Мороз и шелк (СИ)
- Скоро я уеду обратно в Полянию, - спокойно проговорил Мороз, не пытаясь вырываться из объятий Колдуна.
Зачем? Придет время - сам отпустит.
- А ты останешься со своими правами в Бабили, - равнодушно добавил Мороз.
- Знаешь… - после небольшой паузы холодно произнес Азизи, - Я думал, что ты - мое мимолетное помешательство. Что я сам не замечу, как забуду тебя. Но увидев тебя вновь, я понял - ничего не прошло. Все вернулось в тройном размере. Так что я не собираюсь отпускать тебя в Полянию. Заруби себе это на носу.
- А я не собираюсь оставаться в Бабили, - жестко отрезал Мороз и вырвался из хватки Азизи, сильно дернувшись, - Поляния - мое единственное пристанище, и я не изменю ей. Так что наши устремления не совпадают. Грубо говоря, возникает неразрешимое противоречие, и ты никак не изменишь это.
- Посмотрим, - пробормотал Азизи, смотря на него сверкающими черными глазами и словно припечатывая к полу.
Мороз пожал плечами и просто развернулся, чтобы уйти.
Довольно споров на сегодня.
Обратно в комнату идти не хотелось. Около двери толпились кучи людей, и Мороз решил побродить по коридору. Правда, ничего нового он из этой прогулки не узнал. Ему не повстречалось ни одного человека - лишь синий бархат да свет резных ламп мозолили глаза.
Мороз еле нашел свою комнату и неторопливо вошел в нее. Но вместо Ратибора на соседней кровати его поджидал Азизи. Колдун забрался на постель прямо в тяжелых ботинках и развалился на ней так, будто был царем, а перед ним собиралась петь и плясать толпа наложниц. Мороз тяжело вздохнул, силясь не разругаться.
- Где Ратибор? - спокойно уточнил он, - Почему ты не рядом с покоями Князя?
- А я теперь сплю здесь. Князю не требуется мое внимание двадцать четыре часа в сутки, - легко пожал плечами Азизи, - Ратибор галантно уступил мне свою кровать.
Мороз устало провел ладонью по своим коротким волосам, окончательно приходя в себя. Ратибор - предатель. Но Мороз его не винил. Противостоять Азизи было сложно.
Мороз тяжело опустился на свою кровать.
- Спать будем вместе? - непосредственно поинтересовался Азизи, - В Полянии мы на сеновале и не думали о приличиях.
Вот так и пускай людей на своей груди погреться! Они потом все в свою пользу вывернут.
- Я положу под свою подушку пистолет, - кивнул на бедренную кобуру Мороз, - Если что, его дуло будет смотреть тебе в лоб.
Азизи подумал пару минут, а потом хитро усмехнулся.
- Ну-ну, - многозначительно цокнул он языком.
Сначала все было спокойно. Азизи не обращал на него внимание, сосредоточенно и самозабвенно тыкая пальцем в одну из удивительных технологий Бабили - телефон. Мороз пожал плечами и отправился переодеваться в ванную. От греха подальше.
Но поведение Азизи было затишьем перед бурей. Когда Мороз, умытый, в серых мягких брюках и майке, вернулся в комнату, то увидел, что Колдун зря времени не терял.
Он разделся догола, обнажив свое смуглое, почти бронзовое тело и вальяжно развалившись на кровати. Его ноги были широко раздвинуты.
Мороз сглотнул и поспешно отвел взгляд. Это было очень невежливо - пялиться. Но краем глаза он успел заметить и шикарное тело, и темную дорожку внизу живота, и рельефную грудь, и длинные крепкие ноги…
Боги, чем их в Бабили кормили, раз они становились такими мощными?
Мороз лег на кровать и отвернулся от Азизи, прикрывая глаза. Он спит. Все. И наплевать, что свет, и неважно, что Колдун начал шевелиться на своей постели…
Это ему просто кажется.
