Лунный Дар (СИ)

Закрыв глаза, представила Нору и путь к ее дому.
— Запомнил? — ворон кивнул.
Не знаю, почему мне пришла в голову именно это идея. Впоследствии я часто думала об этом. В том момент казалось, что это единственный выход. С одним фамильяром тяжело, приходится прятать его в рюкзак. А с двумя как? А у Норы, думала я, ему будет безопаснее, чем рядом со мной.
Задумчиво смотрела на котика.
— Я с тобой, — угрожающе муркнул он. Словно мысли мои прочитал.
— Со мной, — вздохнула я.
Мы начали подниматься. Мне стало неспокойно. Нутром чувствовала, что наверху нас ждут. Не знаю, как точнее описать свое предчувствие. Даже не предчувствие, я была уверена, что наверху кто-то есть. И этот кто-то враждебно к нам настроен.
Я обернулась, прижала палец к губам, выразительно посмотрела на фамильяров.
Нет, не могу подняться. Что-то очень тревожило меня.
Под недоуменные взгляды кота с вороном, я спустилась, взяла рюкзак, достала из него парализующее зелье, спасибо Норе.
Подошла к Муру, кивком показала, что нужно залезть в рюкзак. Хорошо, что тот не стал спорить. Видимо мое мрачное предчувствие передалось и ему.
Итак, я с рюкзаком на спине, с вороном в руках поднималась по лестнице.
— Кар, как только зайдем в комнату, сразу лети к Норе, — шепотом приказала я ворону.
Тот кивнул.
Сердце учащенно билось, ладошки вспотели, вытерла их о платье. Мне казалось, я слышу дыхание того, кто ждет нас. Взяла в правую руку открытую склянку с зельем.
Открыла дверь и сразу увидела темный силуэт. Не раздумывая, вылила на него целую склянку. Человек упал.
— Лети! — ворон вылетел в окно. За него я была спокойна.
В комнате было темно, хотя я прекрасно помнила, что свечи не гасила. Значит, это дел рук злоумышленника. Что ж, мы тоже не будет включать свет.
Подошла к лежачему человеку. Тот не шевелился, но глаза были открыты и он пытался что-то мычать.
Я наклонилась ближе.
Инквизитор!
— Ты, — выдохнула ему в лицо. — Что ты сделал с Окси?!
Кэр бешено вращал глазами.
— Что молчишь?! — я легонько пнула его в бок.
Инквизитор замычал.
— А! — хлопнула себя по лбу. — Зелье парализовало.
— Знаешь, что? — я снова наклонилась к Кэру. — Я на тебя два зелья израсходовала! Но! — сделала театральную паузу. — У меня осталось еще одно. И вот после него ты не выживешь! Понял, световоин?
Оставив скрючившегося инквизитора лежать на полу, аккуратно выглянула за дверь. Никого. Вот самоуверенный какой. Взял бы с собой товарищей, расклад сил был бы не в мою пользу.
Вышла на улицу и не спеша пошла к выходу из города. Адреналин бурлил в крови, меня охватила злость. Никогда так остро я не ощущала себя именно злой. Мне кажется, раньше мне было незнакомо это чувство. Я злилась на Окси, потому что она не послушала меня и сейчас неизвестно, что с ней. Я злилась на инквизитора, потому что он преследует меня. Я злилась на Велиара, потому что он во всем виноват, закинул меня в этот страшный мир. Но больше всего я злилась на себя. За то что не настояла, чтобы Окси осталась. За то что легкомысленно подписала договор с Велиаром. За то что до сих пор не знаю, что нужно от меня инквизитору. И за то что не смогла спасти ту несчастную женщину. И за то что мне вдруг стали ненавистны люди этого мира. При одном воспоминании как они радовались мучениям другого человека, меня охватывала ярость.
В моем мире, когда я сталкивалась с несправедливостью, и если я не могла этому помешать, я закрывала глаза, абстрагировалась от ситуации. «Один в поле не воин» бытует у нас поговорка. В этом мире все иначе. Волей Велиара я Верховная, и у меня есть Сила. И я жажду только одного — причинить миру много добра, каленым железом выжигая всех несогласных.
Стоп. Нет. Это помешательство какое-то. Откуда такие мысли? Я обычная девушка, а не воительница, мечом доказывающая, кто прав, а кто виноват.
В моем мире тоже казнили людей, но прошли столетия, прежде чем прекратились подобные публичные экзекуции. Этому миру нужно, чтобы здесь процесс прошел быстрее.
С одной стороны, сбылась мечта любого историка — попасть в прошлое. С другой стороны, я же всегда была уверена, что один человек не сможет поменять ход истории.
 
