Поцелуй для истинного. Расколдовать дракона (СИ)

Я прислушалась к свисту ветра и дробному стуку дождевых капель за дверью, пожала плечами и повернулась к Эллейн:
— Теперь нам остаётся только ждать. А чтобы не было скучно, может, ты устроишь мне долгожданную прогулку по Замку?
— С удовольствием! — мышь-смотрительница отвесила мне короткий поклон.
Как я и ожидала, большинство комнат оказались пустыми и затянутыми паутиной. Запертые двери я открывала одним прикосновением руки, и сейчас Замок не возражал мне. Дэйн велел ему слушаться меня, как хозяйку, на то время, пока настоящий хозяин занят своими делами в небесном дворце.
— А это что за комната? — спросила я, коснувшись медной ручки двери, на которой были вырезаны непонятные мне символы.
— Синяя Библиотека, — чуть понизив голос, ответила Эллейн.
Я помнила, что драконьи библиотеки отличаются своим характером, но очень уж мне хотелось посмотреть, каково здесь. К тому же, рассудила я, отпирая дверь, вреднее, чем сам Замок, библиотека быть не может, правильно?
Здесь и правда всё было синее: стены, столы, стулья, шкафы с книгами и свитками, и даже подсвечник с воткнутыми в него тремя свечками оказался выкрашенным в синий цвет. Мне это понравилось.
— Приветствуй её, — тихонько пропищала Эллейн, давая мне подсказку.
Я подхватила обеими руками платье — сегодня такое же, как и вчера, простенькое и голубенькое, — и присела в поклоне, как мне приходилось много раз делать в замке господина Энери.
— Моё почтение, Синяя Библиотека! Меня зовут Роника, и я волшебница. Умею снимать чары, уничтожать чужую магию, — на всякий случай похвасталась я. — Надеюсь, мы с тобой подружимся.
Синяя Библиотека молчала какое-то время, затем насмешливым голоском поинтересовалась:
— А зачем тебе драконьи книги? Ты же человечка. Всё равно ничего не поймёшь.
Какое противное слово «человечка»! Но я постаралась не обращать внимания на грубость. Может, библиотека с утра не в духе, кто её знает.
— Неужели абсолютно все книги и свитки написаны на драконьем языке? — уточнила я.
— Все, — злорадно подтвердила библиотека. — Так что можешь разворачиваться и уходить. Я слышала о тебе от папеньки, но если ты думаешь, что можешь командовать мной так же, как и им, то напрасно! Ошибаешься!
«От папеньки»?
— Она имеет в виду Замок-Артефакт, — пискнула Эллейн.
Я покрутила головой, изумляясь такому родству, а тем временем заговорил и сам Замок, упрекая дочь в невежливости. Пара фраз — и разговор перерос в семейную ссору.
— Я не буду показывать чужакам свои книги! — злилась Синяя Библиотека. — Да ещё и людям! Я ей шагу сюда ступить не дам, при всём уважении к хозяину! Я…
— А я говорю, ты позволишь Ронике войти и делать всё, что она захочет! — перебил её Замок-Артефакт. — Кроме, разумеется, разрушительных действий, которые могут повредить тебе, дочь моя…
Всё, хватит! С меня довольно, раздражённо подумала я и захлопнула дверь. Голоса тотчас стихли. Кажется, и шум дождя сделался тише, так что я отчётливо разобрала звуки человеческого голоса. Прислушавшись, я различила и слова.
— Эллейн, ты слышишь? Эллейн! Там кто-то зовёт на помощь и просит впустить его в Замок! А теперь ещё и стучит!
— Слышу, — очень неохотно отозвалась смотрительница, сидя на полу. Хвостик её заметался из стороны в сторону, совсем как у недовольного кота. Даром что враги!
Я отвернулась от дверей Синей Библиотеки и решительно направилась к лестнице. Эллейн заспешила за мной:
— Вы что, не помните, что сказал хозяин, волшебница? Никого нельзя впускать, этот человек, или дракон, кем бы он ни был, может оказаться опасным! Вы понимаете меня?!
Надо же, в голосе иллюзии прорезалось самое настоящее негодование. Я остановилась и повернулась к ней:
— Эллейн, я просто выгляну. Вдруг этому существу и правда требуется помощь. Если оно умрёт у дверей нашего Замка, а мы даже не выглянем, это будет бессердечно!
Мышь покачала головой.
— Господин Дэйнхар будет очень недоволен!
Я отмахнулась и, подобрав платье, стала спускаться по лестнице. Теперь голос неведомого существа было слышно ещё лучше, и в нём сквозило такое отчаяние, что меня пробрало дрожью.
 
