Поцелуй для истинного. Расколдовать дракона (СИ)

— Нет.
— Неудивительно, что не знаете. Этот случай расследовали недавно, — Хаарвен встал из-за стола, как будто не мог спокойно сидеть, походил туда-сюда и резко повернулся ко мне. Вид у него был такой, словно он сейчас расскажет что-то неприятное. — Род Ари держал у себя в плену человека, который, как они считали, владел магией.
Теперь я был весь внимание.
— А на самом деле?
— Проверить никто не успел. Но я склонен думать, что это правда. Ари замучили пленника до смерти, экспериментируя над ним. Им было интересно, — с явным отвращением прибавил Хаарвен, — посмотреть, чем обычный человек отличается от владеющего магией, и они… перестарались.
Чего ещё ожидать от серых драконов! Ещё и от рода Ари. И при мысли о том, что на месте безвестного человека могла оказаться Роника, я ощутил прилив гнева. Выходит, не ошибся, полагая, будто бы ничего хорошего не выйдет, если о её даре узнают другие драконы, кроме меня! Только собственная догадливость совсем не радовала.
— А как этот случай связан с тем, что на меня напали в Арифании?
— Есть связь. У погибшего были друзья, и квизари удалось кое-что о них выяснить, — Хаарвен вернулся за стол и торжественно продолжил, — например, то, что это были очень странные люди, и они тоже могли обладать магией.
Я потёр лоб. Нить всё не оставляла меня в покое, и я не понимал, что это значит.
— Откуда они взялись? В нашем мире магия только у драконов! — повторил я почти те же слова, что говорил в поле, стоя напротив испуганной Роники.
Хаарвен почесал макушку. Вид у него был недовольный.
— Девятнадцать лет тому назад открылся новый проход между мирами. Вы наверняка знаете об этом, достойный Илль-Дэйнхар.
Я кивнул. На то время мне не было и семи, но я без труда вспомнил, как весь замок Илль, начиная с отца и мачехи, обсуждал новость.
— Это было связано с демонами, которых вызывал бывший глава вашей службы, Дааль из рода Хэг, — в памяти воскресло даже имя преступника.
— Да, и есть подозрения, что стёрлась граница между магическими мирами — нашим и чьим-то ещё, — объяснил Хаарвен, крутя жёлтую пуговицу на рубашке. — А раньше проход открывался только в немагический мир. Возможно, к этому причастны демоны. Мы не можем знать, как и отчего всё это вообще происходит…
— Но вы думаете, что эти люди пришли оттуда, — вернул я его к теме разговора. Нить уже откровенно начинала меня беспокоить, а болтовня Хаарвена только раздражала. Скорей бы уж говорил по делу!..
— Я в этом уверен, как и мои квизари, — подтвердил он, выпрямляясь на своём сиденье. — Если эти люди владели магией, значит, их друг мог быть таким же. И зная, что его замучили из-за дара, пришельцы могли озлобиться на всех драконов. Мы выяснили, что напасть пытались не только на вас. Но Арифания — это враждебная к нам страна, поэтому никто не увязал нападения на драконов между собой. Пока мы, — Хаарвен подчеркнул это слово, — не поработали и не разобрались. И надо завершить это дело, пока иные горячие головы не захотели объявить войну всей Арифании, — Хаарвен поморщился. Он-то к «горячим головам» не относился.
Я уже изнывал. Нить беспрерывно звенела в ушах, как будто требуя, чтобы я немедленно летел к Ронике.
— Хорошо. Если вы разобрались, смею надеяться, что и преступники будут так же скоро найдены, — я торопливо встал из-за стола. — Желаю удачи в вашем расследовании, достойный Каль-Хаарвен.
— До встречи, благородный Дэйнхар из рода Илль, — согласно обычаю, собеседник поклонился мне в ответ, и я почти что вылетел из его кабинета.
«Что, если Роника в опасности, поэтому нить так и вопит?»
Пропуская мимо ушей приветствия и поклоны придворных, я завернул за угол с такой быстротой, что едва не сбил с ног женщину в синем платье и с чёрной косой, в которой виднелись седые пряди. Незнакомка явно спешила к кабинету главы квизари и окинула меня недоуменным взглядом. Хорошо же я выглядел со стороны!
Спустившись с белоснежных ступеней дворца и обернувшись драконом, я испытал, наконец, подобие облегчения. Всё, полечу в Замок-Артефакт, и никто меня не остановит! Только бы Роника не успела навлечь на себя какие-нибудь очередные новые неприятности!..
 