И к тому же это не мой мир. Хотя уже мой.
Я — Верховная. И у меня есть Сила.
Кто бы еще научил как ей пользоваться.
Я услышала голоса, остановилась и направилась к последнему дому на улице. В нем, как и в остальных домах, свет не горел. Но меня там ждали. Интуиции теперь я доверяю полностью.
Подошла к дому, дверь оказалась открыта, пустая комната, незастеленная кровать, будто хозяйку вырвали из объятьев Морфея и она срочно куда-то убежала.
Я подошла и дернула кольцо на полу, открылся люк, вниз вели ступеньки.
— Верховная приказала всем чтящим Тьму через неделю быть в заброшенном храме близ Клавердона! — услышала я хрипловатый голос.
А это кто там от моего имени распоряжается?!
  
Глава 17. Ковен ведьм
 
Помещение, куда я попала, было как минимум втрое больше комнаты наверху. Пламя свечей не давало достаточно света, царил полумрак. На небольшом сером камне двигала речь старуха в черном балахоне, я присмотрелась — та самая, к которой тянулась черная нить от мальчика. Ее окружали фигуры в таких же черных балахонах, на лицах глухие капюшоны. Их было не меньше двадцати.
И я в платье и с косынкой на голове, явно выделяющаяся и не соответствующая их дресскоду.
Впрочем, на меня никто внимания не обратил, главной звездой вечера была та самая старуха.
— Дочери Тьмы! Теперь, когда с нами Верховная, мы станем сильнее! — женщина обвела взглядом собравшихся. — Она будет ждать нас в заброшенном храме близ Клавердона! — повысила голос. — И не будет пощады тем, кто ослушается ее, — пугала народ старуха.
Грозная такая, я аж заслушалась. Вот умеют же некоторые люди владеть вниманием толпы. Ей бы в паре с Хранителем Храма Света работать.
Девушки стали расходиться. Я скромно ждала в уголке, и когда за последней вышедшей захлопнулся люк, удостоилась внимания старухи. Она не спеша подошла ко мне, опустилась на колени, взяла мою руку и поцеловала кольцо.
— Я знала, — бормотала старуха. — Я знала, что ты не ушла навсегда. Твоя верная слуга дождалась! Я была тихой и незаметной, и выжила. Выжила, чтобы служить тебе, Верховная!
Старуха с благоговением смотрела на меня. Что ж, надо оправдывать ожидания.
— Как посмела ты давать распоряжения от моего имени?! — строго вопросила я бабку. Та побледнела.
— Но Верховная… — промямлила старуха. — Я думала, ты там. Кому еще под силу разупокоить кладбища?
— И что? Думаешь, я настолько слаба, что не могу сделать это на расстоянии? — я грозно склонилась над ней, бабка затрепетала. — Ну? Отвечай! Как тебя зовут, кстати?
— Алая я, — старуха поднялась с колен, подозрительно на меня посмотрела, — Ты не помнишь свою верную Алаю, Верховная?
Что за сумасшедшая очередная бабка? Она что думает, что я — это бывшая Верховная? Хорошо же я сохранилась. Или они верят в реинкарнацию? Следующие слова Алаи подтвердили мое подозрение:
— Я вижу! Ты еще не проснулась, Верховная, — бабка пыталась потрогать меня за руку, я отдернулась. — Позволь верной слуге помочь тебе.
— Хорошо, — милостиво разрешила я. — Где ты живешь?
Мы вышли через другой люк. Подпольная комната, как я поняла, имела выход не в один дом. Не зря она показалась мне слишком большой.
Комната старухи мне не понравилась сразу. Вроде, ничего необычного, но такая давящая атмосфера, словно вот-вот что-то должно произойти. И как воины Света до сих пор не обнаружили этот дом. На нем только что буквами не написано и знака «дом ведьмы» не стоит.
В комнате стояли две кровати напротив друг друга, возле каждой небольшой столик.
— Кто с тобой жил? — заинтересовалась я.
— Она не придет, — прошамкала старуха.