю каким-нибудь заклинанием посильнее. Ну на что сил хватит. Хрюша отчего-то не торопился с ответом, но всё-таки на половине оставшегося пути я дождался-таки его фразы.
— Да ополоумел совсем этот гриб на старости лет, и одёрнуть его некому. Отец ушёл из его леса, меня ты забрал, медвежата ума пока не набрались, а деревья он не слушает. Считает, что сам всё знает, сам мудрый. А невдомёк ему, лес тоже обновляться должен, и старая поросль бурелома должна уступать обновлённым и свежим деревцам. И ты вот эта новая поросль. Ты несёшь новое и слом старого, а он не может это принять, вот и борется с тобой, не понимая ничего, хотя должен учить, наставлять, а не бросать словно котёнка в пруд. Я с тобой очень много всего прошёл. Я вырос с тобой дважды. Это много значит! Я много вижу и понимаю из того, что происходит вокруг тебя. Но многое и не понимаю, но это не значит, что я не пытаюсь этого понять. Мне интересно разобраться, узнать, понять, а он… Он закостенел. Это неправильно. Не должно быть так. Если леший становится косным, то он скоро может превратиться в дерево. А это конец. Это грустно. И я ему об этом сейчас намекнул, и он понял. Но он не готов к этому шагу, потому решился измениться. И это хорошо для всех, а в первую очередь для леса. Ну а теперь, Филька, давай на перегонки до замка! — последнее предложение он прокричал церберу и, нежно подхватив меня клыками, рванул к нашей цитадели. Ему для этого хватило всего несколько секунд.
  
День десятый
 
Утро началось внезапно, словно кто-то просто взял и включил моё сознание. Ещё внезапнее оно выключилось вчера. Это как же надо было устать, что вырубился даже на клыках у Хрюши, пока он нёс меня к замку своим лихим галопом. И при этом я даже не подумал просыпаться от каких бы то ни было неудобств. Впрочем, удивляться этому не приходиться, ведь мне даже когда-то за подобное выдали достижение. Так что сон у меня здоровый, лишь бы не прибили меня, пока сплю.
Кстати, а где я сейчас? Хм… Меня сгрузили внутри Донжона. Интересно тут, но пусто. Совсем, как-то даже грустно от этого. Пора выйти наружу к народу. Чего сидеть-то в одиночку в темноте? Или лучше в реал? Точно, надо в реал выбраться, а то сколько я провёл в капсуле — уму непостижимо!
Реальность встретила меня тоже темнотой и лёгким гулом едущей машины. Он был совсем несильным, можно даже сказать, еле заметным и приходилось прислушиваться, чтобы уловить шум от езды, но вибрацию пола скрыть было уже трудновато.
С огромным удовольствием заглянул в душ. Разумеется, не просто поглазеть на него, а всё-таки помыться. Посвежевший и от контрастного душа распаренный и отдохнувший от виртуала выбрался к людям. Меня не встречали овациями и фанфарами, но мне этого и не требовалось. Хотелось просто поесть, а на местной кухне я пока не ориентировался, потому пошёл искать хоть кого-то живого. Оба живых обнаружились в кабине. Товарищ Иван за рулём, а «бабушка»-гримёрша рядом. Они что-то весело обсуждали, совсем не заметив моего появления.
 
Но тут я ошибся, поскольку Иван спросил: