Поцелуй для истинного. Расколдовать дракона (СИ)

  
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ГЛАВА I
 
«Поцелуй чудовище, чтобы снять с него чары», — так говорится в сказках. И ни один сказочник не упомянул, что поцелуй должен быть волшебным! А это, как я считала, необходимое условие.
Слава всем богам, что магия у меня имелась. Пусть и небольшая, скрытая от всех, но магия!
И теперь я собиралась спасти чудовище. В оковах, тёмное, безобразное, с пупырчатой, как у жабы, кожей оно неуклюже распласталось на полу подземелья. Я наклонилась над чудовищем, и, целуя его прямо в губы, закрыла глаза. В голове у меня пронеслись обрывки фраз, которые я подслушала, стоя у дверей спальни господина Энери:
— …Хороший был артефакт, но чары могут долго не продержаться…
— …Его нужно убить на рассвете…
— …Мы принесём его в жертву богам!
Нет, не принесёте. От моего поцелуя будто голубые искры пробежали по шкуре чудовища. Я отпрянула и зачарованно смотрела, как оно меняется. Мне почудилась тонкая светящаяся нить, которая потянулась от меня к пленнику, связывая нас, а затем исчезла.
Но что такое? Вместо человека чудовище превращалось… в дракона! О нет! Только не это! Я с ужасом смотрела, как бородавки на шкуре спасённого сменяются чешуёй. Как растут огромные кожистые крылья… И вот дракон — великолепный белый дракон с тонкими шипами на голове и хвосте, — зарычал и выпрямился. Треснули и распались металлические оковы, как сухие деревяшки.
Не помня себя, я помчалась к выходу из подземелья. Да так резво, словно у меня самой выросли крылья!
— Эй, куда? И что ты здесь делаешь?! — схватил меня за руку проснувшийся стражник. Второй тоже протирал глаза. Снотворного хватило ненадолго!
Вырываясь, я крикнула:
— Дракон!
— Что?! — Стражник отпустил меня и схватился за меч. Тут раздался топот, рык, и дракон ударил лапой в затрещавшую дверь!
Я взвизгнула и пустилась прочь. Скорее, скорее далеко отсюда! За спиной слышались крики, призывы на помощь, но я не оглядывалась. Выскочила со двора, мечтая только о том, чтобы добраться до спасительного леса. Путаясь в длинном платье, побежала в поле. И только когда в небе стало светло, как днём, я не выдержала и обернулась.
Замок господина Энери пылал. А над ним, простерев крылья, кружил спасённый мной дракон.
Я прижала ладонь ко рту и покачнулась. Замок! Люди… неужели дракон всех убьёт? Издали было видно мечущиеся фигурки. Вот одна, вся в белом, кинулась к полю. Человек был всё ближе и ближе, и я узнала в нём господина Энери. Он хотел скрыться, бросив свой горящий замок, жену, слуг и стражу!
Но дракон не дал ему этого сделать. Я увидела, как гигантский ящер снижается, преследует господина Энери… и распахивает пасть, полную острых зубов, а из неё наружу рвётся пламя.
— Боги, помогите! — Я закрыла лицо руками и сама не поняла, как очутилась на земле. А затем на меня дунуло ветром и чуть не унесло, как былинку.
Я отвела руки от лица и вскрикнула: дракон! Он опустился на поле и теперь шёл ко мне. А за спиной его плясало рыжее пламя, и в тёмном небе таял дым.
Глаза дракона, голубые, как цветущий лён, нестерпимо яркие, смотрели прямо на меня, пригвождая к месту. Руки и ноги у меня ослабели. Даже если б я попыталась убежать, не смогла бы.
А кроме того, между нами снова протянулась невидимая нить, и я в панике подумала, что же это такое, как теперь от неё избавиться.
— Кто ты? — пророкотал дракон, и от его дыхания всколыхнулась весенняя трава.
— Я… я Роника! Простая служанка, господин дракон, — лепеча, я отползала от него, судорожно хватаясь за растущие кругом колючие стебли, обрывая их.
— Лжёшь!
Миг — и дракона окутала белёсая дымка, а затем из неё вышел… человек. Высокий, стройный, хорошо сложенный, с тёмными волосами и резкими чертами лица. Одет он был по-простому — в белую рубашку и коричневые штаны, заправленные в высокие сапоги, а сверху накинут чёрный плащ.
У меня захватило дыхание, до того красивым мне показался дракон. Красивым и опасным. Даже в человеческой ипостаси он излучал такую силу и уверенность в своём праве творить всё, что ему вздумается, что у меня затряслись поджилки.
 
