Любовь к Пропащему Лорду (ЛП)

Она рассмеялась.
– Это кусты просто-таки требуют твоего внимания. Здесь есть целые участки, которые я даже ни разу не видела. Всегда находится слишком много работы, которая ждет меня в первую очередь, и времени осмотреть весь сад не остается.
– Тогда нам следует осмотреть каждый дюйм этого сада. Куда, например, ведет эта дорожка?
– Не имею ни малейшего представления, но хотела бы это знать.
Мария придвинулась к нему, так как тропинка сузилась из-за разросшейся и надвинувшейся на нее живой изгороди.
– Здесь определенно требуется провести обрезку изгороди. – Он взглянул на свои руки, зудящие в предвкушении работы, и внезапно в его голове возникли вопросы о его ранге и принадлежности к общественному классу: – Я не являюсь джентльменом?
– Для меня ты им был всегда.
Она провела пальцем вниз вдоль линии посередине его правой ладони. В ответ на ее прикосновение его омыло волной чувственных ощущений.
Он был вынужден напомнить себе, что они находятся на стадии ухаживания, и он совершенно точно не может уложить ее в буйную высокую траву и заново исследовать это прекрасное мягкое тело. Адам сделал глубокий вдох, чтобы удержать под контролем самые непокорные части тела, и продолжил прогулку. Дорожка повернула направо и закончилась в отдельной части сада, огороженной стенами из камня. Две полуразрушенные под влиянием ветров и дождей каменные стены встречались в правом углу, расположенном на склоне холма. Две другие стены полуугадывались за плотным кустарником. То тут, то там виднелись островки нарциссов на пике цветения, а фруктовые деревья в шпалернике [28] вытянули свои ветви поверх южной стены сада. Другая стена была увита лозой дикого винограда, которая осенью окрасится в сверкающий красный цвет, живописные деревья вдоль стены предлагали отдохнуть в их густой тени.
Адам остановился и перевел дыхание.
– Все это кажется мне... знакомым.
Она кинула на него острый взгляд.
– Ты когда-нибудь бывал в этом месте?
– Нет, – медленно проговорил он, пытаясь одновременно проанализировать мимолетный образ, стремительно промелькнувший в его голове и так же быстро исчезнувший. – Скорее, мне кажется знакомой атмосфера этого места.
– В каком смысле? – ободряюще поинтересовалась Мария.
– Суть ощущения состоит в том, что здесь все огорожено, закрыто от посторонних, и я чувствую себя... в безопасности. Защищенным. Умиротворенным.
Адам закрыл глаза и попытался вызвать в воображении тот, другой сад.
– У меня есть смутное воспоминание о похожем месте, хотя и с гораздо большим количеством цветов. Прекрасных цветов. В одном углу сада был фонтан с... со слоном в центре? Мне кажется, это был слон.
– Этот сад может находиться и не в Англии.
– Он действительно находится в другой стране, – подтвердил он с неожиданной уверенностью. – Но я не имею представления, где именно.
Адам открыл глаза и внимательно всмотрелся в окружавший их сад. Листва кустарников представляла собой приятное смешение различных цветов и форм. Дорожки были выложены кирпичом, образуя рисунок "в елочку", а большие валуны, казалось, были предназначены для того, чтобы на них кто-нибудь отдыхал.
– Но мне кажется, что оба сада спроектированы так, чтобы поощрить человека к размышлению, молитвам, умиротворению.
– Кстати, о спокойствии – вон кошка с кухни миссис Беккет – Аннабель.
Кошка лежала в полудреме в пятне солнечного света под фруктовым деревом в шпалернике. Как только Мария приблизилась к ней, представительница семейства кошачьих настороженно открыла глаза, но ничуть не возражала, когда ее подхватили на руки и заворковали над ней.
Мария должна везде носить эту кошку с собой, решил Адам. Она просто неотразима с локоном светлых волос, спускавшимся ей на плечо, и черно-белой кошкой, урчащей у нее на руках. Ее нежная привязанность к кошке придавала ее образу еще большую красоту.
– Проживание на кухне объясняет ее великолепные формы.
– Очень тонко подмечено, – тихо рассмеялась Мария. – Она такая сладкая киса. Иногда она удостаивает меня чести и спит ночью в моей постели.
 
Адам медленно повернулся, продолжая думать о другом саде. Сейчас он вспомнился ему более отчетливо. Вода лилась в чашу фонтана не из хобота слона, а из наездника, сидящего на слоне. Совершенно не по-английски. Воздух был обжигающе жарким, даже раскаленным, а в тени огромного дерева сидела женщина. Он не смог представить ее более отчетливо, но он знал, что у нее темные волосы, и она прекрасна...
Мария с кошкой на руках взобралась на один из больших валунов.
– Сидя здесь, понимаешь, как успокаивающе действуют на нервы открывающиеся отсюда пейзажи.
– Я очищу место в этом конце сада и превращу его в настоящий садик для медитации в качестве моего первого проекта. – Он присел на валун рядом с девушкой и поглаживал шелковый мех Аннабель в провокационной близости от груди Марии. – Если бы я ухаживал за вами, мисс Кларк, я бы использовал это уединение, чтобы украсть у вас поцелуй.
Он подался вперед и прижался ртом к ее губам так нежно, словно это был их первый поцелуй. Мария издала тихий горловой звук и припала к его губам. Поцелуй, начавшийся так невинно, быстро перерос в нечто большее. Адам придвинулся ближе, его рука переместилась и обхватила ее грудь. Кошка, протестуя, пронзительно мяукнув, спрыгнула с подола платья Марии.
Своими действиями Аннабель заставила Марию очнуться. И Мария, рывком оторвавшись от Адама, стала ловить воздух ртом, пытаясь восстановить дыхание.
– Я бы позволила вам украсть поцелуй, но ничего больше. Потому что я очень... очень хорошо воспитанная юная леди.
Он сжал кулаки. Хотя его тело просило о знакомой теплоте ее тела, он согласился продвигаться медленно. Она этого заслуживала.
– Как не очень хорошо воспитанный джентльмен, я хотел бы принести свои извинения за свое грубое поведение, хотя втайне надеюсь повторить его как можно скорее.
Мария засмеялась несколько нервным смехом, одновременно с этим она встала и одернула юбки своего платья.
– Полага, что вы более честный человек, чем был бы обычный поклонник, будь он на вашем месте.
– Но это не совсем обычное ухаживание. – Адам встал, испытывая легкое головокружение. Протянув Марии руку, он предложил: – Не вернуться ли нам к нашим исследованиям?
– Мы можем их продолжать до тех пор, пока будем избегать слишком уединенных мест сада. Например, огород при кухне вполне подойдет – все эти овощи так неромантичны.
Мария нерешительно улыбнулась, беря предложенную Адамом руку. И он снова вынужден был напомнить себе, что ей потребуется время, чтобы принять перемены, которые с ним произошли. Адам уже не был тем человеком, которого она знала, и тот факт, что они были женаты, безусловно не означал, что она опять пригласит его разделить с ним постель.
И он с тревогой подумал, а не является ли амнезия основанием для аннулирования брака. Адам надеялся, что нет.
  
Глава девятая
 
(перевод: Janina, редактор: vetter)
 
Гринок и остров Арран, Шотландия
Холодным дождливым днем Уилл Мастерсон ухватился за корабельные поручни, когда "Энни" покачнулась на якоре. Стоявший рядом с ним Рендалл спросил:
– Что это там за предмет на задней палубе?
– Водолазный колокол [29], – ответил Уилл. – Подобно церковному колоколу, его нижняя часть открыта. Благодаря своему весу, колокол остается в вертикальном положении, когда его опускают в воду, поэтому внутри него сохраняется воздух. Ныряльщики могут спуститься вниз в этом колоколе и добраться туда, где они работают, а затем вновь забраться в колокол, когда им необходимо отдышаться.
– Весьма находчиво, – сказал Киркленд. – Что они придумают следующим?