— Роника! — Я ворвался в Замок и застыл на месте, тяжело дыша. Что-то было не так, я это чувствовал.
— Её нет, — ошеломил меня Замок. — Она сбежала, хозяин, и я не смог ей помешать.
— Что?! — взревел я. — Да как она могла сбежать, она… использовала магию?
Ответ заставил меня стиснуть кулаки в изумлении и ярости:
— Нет. Девчонке помогла Эллейн, а с ней, если вы не заметили, хозяин, что-то не так!
Я повернулся и выкрикнул имя мыши-смотрительницы, готовый буквально распылить её на месте. Эллейн появилась не сразу, и ещё до того, как я разглядел неправильное ожерелье у неё на шее, я сообразил, в чём дело. А уж задав иллюзии пару вопросов, укрепился в своей догадке. Так вот почему мышь со вчерашнего дня старалась не попадаться мне на глаза!..
— Братец Инор! — я заскрежетал зубами. — Ну, посмотрим, что ты будешь делать, когда я изобью тебя в кровь!
И это в лучшем случае, если Роника цела и невредима, если братец не успел с ней что-то сотворить. А если успел… Плохо ему придётся!
«Я спасу тебя. Будь оно всё проклято — чары, нити, подозрения, загадочные мстители, — но я найду и спасу тебя, Роника!»
  
XVI
 
Да, полёт в лапах дракона — не самое приятное, что я испытала в жизни! Казалось, вот-вот Инор по неосторожности проткнёт меня своими когтями, или платье порвётся, и я упаду вниз, или случится ещё что-то…
Солнце скрылось, и багровое небо начало темнеть. Внизу проносились едва различимые города, деревни, леса и поля, в лицо бил ветер. Было холодно и тоскливо, и вскоре меня начал терзать страх. А если Инор решит, что для поиска сокровищ я ему не нужна? Куда лететь, он уже и так знал. Вдруг злобный дракон возьмёт и сбросит меня на землю, и прости-прощай незадачливая волшебница Роника?
Но время шло, а я всё ещё оставалась жива.
— Если ты правильно описала дорогу, — донёсся до меня полный нетерпения голос, — то мы как раз близко. Я вижу полуразрушенный, наполовину сгоревший замок. Неплохо братец Дэйнхар постарался! — И, взмахивая своими непорочно-белыми крыльями, Инор расхохотался.
— Да, мы на месте, — только один раз я взглянула на тёмные останки замка. В сознание ужом прокралась мысль: а если кто-то не успел убежать? И погиб, задыхаясь в пламени, напрасно зовя на помощь… Я никак не могла унять свою фантазию, рисовавшую самые мрачные картины, и была рада, когда Инор начал спускаться.
— Сейчас я поставлю тебя на ноги, — сказал он так непринуждённо, словно мы сюда гулять прилетели, — и пойдём в лес.
Едва очутившись на земле, я пошатнулась и чуть не упала. Конечно, поддерживать меня дракон не стал. Каково мне после полёта, тоже не поинтересовался. Лишь сел на землю, сложив крылья, и на пару мгновений скрылся в белом дыму. А затем вышел оттуда, приняв человеческий облик, и приблизился ко мне.
— Темно, но это, как ты знаешь, не беда, — вокруг правой руки Инора, сжатой в кулак, вспыхнуло пламя. — Пойдём, да побыстрее!
Перед нами закружился целый рой огоньков. Я пошла вперёд, отчаянно надеясь, что мне удастся осуществить свой план, но стараясь не проговаривать мысли про себя. Инор, ни о чём не подозревая — во всяком случае, внешне, — шагал следом за мной.
Как я помнила, в этом лесу была поляна, окружённая деревьями, а дальше — если успеть пробежать хоть несколько десятков шагов — болото. Инор не знал, куда нужно ступать, чтобы в это самое болото не провалиться, а я знала. И единственной возможностью спастись было заманить дракона в ловушку, а там пусть выбирается, как хочет.
— Это здесь? — спросил Инор, когда мы вышли на поляну. Огоньки остановились, мерцая в наступивших сумерках; к моему удивлению, за всё то время, что они плыли по лесу, не подожгли ни одного листочка, ни одной веточки.