— Лжёшь, — повторил дракон, приближаясь. — Ты не простая служанка!
Очутившись рядом с быстротой хищного зверя, он схватил меня и рывком поднял на ноги.
— Говори и не вздумай лгать!
Я шмыгнула носом, в то время как слёзы уже катились по щекам.
— Ну да… у меня есть магия.
«Но её совсем немного», — прибавила я про себя.
— У людей обычно не бывает магии, — холодно ответил дракон, не обращая внимания на мои жалобные всхлипывания. — Откуда она у тебя?
— Я попала сюда из другого мира. Так… так говорила тётушка Минна. Она подобрала меня в лесу. И я хранила свою магию в тайне от всех!
Собравшись с духом, я затараторила:
— Послушайте, отпустите меня. Я не знала, что вы дракон. Знала только, что мой господин… нехороший человек, и он держит в подземелье своего врага, наложив на него чары с помощью магического артефакта! Я хотела просто освободить вас и сбежать с вами вместе… и не сделала ничего дурного!
Дракон стиснул мою руку, не давая вырваться, и ухмыльнулся, демонстрируя ровные белые зубы:
— Твоё желание сбудется, девица… как ты сказала? Роника. Я заберу тебя с собой.
— Что? Нет-нет! — Я так замотала головой, что спутанные волосы упали мне на лицо. Я не хотела никуда с ним лететь! Что он со мной сотворит?!
— Тебя никто не спрашивает, — отрезал дракон. Его светлые глаза так и впивались в меня, пугая и лишая воли, и какими горячими были его пальцы — я чувствовала тепло даже через грубую ткань платья.
— Но зачем я вам? — Всё ещё делала попытки слабо трепыхаться, как птичка в силках.
— Затем, что твой поцелуй не просто снял с меня чары. Ты, видно, не так слаба в магии, как думаешь! Разве не чувствуешь связь между нами?
Я закивала. Значит, и он её чувствует?
И мелькнула совсем уж невероятная мысль: дракон знает, о чём я подумала? Всеблагие небеса, он умеет читать мысли?!
— Когда нить связывает дракона и драконессу, — продолжал мой грозный собеседник, — это значит, что они предназначены друг другу в браке.
У меня аж в горле пересохло. Меньше всего на свете я хотела бы стать избранницей чешуйчатого! Он только что у меня на глазах поджёг замок и испепелил господина Энери. Пусть тот и заслуживал наказания.
Дерзкие мысли, но что я могла с ними поделать?! Тем не менее, дракон и бровью не повёл. Он продолжал говорить — резко, отрывисто:
— Но ты — человек. А значит, между нами никакой связи быть не может! Брак с человеческой женщиной только опозорит меня перед родом Илль и не принесёт детей. За такое могут и выгнать из рода, лишив драконьей магии! — В его голосе отчётливо прозвучала злость. Казалось, он еле сдерживал себя.
Я сглотнула, обречённо глядя на бушующий пожар за спиной дракона.
— Ты поможешь мне уничтожить связь, — он нехорошо прищурился, — и молись своим богам, чтобы нашёлся способ это сделать! Иначе мне придётся просто убить тебя.
А у меня в голове промелькнула только одна мысль: «Вот и доигралась в сказку».
  
II
 
— Это был сон! Всего лишь сон! — с облегчением вздохнула я, садясь в постели, но тут же умолкла.
Кровать оказалась не моя — застеленная белыми простынями, с белой же подушкой, она сильно отличалась от узкой скамьи, на которой и ноги-то не вытянешь как следует. Не говоря уж о том, что под голову я обычно подкладывала сложенный надвое плащ или платье. А подушка считалась роскошью для господ.
Я медленно обвела взглядом небольшую, но светлую — благодаря окну в полстены — комнату, затем спустила ноги с кровати и заметила напротив зеркало. Надо же, как растрепались волосы и помялось платье! Вот бы гребень, да переодеться, да умыться! Я потрогала висевшую на груди голубую ленточку с металлическим цветком, по форме похожим на бабочку. Хорошо, что дракон не забрал её! Это был мой талисман, и тётушка Минна говорила, что нашла его вместе со мной в корзинке. С тех пор ленточка выцвела и поистрепалась, но цветок из неизвестного белого металла всё так же блестел, как новый.