Любовь к Пропащему Лорду (ЛП)

Мария сдалась и спросила:
– И о помолвке ты ничего не помнишь?
Адам покачал головой.
– Только смутный образ Джейни в моих руках. – Он отвел глаза. – Я хорошо помню, что всегда... очень тепло к ней относился.
Несмотря на столь осторожные слова, они ранили ее. У Марии было тягостное ощущение, что ей не стоит надеяться на чудо. Джейни много лет оставалась его другом, она была той девушкой, на которой он обещал жениться. К счастью, в последнее время Марии все лучше удавалось скрывать свои настоящие чувства.
– Ты помнишь что-нибудь, что могло бы помочь найти того, кто пытается убить тебя?
– Никаких воспоминания ни о заклятых врагах, ни о тайной разгульной жизни. – Он махнул рукой в сторону индийских статуй. – По-моему, это мой единственный секрет.
Что еще могло бы быть полезным?
– Так как Хэл Лоуфорд больше всех выиграл бы от твоей смерти, может быть, что-то в твоих воспоминаниях указывает на него?
– Насколько я помню, он исключительно честен и не имеет ни одной лживой частички в своем теле, – ответил Адам. – Трудно представить, что он пытается меня убить.
– Но ведь может человек сделать то, чего никак от него не ожидаешь. – Казаться прямым и честным человеком – отличное прикрытие, подумала Мария. – Возможно, когда в твоей голове все окончательно уляжется, ты вспомнишь что-нибудь еще.
– Возможно. – Адам встал, помог подняться Марии и вывел ее из святилища. – Для меня до сих пор странно, что, пытаясь что-то вспомнить, я уже не натыкаюсь на белые пятна. А ведь леди Агнес права, у каждого есть такие воспоминания, которые хотелось бы забыть.
– Что-то плохое случилось с тобой, или это сделал ты сам?
– Все, произошедшее со мной, – часть меня, но иногда так трудно признаться в своих поступках. – Он заколебался перед тем, как продолжить: – Несколько лет назад я был на большом приеме во дворце. Там я встретил одного джентльмена из Индии. Скорее всего, он был дипломатом. Все присутствующие там англичане игнорировали его. Я должен был бы подойти и поговорить с ним. Но вместо этого я отвернулся. Я не хотел, чтобы люди увидели, что я разговариваю с этим человеком и вспомнили о моей позорной индийской крови.
Мария вздрогнула.
– С одной стороны, это мелкое, ничего незначащее событие. Но с другой стороны, не проявив учтивости, ты предал самого себя.
– Да. – Он потер шрам, выглядя совершенно разбитым. – Наверное, тебе скучно и утомительно постоянно обо мне заботиться. Если верить воспоминаниям, до взрыва на корабле я был совершенно здоров.
Она подумала о его худощавом, но сильном теле и с легкостью в это поверила.
– Ты обязательно вернешься в форму. Через год ты будешь вспоминать нынешние события, как очень увлекательный сон. – Если конечно его не убьют до того момента. – Хочешь, чтобы я осталась?
Адам покачал головой.
– Сейчас я лягу спать и надеюсь, после того, как я отдохну, все полностью уляжется в моей голове. Хотя, возможно, я хочу слишком многого.
– Я никогда не страдала амнезией, но в голове также полный сумбур, – с кажущейся беспечностью заметила Мария. – Могу я сказать Формби, чтобы он приступил к расследованию по поводу моего отца? Я хотела бы начать действовать как можно скорее.
Адам кивнул, но потом передумал и сказал:
– Поговори с Рендаллом, он лучше организует расследование. Ты не представляешь, как я себя чувствую, понимая, что помню это!
– Видя твои страдания, я всегда буду ценить все свои воспоминания.
– И я тоже. – Он взял ее руку и покрыл легчайшими поцелуями, заставившими Марию вздрогнуть. – Мария, ты просто сокровище! Я благодарю всех известных мне Богов за судьбу, что привела меня к тебе.
– Будь то судьба или случай, но это пошло на пользу нам обоим. – Как легко было бы шагнуть и оказаться в его объятьях. Вместо этого она осторожно освободила свою руку. – Возможно, у Уорфа найдется лекарство, которое поможет тебе избавиться от головной боли.
Адам внимательно на нее посмотрел.
