Огонёк. По дороге знаний (СИ)
Лор нежно провел рукой по моим волосам. Видно, что брат любит Лоту. А значит это две вещи. Во-первых, надо молчать, что я не она, как можно дольше, потому что неизвестно, как отреагирует он на потерю сестры. А во-вторых, мне очень повезло. Пока он считает меня сестрой, мне ничего не грозит. Как минимум, пока я с ним. Неизвестно почему Лота сбегала из обители, были ли там реальные проблемы. Видимо, выясню я это непосредственно на месте.
— Лор, ну сколько мне еще там быть? Я не хочу, — решила я выяснить хотя бы свой точный возраст.
— Огонек, еще полгода, и я тебя заберу. Обещаю. Милая, мне очень тебя не хватает, ты же знаешь.
Лор прижал меня к себе крепко и поцеловал в макушку. Я смогла ощутить все тепло, что он хотел мне передать этими объятиями.
Я подняла глаза и провела пальцем по его веснушкам:
— Поцелованный солнцем.
Он непонимающе посмотрел на меня.
— Твои веснушки, они так тебе идут, — брат смотрел на меня удивленно, и я решила сгладить впечатление. — Ты самый лучший брат на свете.
И сама обняла рыжего мужчину, что теперь был мне братом. Лор рассмеялся приятным и заразительным смехом.
— Ах ты, маленькая подлиза. Все равно придется ехать в обитель, но я буду ждать тебя дома.
— А ты взял мне лошадь? — спросила я в надежде, что удастся и самой проехаться верхом.
— Взял, конечно. Хочешь прокатиться? — догадался брат, и я увидела смешинки в его глазах.
— Очень хочу!
Лор рассмеялся и остановил коня, чтобы я могла пересесть на свободную лошадь.
— Не понимаю, почему в обители не разрешают ездить верхом, — сказал Лор.
— И я не понимаю, — абсолютно искренне поддержала я. Вот и первый минус.
— Посоревнуемся? Или ты уже забыла, как сидеть верхом? — подначивал меня брат. Мне вовсе не хотелось спешить туда, где придется провести полгода. Но я понимала, зачем Лор это делает. И согласилась.
— А давай! — и, вскочив на лошадь, пришпорила.
Так мы и понеслись галопом в обитель и мою новую жизнь: я и мой новый брат.
Поговорить с Лором возможности больше не было. Да я и не рисковала. Я ведь ничего не знаю. Быть может, это и хорошо, что я попаду в обитель. Смогу понять, где я, и что, вообще, здесь делаю.
Когда мы уже подъезжали к месту моего дальнейшего пребывания, я сделала первые выводы о своей новой жизни. И были они о брате. Лор не ругал, не будил, он был нежен и добр со мной. Он — моя первая опора в этом мире. Надеюсь, что не единственная.
Вперед и только вперед!
Обитель выглядела потрясающе. Огромный готический замок с бесчисленным количеством башен и шпилей. Само строение находилось на окраине леса, и было обнесено забором, обвитым плющом. Ничего удивительного, что сбежала Лота именно в лес.
Архитектура замка хоть и была достаточно мрачной, но вездесущий плющ добавлял жизни и красок во внешний вид строения.
Сказать, почему именно сбежала отсюда Лота, с первого взгляда, я не могла.
Перед большими коваными воротами мы и остановились. Брат подошел ко мне и еще раз крепко обнял:
— Огонёк, что бы ни случилось, помни, я рядом. Я приеду за тобой совсем скоро. Постарайся не сбегать. Я люблю тебя, младшенькая.
Это было так нежно и правильно. Так бы сделал и Сашка. Теперь, он — мой Саша. Точнее, он мой Лор. Такое странное имя для огненного парня. Я поцеловала брата в щеку.
— Я буду скучать, Пал, — прошептала ему в ухо. Именно с лесным пожаром он ассоциировался у меня. Стремительный, яркий, неудержимый. Таким казался мне, мой новый брат, а совсем не Лором.
— Ты давно не называла меня так, Огонёк. Я думал это из-за того, что я отдал тебя сюда. Но я рад, что ты снова называешь меня Палом. Мне нравится.