- Мороз! - невинно позвал его со своей кровати Азизи, - Мороз!
- М? - слабо, будто бы сонно, ответил он.
- Мороз! - вновь крикнул Азизи.
- Что? - лениво уточнил он.
Азизи выжидательно молчал.
- Мороз! - через минуту нарушил тишину Колдун.
Мороз решил притвориться ветошью. Он спит. Глубоко, беспробудно, крепко… Погружается в бездну сладких грез… Мороза окружают спокойные, безмятежные волны… Тело его расслабляется…
- Мороз! Мороз! Мороз! - проорали ему прямо в ухо, и он подскочил с кровати, будто в него неожиданно вонзили нож.
- Да что? - воскликнул он, и перед его лицом коварно заколыхался, плавно закачался чужой, прекрасно смуглый, соблазнительно правильной формы, большой… Член.
Занавес.
Да какого?! Чертов Азизи!
- Пошел отсюда! - взъярился Мороз - нет, тут никак нервов не хватит, - Вон!
Мороз пошарил руками по кровати, нашел подушку и от всей души треснул ей Азизи прямо по наглой морде.
Дотянулся до такой высоты, посмотрите-ка! Главное - мотивация, а Мороз сейчас был очень мотивирован побить Азизи аж до неприличия.
Подушка не остановила довольный хохот Колдуна. Он наслаждался ситуацией и не скрывал этого.
- А ты соврал! - весело произнес Азизи, - Под твоей подушкой нет никакого пистолета!
Мороз с вызовом вкинул брови, достал пистолет из прикроватной тумбочки и демонстративно положил его под подушку.
- Буду ждать, - холодно проговорил он и рухнул на постель, повернувшись к Азизи спиной.
Мороз напрягся всем телом. Все чувства его обострились. Он выжидал. Вот сейчас Азизи подойдет к нему, и Мороз ему покажет, чего он стоит.
Но время шло, и Колдун не предпринимал никаких попыток добраться до него. Погас свет, стало тихо, Мороз чутко прислушивался…
Но ничего не происходило, и, в конце концов, он расслабился. Глаза закрылись сами собой.
А когда Мороз в следующий раз распахнул веки, то почувствовал, что его прижимают к крепкой, горячей груди.
Мороз против воли улыбнулся. Азизи был словно упрямый ребенок. Добивался своего, несмотря ни на что, несмотря на мысли и желания других. И ведь получалось! Мороз сейчас был в его объятиях, как Колдун и желал.
Мороз тяжело вздохнул. Он повернул голову и посмотрел на Азизи. Тот крепко спал, мило нахмурив черные брови. Мороз не удержался и легко провел по его длинной челке кончиками пальцев. Волосы были такими… Шелковистыми. Мягкими. Чуть прохладными. Такими же приятными на ощупь и восхитительными, как он и запомнил.
Уголки губ Мороза опустились. Он убрал руку, напоследок затронув пальцами брови и ресницы Колдуна. Едва заметно, осторожно - так, чтобы Азизи не проснулся. У него получилось - Колдун даже не поморщился.
Как жаль, что ребенок Азизи не сможет добиться своей конечной цели. Мороз бы, может, и отдал ему свое сердце, но оно ему больше не принадлежало. Мороз целиком и полностью был собственностью полянского народа.
Прекрасная золотая тучка снизошла до мрачного утеса. Вот только сам утес теперь был закрыт железным колпаком. К нему было не пробиться. Тучка опоздала. Утес тосковал и жаждал тепла, но больше не мог дать никому приют. Теперь у него были жесткие обязанности, которые не сломить и не изменить.
Морозу захотелось встать и заорать во всю силу легких. Но он не мог позволить себе и этого. Вместо глупых поступков Мороз аккуратно взял Азизи за запястье и переложил его руку со своего плеча на кровать. Он выбрался из объятий Колдуна и осторожно встал. Сейчас Мороз был не в силах находиться в этой комнате - слишком горько, слишком тоскливо.