– У него действительно есть замечательное средство. Пожалуй, мне следует его принять. – Гибкий и непереносимо красивый Адам вызвал своего камердинера. Невозможно поверить, что кто-то хочет его убить. К сожалению, она своими глазами видела тому доказательства.
 
– Увидимся, – попрощалась Мария. – Если ты проспишь обед, я не обижусь.
И она, выскользнув из комнаты, прошла через весь дом в свои покои.
Позвонив, чтобы ей принести чай, и надеясь на то, что он успокоит нервы, она села за изящный письменный стол в общей с Джулией гостиной. Чем больше подробностей о своем отце она вспомнит: внешность, привычки, путешествие в Лондон, – тем больше поможет расследованию.
Мария уже заканчивала, когда вернулась Джулия, светло улыбаясь после очередного визита к бабушке. В то время как подруга пила чай с имбирным печеньем, Мария рассказала ей о своем визите к поверенному.
– Как ты думаешь, мог кто-нибудь подкупить ту пару, что содержит почту в Хартли?
Джулия задумалась.
– Мистер Уоткинс пришел бы в ужас от одного только предположения. Он слишком щепетилен и гордится возложенными на него обязанностями. Но вот его жена, Энни... – Джулия покачала головой. – Она вполне может увлечься приятным молодым человеком. Возможно, я не права, но очень даже могу представить, как Джордж Берк убеждает ее изымать твою почту. Ты вообще получала письма, когда была в Хартли?
– Ни одного. Я была так занята делами поместья, что на письма у меня не оставалось времени. Но я не удивилась, ведь из родственников у меня был только отец, и в последние годы я часто переезжала.
– Отсутствие писем от твоего отца подтвердило версию Берка об убийстве. А то, что не писал поверенный, заставило тебя подумать о его непрофессионализме.
– Ты права. – Мария вытерла вспотевшие руки о подол своего платья. – Я продолжаю твердить себе, что мой отец мертв, иначе бы он вернулся в Хартли. Но все же я не могу не надеяться.
– Берк действительно плохой человек, но это не означает, что он обманывал тебя, говоря об убийстве твоего отца, – мягко заметила Джулия.
Умом она осознавала это. Но сердце было слишком упрямо.
Подумав, может ли она поделиться с подругой новостями о новообретенной семье Адама, Мария решила, что все ей расскажет. Скоро о чудесном воссоединении станет известно всем, так что друзьям Адама лучше узнать об этом до публичного объявления.
К тому времени, как Мария закончила рассказ о визите Стиллуэлов и о том, что к Адаму вернулась память, у Джулии от возбуждения тряслись руки.
– Мне нельзя покидать Эштон-Хаус! Столько всего происходит в мое отсутствие!
– По крайней мере, сегодня новости гораздо лучше, чем в тот раз, когда в Эша стреляли. – Мария аккуратно сложила то, что написала, и поднялась. – Пойду отнесу это Рендаллу.
Она практически спустилась вниз, когда дворецкий объявил о приходе Рендалла и Уилла Мастерсона. Они вошли, стряхивая капли дождя со своих шляп, и выглядя довольно взволнованными. Уилл воскликнул:
– Мария, как я рад вас видеть! Что тут случилось? В Эша стреляли?
– Легкое ранение, – ответила она. – Эти два дня были полны событий. Проходите в малую гостиную, и я введу вас в курс дела.
Входя с мужчинами в малую гостиную, она вдруг осознала, что эта комната теперь знакома ей так же, как гостиная в Хартли. Мария описала происшествие в парке, снова заверяя их, что ранение Адама несерьезно. Затем она рассказала о его воссоединении с семьей и о возвратившихся воспоминаниях. Когда Мария закончила, Уилл встряхнул головой, почти также отреагировала на ее рассказ и Джулия.
– Это просто невероятно! Вы говорите, он вспомнил почти все?
– Да, все, за исключением нескольких месяцев до путешествия в Шотландию.
У Уилла вырвалось проклятье.
– Надеюсь, скоро он вспомнит абсолютно все. Это поможет нам поймать несостоявшегося убийцу.
– Адам посоветовал мне обратиться к вам по поводу расследования, – Мария повернулась к Рендаллу. – Могу предположить, что вы его уже начали, ведь так?