Убивая маску (СИ)

— В полиции, точнее, у меня в отделе, зарегистрированы все ёкаи Токусимы, — ответил он. — Ну и об остальных ёкаях Сикоку я знаю достаточно много. Но тут уже не совсем моя юрисдикция, я только за наш город отвечаю.
— А за остров в целом? — уточнил я.
— Никто, господин, — чуть пожал он плечами. — Город — особая зона, а так, лезть в частную жизнь другого ёкая…
— Можно и по мордасам получить, — вновь влезла Хирано. — Наш капитан довольно сильный малый, который может лезть в личную жизнь некоторой части общества, но таких, как он, в полиции немного.
— К сожалению, в моём отделе в принципе не очень много сотрудников, — посетовал капитан. — А численность населения растёт. Преступлений — тоже. Ещё и смежные отделы на нервах играют.
Ну ты, блин, ещё о недостаточном финансировании поплачь. Я что тебе, начальник, что ли? Хотя, может он Совет разжалобить пытается? Да не, они тоже над ним власти не имеют.
— Проблемы полиции — проблемы города, но давайте об этом в другой раз и в другом месте поговорим, — произнёс я.
— Конечно, господин, — чуть поклонился Мацусита. — В общем, жителей Токусимы я могу предупредить всех.
— А людей хватит? — хмыкнул я.
— Просто это займёт время, — ответил он серьёзным тоном. — Но по-другому никак — база данных о местожительстве ёкаев является секретной информацией. Да и в целом… — запнулся он. — Ну, вы понимаете, господин. В целях безопасности, некоторую информацию я не имею права выдавать даже членам Совета.
— Понимаю и одобряю, — кивнул я. — Безопасность на первом месте.
— Главное, помни, — произнёс Саканди сухо, — безопасность города — это ещё и ответственность. В конечном итоге на кону именно твоя голова.
Думаю, если бы не возраст и сила старика, Мацусита ответил бы древнему тануки достаточно грубо, а так…
— Я помню, — склонил голову Мацусита. — Саканди-сан.
Почему именно слова старика вызвали у меня раздражение, я подумаю потом, а пока надо вмешаться.
— Саканди-сан, — поджал я губы. — Мацусита-сан работает в полиции города. Моего города. И не вам говорить о его голове, она принадлежит только мне. Это вам ясно?
— Прошу прощения, господин, — склонился тануки. — Я не в коем разе не претендую на вашу власть.
— Дело не просто во власти, — ответил я раздражённо. — А в вертикали власти. Полиция находится под управлением города и угрожать ему может только начальство. Вы его начальство? Или вы считаете, что стоите над городскими властями? Я уж не говорю о том, что он член Совета и за этим столом вы равны. Вы ещё и выше Совета себя ставите?
К моменту окончания моей тирады бедный тануки совсем скрючился, почти касаясь лбом стола. Впрочем, все остальные члены Совета, кроме Хирано, хмуро уставились перед собой и не видели того, что происходит вокруг.
Кажется, я немного перегнул палку.
— Прошу прощения, господин, — пробубнил Саканди. — Я был не прав.
Бли-и-ин… Мне прям даже самому неприятно стало от того, что я тут учудил. Зачморил бедного старика, хотя чисто по-человечески, особенно по-японски, он был вправе отчитать Мацуситу.
Только вот здесь не люди сидят. И по их правилам, особенно в моём присутствии, он не должен был так делать. Впрочем, чуть сгладить углы я могу.
— Я был слишком резок, Саканди-сан, — произнёс я со вздохом. — Прошу прощения. Просто, пожалуйста, в следующий раз, если захотите отчитать полицейского, делайте это по факту какой-либо ошибки с его стороны. А не просто так, потому что вы старше, сильнее и можете это сделать.
— Обязательно, господин, — чуть выпрямился он.
Похоже, если я не хочу опустить атмосферу до абсолютного ноля, мне лучше удалиться.
— В таком случае я пойду, — поднялся я из-за стола. — Основные моменты мы обсудили, а остальное я оставлю на вас. Если что, вы знаете, как со мной связаться.
* * *
После общения с Советом ёкаев я поехал не домой, а к Хирано. Точнее в магазин цукумогами Мику, где собирался пообщаться с Цин-Цином. Естественно, сама Хирано поехала вместе со мной, оставив Совет самим разбираться с мелкими деталями предстоящего расширения бизнеса.