Брат говорил мне на ухо, но когда мы разомкнули объятия, я увидела искру счастья в его глазах. Значит, ему не хватало этого со стороны Лоты. Но, ведь, я — не она.
— Кхе-кхе, — раздалось сбоку.
Я повернула голову и увидела, что ворота открыты и из них вышла пожилая женщина. У неё за спиной мелькали любопытные лица стайки девушек. Все они были одеты в синие платья, как у меня, и обувь была такая же. Значит, это форма.
Всё увиденное приводит меня к мысли о том, что либо бегство — это предлог, чтобы вытащить брата на встречу. Либо девушка настолько глупа, что не умеет планировать побег. Но есть и третий вариант. Я заняла ее тело, а значит девушка мертва. Следов на теле не было, но я не знаю, вылечил ли его Творец или ее, например, отравили.
В любом случае, надо быть настороже.
Меня встречала настоятельница, или как ее тут называют, женщина в длинном черном платье в пол, с длинным рукавом и закрытом под горло. В общем, строгое и скучное. На вид ей было лет пятьдесят. Сказать, что она хороша собой, я не могла. Лицо было жесткое и суровое. Надменный взгляд и морщинки вокруг рта от пренебрежительной улыбки. Это выдавало в ней крайне неприятную личность. Девушки держались от неё на расстоянии, значит, они её остерегаются. И явно не зря. И что же это за обитель такая? Пансион благородных девиц?
— Хватит прощаться, Рилота. Оставь тера Андарина в покое и возвращайся в свои покои. Мы поговорим позднее, — проскрипел крайне неприятный голос настоятельницы.
— А вас, тер, я попрошу являться в нашу обитель только по приглашению. Мы способны отыскать вашу непутевую сестру и самостоятельно. Ещё ближайшие полгода, как вам известно, мы являемся её опекунами перед законом и всеми богами.
А вот это меня серьёзно насторожило. Как это — они мои опекуны? Они, значит, за меня решать всё могут? Надо бы хорошенько всё выяснить об этой обители. Ой, чувствую, не понравится мне тут…
— Тера Аршут, не забывайте, что это опекунство крайне условное. Как минимум для тех, у кого есть родственники. Я настоятельно рекомендую не проявлять инициатив и повышеных рвений в этом вопросе по отношению к моей сестре.
Кажется, и Пал был недоволен, что я тут. Он произнес это таким ледяным тоном, что на месте этой теры, я бы как минимум задумалась. Но женщина даже бровью не повела:
— Нам виднее как воспитывать тер. Вам пора, тер Андарин.
Настоятельница выразительно посмотрела на меня, и я поняла, что пора идти в мой новый дом, на ближайшие полгода. В любом случае у меня есть преимущество. Они ждут семнадцатилетнюю девчонку, а получат тридцатилетнюю умную женщину.
Я последний раз глянула на брата и поспешила зайти в ворота.
А там… Средневековье. Ну, нет. Не хочу! А как же прогресс? Где он, вообще? А главный вопрос: и вот так везде? Я никогда не была фанатом средневековья. Как минимум, потому что я врач. А мы любим санитарию и технологии, которые спасают жизни. А чем их спасают тут? Пенициллин они хотя бы нашли уже? Кошмар!
Змее... Что?
Ко мне сразу подбежала кучерявая девушка лет шестнадцати и зашушукала на ухо:
— Тера Аршут была так зла, когда узнала, что ты снова сбежала! Так зла! Я честно говорила, что не знаю, как ты выбралась! Но она мне все равно не верила. А я же, правда, не знаю! А ты мне расскажешь? Я тоже хочу сбежать. Это место ужасно, а мне тут еще так долго находиться. Я точно сойду с ума.
Пока она все это тараторила, я поняла, что сойду с ума раньше, если все воспитанницы тут такие. Ну и складывалось впечатление, что этой кучерявой доверять нельзя. Знаю я такой тип людей. У нас их называли “крысами”.
Девушка проводила меня до моей кельи. Спасибо ей хоть за это, сама бы я никак не узнала нужную дорогу.
Помещение выглядело убого. Нет, даже не так, оно выглядело, как тюрьма. Комната два на три метра, твердый лежак, небольшой столик и умывальник в другом конце и маленькая тумбочка возле кровати. Чем тут занимаются, в этой обители, оставалось загадкой.