1000 и 1 жизнь 3 (СИ)
— Нет-нет, ты не понял, точнее говоря, я плохо объяснил, — рассмеялся Альфард.
— Я не шучу, дядя, — сказал Сергей. — Подтянем вашу силу ритуалами, официально объявим где надо, власть не пострадает.
— Так и я не шучу, Гарольд! Приятно слышать такую заботу о Роде, отказываться не буду, но выслушай.
Сергей кивнул, изображая на лице внимание.
— У клана хватает земель, союзников и партнеров на всех континентах. Поездишь по нашим колониям, посмотришь на дела клана и рода, вникнешь в них, поработаешь на месте и заодно мир посмотришь. Не просто посмотришь, увидишь, чем живут маги и простаки за океаном, как выглядят владения Британии. А то многие метрополии ни разу в жизни не покидали и пытаются командовать на основании докладов. Ты же увидишь жизнь своими глазами и уверен, принесешь там немалую пользу Роду. Совершишь несколько подвигов, врежешь по зубам кому-нибудь из врагов Империи, в колониях легче действовать. И вернешься к Императору со знанием жизни, новой славой, уверен, он это учтет и начнет потом тебя учить уже власти сверху.
Какой-нибудь другой Глава раскричался бы и начал топать ногами, решив, что у него отбирают власть.
— Отличная идея, — кивнул Сергей.
Враги Британии — в колониях с ними легче не только драться, но и вступать в контакт. Враги Гамильтона.
— Вот только сколько времени на это уйдет? Не обидится Император, что помолвка затянулась?
— После того, как ты закончил Академию за год? — искренне захохотал Альфард. — Вот уж сомневаюсь!
Они обсудили детали, придя к соглашению, что Сергей закончит своего нового мабота, а потом устремится познавать мир. Дядя отбыл, а Сергей остался сидеть за столом, растягивая момент. Он знал, что призовет служанку с обликом Лоры Палмер и насладится ей вдоль и поперек, сверху и снизу, а потом отправится к алтарю и совершит там ритуал жертвоприношения, благо Дживс уже собрал всех кандидатов в магические слуги. В войне с Гамильтоном ему потребуется каждая крупица силы, как чужая, так и своя.
Но сейчас он сидел и длил момент перехода, завершения этапа.
— Обучение окончено, — оскалился он, — пришла пора сыграть по-настоящему!