 
— Так что там с моей силой? — спросил я её, сидя в мчащейся к магазину машине.
— Ты о чём? — не поняла она.
— О какой-то там ситуации, которую могут понять только ёкаи, — пояснил я.
— А-а-а, это, — произнесла она лениво. — Бесполезная информация для тебя, на самом деле, но если хочешь…
— Хочу, — заполнил я паузу после её слов.
— Эх… Ладно, — произнесла она, после чего ненадолго задумалась. — Начнём с того, что все те слова о преклонении перед силой среди нас — не просто слова. Это сидит в ёкаях глубже, чем ты думаешь.
— Да я уж давно это понял, — усмехнулся я.
— Понять, осознать и прочувствовать — три разные вещи, — хмыкнула она. — Ну да ладно. Возвращаясь к твоему вопросу… А, нет, есть ещё одна вещь, которую ты должен понять — ведьмак стоит отдельно ото всех. До определённого момента он просто обычный человек с необычными способностями и шансом стать “тем самым ведьмаком”. То есть таких людей, вне зависимости от их силы, лучше не трогать, а то мало ли, — усмехнулась она. — Убить-то их, скорее всего получится, но всегда есть шанс, что и сам сдохнешь. В общем, лучше не трогать.
— Ну, это тоже можно понять, — кивнул я.
— Понять… — протянула она. — Синдзи. Эх… Вот… — всё не могла она подобрать слова. — Ты даже представить себе не можешь, каково сильному, уверенному в себе ёкаю видеть перед собой слабака и понимать, что вот это лучше не трогать. Что вот это слабое, немощное существо, недостойное даже презрения, самая что ни на есть настоящая личинка богоубийцы, и когда она вылупится, не знает никто. Может даже, прямо сейчас… если это тронуть. Так что мы, как правило, обходим стороной слабых ведьмаков.
— Не замечал подобного по отношению к себе, — произнёс я, перебирая в памяти свои отношения с ёкаями.
— Просто когда ты узнал о ёкаях, ты уже был силён, — пожала она плечами. — Сильнее большинства, а с сильными общаться можно. Привычнее. Понятнее. Но заметь, когда ты ходил по общинам токусимских ёкаев, главы кланов с тобой старались не пересекаться. Ты общался со всякими там заместителями, наследниками и так далее.
Ну да, было такое.
— А ты? — посмотрел я на неё. — Ты со мной вполне себе общалась.
— У нас с тобой была одна цель, — ответила она спокойно. — И то… Мне постоянно хотелось проверить тебя на прочность. Постоянно. Я видела перед собой слабака, но при этом знала, что ты можешь быть гораздо сильнее. И страшнее. Раздражение, любопытство, гордость, непонимание, неопределённость, я испытывала слишком много всего разом. Человеку просто не понять. Когда ты победил Байхо, как-то попроще стало. Понятнее.
То-то она была такой спокойной тогда. По идее, Хирано в тот раз упустила возможность сначала победить, а потом и убить своего злейшего врага. Я бы был очень зол, а она…
— Если я правильно тебя понял, то члены Совета… — запнулся я. — Не, не понимаю. Какие у них могли быть проблемы с моей силой? Ты ж сама сказала, что с более сильным общаться можно.
— А тут второй фактор вступает в силу, — усмехнулась она. — Ты Аматэру.
И опять многозначительная пауза.
— И? — приподнял я бровь.
— Метка богини, — произнесла она с улыбкой, — это не только маркер доверия. Это ещё и маркер… равноправия, скажем так. Причём работает это в обе стороны — не важно, кто сильнее, ты или твой собеседник, как минимум в начале разговора оба собеседника равны. А теперь представь, каково им было. Члены Совета просто не понимали, как с тобой общаться. С одной стороны, ты равен им, метка на твоей ауре кричит об этом, а с другой стороны, ты монстр, перед которым нужно склонить голову. Раньше ты был воином, который только что порубил сотню противников и разгорячённо крутил головой в поисках новых. Такого человека лучше обойти стороной. Сейчас же ты тот человек, перед которым эта сотня противников просто расступается и склоняет голову. И мимо пройти тоже нельзя — сначала нужно поклониться… Но при этом этот монстр — Аматэру. Он как бы равен тебе. И вот что делать мимо проходящему ёкаю? Естественно, члены Совета были в растерянности. Но ты молодец — сразу расставил все точки и показал, кто есть кто.