1000 и 1 жизнь 3 (СИ)
Он метнулся в сторону, уходя от выстрелов Беовульфа, сам ударил и промахнулся. Еще и ас пилотирования!
Краешком усталого, звенящего сознания Сергей понимал, что еще в прошлый раз должен был это осознать. Когда Владыка увернулся от удара Молнии и атаковал со спины так, что Сергей не сумел среагировать. Вот так и гибнут от какой-нибудь мелочи, резонировал в ушах голос Одноглазого.
— Сразимся один на один! — крикнул Сергей. — Пусть наш поединок решит всё!
Он даже не понял, что случилось, в глазах потемнело на секунду, а в ушах загрохотал водопад. Потом до него дошло, что он летит куда-то, нет «Молния» летит куда-то, беспорядочно кувыркаясь от пропущенного удара, а в ушах грохочет хохот Владыки.
— Убейте их всех, мои верные Убийцы! — заорал он неожиданно, утратив мягкость и спокойствие голоса.
Беовульф налетел, словно молния, и Сергей не успел даже понять, что скаламбурил, пропустил три удара, лишился ноги и одной из бронепластин торса.
— Слабак! — выкрикнул Владыка. — Весь в родителей!
Изменение руки, попытка ударить, Беовульф отбил и отсек Молнии руку. Владыка не просто доминировал в этой битве, он подавлял своей энергией и мощью, и Сергей неожиданно ощутил себя перед ним еще большей мошкой, чем перед Одноглазым.
Ах да, они же были вместе на войне, мелькнула мысль.
— Звезда Турнира? Лучший⁈ Ха-ха-ха-ха! Слабак! Сама Мать велела карать слабаков! Хорошо, что я не успел убить твоих родителей, а то месяц блевал бы от убийства таких слабых слизняков!!
В Сергее словно что-то сдвинулось, хрустнуло, раскрылось и взорвалось. Обмелевшее было озеро снова взбурлило и теперь это была не мрачная багровая бездна, нет, взлетали гейзеры ярко-алой крови, жидкость прибывала на глазах и сам он словно оживал.
— Да ты сам себя обозвал! — заорал ему Сергей в ответ. — Потому что ты — мой отец!!
Пользуясь мгновением ошеломления, он выплеснул новообретенную реку крови в уцелевшую руку, нещадно перегружая там все, пропитывая магической взрыв-энергией каждый атом. Никаких заклинаний, структуры, ничего, просто вбивание энергии, словно в первый день в этом мире.
«Топор Руперта» пробил броню Беовульфа, Владыка очнулся и сдвинулся, но все равно, инверсия знаменитой фразы про отца помогла Сергею выиграть мгновение, столь нужное сейчас. Вслед за топором внутрь Беовульфа вклинилась рука, раскаленная и пылающая энергией, намертво связывая двух маботов воедино.
Враг чересчур мобилен и умел⁈ Ограничь его подвижность, поставь в такие условия, чтобы не мог применять умения! Банальность, конечно, опасная еще и тем, что противник тоже ее знал и применял. Но сейчас!
— Волею Матери, да будет так! — выкрикнул Владыка.
Жар раскаленной руки и пламя магии, текущее в теле, не помогли, Сергея моментально пробрало ознобом и страхом. Что, если Мать-Магия и правда услышит, подтвердит его слова? Следи за языком!
Мир вокруг утонул в беззвучной вспышке звезды, на самом деле громкой настолько, что у Сергея просто отказал слух, несмотря на заклинания-смягчители. Зажмуренные глаза, фильтры «Молнии», заклинания ослабления, все это словно не помогло и перед глазами Сергея плясало белое пламя.
Жар, холод, боль, забивание гвоздей в голову, в беззвучном и ослепшем мире. Сергей словно плыл где-то в космосе, в вакууме боли, не зная, что ему делать, потому что он не представлял, что происходит вокруг. Умирает ли он в расплавленной «Молнии» или та все же уцелела, только улетела куда-то в океан? Прибегнуть ли к дару легкой смерти и снова проходить через эту пытку? Сергей не знал.
Новый выброс, гейзер крови, омывающий Сергея-Гарольда, и Христос на кресте, сияющий, нависающий над ним:
— Восстань и иди! — с резким выстрелом струей липкой, тяжелой и вязкой крови в нос.
Сознание вернулось рывком и первое мгновение Сергей понимал только, что он летит куда-то, а вокруг все вопит и моргает. Кровь и грязь на лице, липкие комки в носу и рту, боль во всем теле, словно его избивали ломами, впору было упасть и свернуться в комок.
