Средневековая история. Интриги королевского двора

– Ваше сиятельство?
Ганц Тримейн подошел неслышно.
– Лэйр Ганц. – Лиля обернулась и одарила королевского представителя улыбкой.
– Вы, как всегда, заняты…
– Ради беседы с вами я готова отложить свои дела. – Лиля, продолжая вежливо улыбаться, погладила сидящего на плече мангуста. Умные зверьки спасались либо на хозяине, либо на Лиле от толпы детей, носящихся по замку. А ночью выходили на охоту и давили крыс десятками.
Ганц с симпатией посмотрел на графиню. М-да. Повезло же ее супругу. Умная. Красивая. Добрая. Хозяйственная. Ну и чего еще надо?
– Ваше сиятельство, мне уже скоро надо уезжать…
– А у нас почти все готово. – Лиля смотрела спокойно и весело. – Налог – отдельно, кое-какие подарки для его величества, юных принцесс и моей свекрови – отдельно. И я искренне надеюсь…
– Разумеется, я все доставлю и передам. В целости и сохранности. И хотел бы, чтобы вы мне выделили один из кораблей работорговцев. Надо же перевезти этих мерзавцев.
Лиля кивнула:
– Безусловно. Вот Эрик вернется – и вы отправитесь с ним, если не возражаете.
– Что вы, госпожа графиня…
Лиля тоже испытывала симпатию к Ганцу Тримейну. Умный мужик, с юмором, помог добычу янтаря организовать… теперь у нее рудник на побережье… хотя – нет! Не у нее. У супруга…
И в очередной раз Лилю посетила подленькая мыслишка: если бы Джерисон Иртон где-то там откинул тапочки – король назначил бы в майорат управляющего до рождения второго сына Миранды.
А это – прорва времени… эх, тяжело в деревне без нагана…
Но тут уж как жизнь повернется. Ради Мири сначала с супругом будем договариваться по-хорошему. А если не согласится…
Аккуратно расспросив Ганца Тримейна о законах в королевстве, она видела для себя еще один путь.
Если в браке у нее рождается мальчик, он становится графом Иртон. Если супруг помирает… Ее отец – опекуном малыша до совершеннолетия… если король еще кого не назначит. А она будет безутешно горевать по своему мужу… лет еще так пятьдесят.
Одним словом, возможны варианты. Хотя на первых порах Лиля предпочла бы мирный диалог. И для начала ей надо было заручиться поддержкой всех. В принципе всех кого можно.
Короля. Принцесс. Свекрови. Отца. Придворных.
Ганц передал ей приглашение весной ко двору, и Лиля была намерена приехать. И блистать!
Она уже знала, какие сплетни о ней ходят. Чего уж там – пара слуг, приехавших с Ганцем, чуть ли не в первый же день попала под мягкое и ненавязчивое внимание Эммы.
Итак, Лилиан Иртон – это нечто туповатое, неотесанное, и вообще – бедняжка граф, женился на таком ужасе ходячем… ну мы еще посмотрим, кто из нас будет ходячим, а кто – лежачим!
Каз-зел ты, супруг… Все понимаю, но каз-зел… какая б Лилиан Брокленд, прежняя, ни была, но ведь твоя жена! Ты за нее должен был горой стоять, а не жаловаться кому попало… а ты?
Лиля еще не знала супруга в новой жизни. Но уже решительно не одобряла его действия.
Джерисон, граф Иртон, ворвался в комнату вихрем.
Рик посмотрел на кузена с удивлением:
– Ты чего?
– Ничего хорошего!
– Ну-ка сядь и успокойся. И объясни мне, что случилось.
– Вот! – Джерисон бросил на стол свиток.
Рик недоуменно приподнял брови:
– От кого это?
– От патера Симона Лейдера.
– Ты решил, что нуждаешься в патерском благословении?
– Это он решил!!! Ты прочитай!
Рик пожал плечами и развернул свиток.
«Ваше сиятельство.
С прискорбием вынужден сообщить, что ваша супруга ведет себя достаточно своеобразно. Она посещает ярмарки, общается с эввирами и вирманами, нанимая последних в свою охрану. Торгует с ханганами и занимается непонятными делами с бароном Авермалем. Как верный слуга Альдоная, считаю необходимым поставить вас в известность о происходящем.
Патер Симон Лейдер».
– Ну и?!
Рик постучал кулаком по лбу:
– Джес, ты в своем уме?
– Вполне! А вот моя жена…
– Беременна. И сидит дома.
– Не беременна.
Второй свиток шлепнулся рядом с первым.
– Читай!
Свиток был от Амалии.
«Милый братик, хочу сообщить тебе о последних новостях.
 