— Там же ливень! Ясно, что это не заговорщик, они не такие безрассудные — сразу соваться в Замок! И не Инор, конечно же. Значит, это какой-то несчастный путник!
На пути к входной двери меня остановил уже Замок-Артефакт:
— Хоть нож возьми! Защищаться будешь, если вдруг что.
Я скрипнула зубами, но взяла созданный прямо из воздуха нож и приложила свободную ладонь к замочной скважине. Голубые искры возвестили, что магия снята, после чего я взялась за ручку двери. Сердце у меня замирало от страха — а вдруг бедолага уже умер? Иначе с чего он так резко замолчал?
Я рванула дверь, и в Замок ворвался ветер, в лицо дохнуло холодом, словно опять вернулась зима. И ненастный же денёк выдался для того, чтобы стучаться в чей-то дом!
Передо мной никого не было. Я опустила глаза и увидела распростёртую на земле лицом вниз длинную худую фигуру. Лохмотья, едва скрывавшие тело, промокли от дождя. Длинные густые волосы незнакомца были все в колтунах и совершенно седые, почти белые.
— Ох, — пробормотала я, наклонившись над ним. — Вы меня слышите? Можете встать?
Судя по всему, он был без сознания. Придётся втаскивать его в Замок, не бросать же здесь, под ливнем. Меня и саму уже успело изрядно промочить.
— Волшебница, вы ведь даже не знаете, кто это! — раздался с порога возмущённый писк Эллейн.
— Человек, нуждающийся в помощи, — отрезала я, — это всё, что нужно знать. Эх, и как его перетащить?
Ничего, как-нибудь справлюсь, решила я. Нож отдала смотрительнице, велев отнести куда-нибудь, а сама подхватила незнакомца под мышки и, кряхтя от натуги, медленно поволокла внутрь Замка. Уже внутри перевернула бесчувственное тело на спину. Прикрыла дверь и опустилась на корточки рядом с бедолагой.
Он был немолод — наверное, ему уже сравнялось полвека, как господину Энери. Но, в отличие от покойного господина, пухлого, как булка, у этого человека лицо было измученное, с запавшими щеками и обведёнными тёмными кругами глазами. На высоком лбу и между бровей залегли морщины. Длинные усы и борода, такие же спутанные, как и волосы, были светлого, почти льняного цвета с проседью. Руки у незнакомца были красивые, изящные, с длинными пальцами, но взяв его за ладонь, я обнаружила на ней уродливый застарелый шрам. Как и на внутренней стороне пальцев. С левой рукой творилось то же самое — он что, горящие угли на спор держал?
— Эй, — оторвавшись от размышлений, тихонько позвала я и похлопала его по бледным щекам. Никакого отклика. — Вы в себя приходить не собираетесь?
Ох, а если он тут умрёт?! Я испуганно прикинула, как буду рыть могилу, и не схватят ли меня в это время заговорщики или разъярённый Инор.
— Вот ещё чего не хватало, — пробормотала я вслух. Ведомая какой-то неясной мыслью, коснулась лба незнакомца и тут же отдёрнула руку. Да у него жар! Немудрено, столько времени провести под дождём…
Я оглянулась на недовольную, сложившую лапки на груди Эллейн, подняла глаза к потолку и с тяжёлым вздохом обратилась к Замку:
— Ты будешь мне помогать. Хорошо?
И тот, как ни странно, согласился.
  
XX
 
Дэйн
— И ради служанки ты напал на брата? Ради человеческой женщины пролил кровь дракона?
Я стиснул челюсти, слыша негодующий тон отца. Как же я не подумал, что Инор ему обязательно нажалуется! Будто нарочно, письмо отца застало меня на пути в небесный дворец — и пришлось сворачивать в замок Илль.
Отец принял меня в своей комнате, сидя за столом, и хорошо ещё, мачехи не оказалось рядом. Она бы только подогрела его гнев.
По обычаю, заведённому в нашем роду, я сесть при отце не мог, а потому стоял перед ним, понурив голову, как напроказивший мальчишка.
— Когда я приезжал к тебе в Замок-Артефакт, то не видел там никаких женщин, — продолжал отец. — Ты скрывал её в подземелье — так сказал Инор. Это правда?