— Мака! — рявкнул Сергей и снова заорал.
Всю кровь и грязь сорвало и отбросило с тела, вместе с одеждой, а кое-где и с кусочками тела. Еще выброс, удар исцелением по телу, словно молнией боли, от головы до пят! Сергей понял, где находится и что происходит, и тут же подал энергию в летные артефакты, прерывая полет в океан и собираясь снизиться.
— Вот черт, — вырвалось у него.
Пришел ответ артефактов диагностики, затопил сознание пополам с болью. Ноги и руки у Молнии отсутствовали, выжженные взрывом, уцелела только капсула торса и то, на половину, не больше. Кровь снова потекла, заливая глаза и мешая, но Сергей уже сбил сам себя заклинанием, уронил торс «Молнии», раскрывшийся еще до удара, и вывалился из него, словно окровавленный цыпленок.
— Рождение любимца Матери, картина кровью, — раздался хриплый голос Одноглазого.
Сергей, пошатываясь, поднялся. Внутри бурлили гейзеры крови, давали энергию и он вбивал в самого себя исцеления, улучшения, восстановления, оживая прямо на глазах. Причем колдовал машинально, именно так, как всегда хотел и требовал Одноглазый, на рефлексах, оставляя мозг свободным для другого.
— Да и вы выглядите не лучше, — отозвался Сергей.
Одноглазый сейчас больше всего напоминал осьминога, которому оторвали часть щупалец, остальные завязали узлом и выбросили на берег, подыхать. Битва! Сергей молча начал соединять кончики пальцев, вкачивая энергию в заклинание великого исцеления.
— Побереги силы, — прохрипел Грег, — ты ж под допингом был!
— У меня открылось второе дыхание! — мрачно оскалился Сергей, вскидывая правую руку, словно изображая кобру в прыжке. — Хе вакаора нуи!
Излечить и спешить обратно в бой, раз уж уцелел! «Молнию» жалко было до слез, но Сергей знал, что только откатись и начни юлить в прошлом, пытаясь спасти мабота, как всё. Владыка его прибьет, откат и снова попытки спасти и спастись самому.
— Да вы издеваетесь! — заорал Сергей, пока Грега корчило и выгибало ударом великого исцеления.
Конечности ему Сергей вернуть не смог бы все равно, слишком давно их отрубило, слишком сильны были проклятия, но вот протезы изготовить, подлатать и тоже в бой. Но все эти мысли сдуло, когда облако пыли и энергии словно разорвало и оттуда вылетел Владыка Смерти.
— Щиты забыл, — прохрипел Грег.
Словно по лбу хлопнул. Точно! Чары против телепортов и порталов! Кто другой может и не смог бы, а Владыка да, этот сумел телепортироваться прочь за мгновение. Да еще и из чужого мабота!
Разорванное облако явило страшную картину уничтоженного лагеря, но в то же время и картину надежды. Гамильтон, во главе отряда каких-то магов, нападал, громил, атаковал и с каждым взмахом его палочки падал еще один Убийца. Владыка, отброшенный было из битвы, вернулся, насел на Гамильтона.
— Да, — криво усмехнулся Грег, — нам не место в битве таких титанов.
Сергей даже не поспевал следить за ударами, все сливалось в какую-то гудящую сферу энергии, всполохов и выбросов, способных убить обычного мага на месте.
— Точнее, тебе там место, но лет через пять, если отлынивать не будешь.
— На маботе…
— Гарольд! — гаркнул Грег. — Очнись!
Да, Сергей уже и сам видел, что ляпнул глупость. Он и сам смог бы голыми руками, колдуя без палочки, вбить почти любой мабот в землю, чего уж говорить про Гамильтона и Владыку, с десятками лет опыта за плечами! И самое главное — сравнимой мощью.
Сергей охватил голову руками, впился пальцами в кожу, сгребая волосы в горсть. Как же глуп он был, рассчитывая одолеть Гамильтона в одиночку, подловить из засады! Тут надо было выводить армию! Сборную!
— Не ты первый, — сказал Грег, — не ты первый. Ничего, зато теперь ты видишь, к чему надо тянуться!
Битва не то, чтобы затихла, скорее сместилась. Гамильтон и его отряд давили Владыку и Убийц, оттесняя прочь. Видно было, как там открываются порталы, выбегают еще маги, спешат на помощь раненым, что-то колдуют. Сергей выдохнул устало, готовя новое заклинание. Магической энергии-то хватало, а вот уверенности в себе как-то не очень. Влезешь — убьют, все откатится и во второй раз Гамильтон не придет, не спасет.