Твоя жена потеряла ребенка. А докторуса Крейби, которого мы уговорили с таким трудом, просто выгнала, запретив показываться ей на глаза под страхом смертной казни. Не знаю, сообщили ли тебе об этом, но на всякий случай я попросила дядюшку с этим разобраться. Он обещал направить в Иртон своего представителя.
Я все-таки беспокоюсь за Миранду. Зря ты ее к нам не отправил.
Питер уговорил меня поехать в родовое поместье, чтобы младенец…»
Дальше Рик читать не стал. Пробежал глазами, убедился, что все остальное – исключительно розовые сопли, и посмотрел на кузена.
– И что?
– Как – что?! Моя жена потеряла ребенка, выгнала докторуса…
– Тут нет ничего удивительного. Сам понимаешь, его работа была ребенка сохранить. Он не справился. Я бы его тоже выгнал.
– Но почему Эдор мне про это не написал?
– Может быть, и написал – просто письмо еще не дошло…
Джес пожал плечами:
– Ну… может, и так.
– Твои письма собираются в городском доме, и управляющий пересылает их с оказией. Сам знаешь, к зиме это сложно, мало ли что и как…
– Знаю. Ладно. Эдор не сообщил. И докторуса она выгнать могла. Согласен. А все остальное?
– Джес, а ты не пытался головой подумать? – Рик явно издевался. – Ну да. Женщина, которая только что потеряла ребенка, так и поступит. Помчится на ярмарку, нанимать вирман в охрану и торговать с ханганами. Кстати – чем?
Джес покривил губы:
– Да в этом Иртоне только охота хорошая. А так – болото на болоте, горы рядом… жуть кошмарная.
– Так и запишем. Продавала ханганам болота.
– А патер…
– А он лично с твоей супругой общался? Хоть раз в жизни?
Джес фыркнул:
– Еще не хватало!
– Ну вот тебе и ответ. Или ошибся, или перепутал, или еще чего… Он тоже не Альдонай всеведущий.
– Думаешь? – Но теперь в голосе графа явственно слышалась неуверенность. И то сказать, письмо от сестры укладывалось в картину мира. Письмо же от патера…
– А ты отпиши ему. А лучше – Эдору. Или кто у тебя там…
– Ну да, Эдор.
– Вот и подожди от него сообщения. Кстати, на кой твоей супруге самой нанимать каких-то левых вирман, если там есть управляющий и кое-какая дружина?
– Ну… да…
– Вот. Тебе всякую чушь написали, а ты уже на дыбы встал.
– Дураком был. – Джес плюхнулся рядом с кузеном на кровать и потянул яблоко из вазы. Впился зубами в красный бочок, зажмурился от удовольствия…
– И остался…
– На себя погляди.
Ругаться Рику не хотелось, пусть и шутливо. И он предпочел поинтересоваться:
– Как там твоя Адель?
– Мм… Не знаю.
– Что так?
– Слишком навязчива стала.
– То есть?
– Понимаешь, в постели все хорошо. Но стоит из нее выбраться… Вот тут и начинается. Клятвы в вечной любви, стенания, что теперь она падшая женщина, страх зачать ребенка…
– Я надеюсь…
– Я осторожен. И нашел ей травницу, кстати. Но нытье уже начинает раздражать. Такое ощущение, что она не любовница, а жена…
– Или хочет ею стать.
– С моей-то колодой на шее… – Джес с таким ожесточением вгрызся в яблоко, что оно треснуло пополам.
– Колодой… ну не красавица. Но сам понимаешь…
– Верфи. И Август.
– Угу… – Рик тоже взял яблоко из вазы и сосредоточенно жевал.
Верфи. И Август. И одно без другого сильно теряющее в цене. У Августа был талант строить корабли. Он не боялся новых решений – и каждый последующий корабль был лучше предыдущего. Можно было его убить, убрать, заставить работать из-под палки… и – нельзя. Птицы не летают с клеткой. Поэтому Джайс Иртон когда-то и заключил брачное соглашение.
 
Кроме того, Джайс под это дело прикупил некогда убыточные верфи. И они бы развернулись на пару с Августом… смерть помешала.
– М-да… теперь придется ехать в Иртон. Делать ей нового ребенка…