Солнце, море... Дирижабль (СИ)

Лицо легата сделалось нежно-зелёного цвета. Он шумно вздохнул. 
- Во что будем играть? – Ответил мужчина после непродолжительного молчания. 
- Покер. Колоду даёте вы. Мистер Салех проверит их, чтобы исключить жульничество. Потом ваш человек раздаст карты, после чего дадим клятву честной игры. У каждого из нас будет десять ставок. – Ричард же, напротив, был предельно спокоен и собран. 
- Я…
- Вы боитесь, что вас сочтут предателем? – Гринривер хмыкнул. – Дам совет. Пусть семьи тянут жребий. В случае вашей победы. Объявите о споре публично. И вы будете героем. 
- Зачем… Зачем это вам?
- Зачем мне играть с вами, тянуть нервы и издеваться? – Молодой человек внимательно уставился собеседнику в глаза. 
- Да. 
- Он мудак. – Пояснил ситуацию Салех, который активно грел уши. 
- Я на отдыхе. – На подначку приятеля молодой человек не отреагировал. 
- Ага, будь мы тут по службе, он бы уже насиловал ваш хладный труп. – Рей не упускал возможности закрепить репутацию приятеля. 
- Я бы не стал исключать подобного варианта. Но повторюсь, я на отдыхе. Вы свободны, Гай. Пришлите кого-то, кто будет при мне вестовым. Если понадобитесь, я позову. – Молодой человек отвернулся от собеседника, давая тому понять, что аудиенция подошла к концу. 
- А партия…
- На закате. 
Гай Коркоротос покинул компанию имперцев, у них впереди был ещё мешок писем. Легат находился в том состоянии духа, когда ему не помешала бы указанная шаман-трава. Если у человека отнять, а потом вернуть ему надежду, от его нервной системы много не останется. 
Утешения мужчина пошлел искать в Храм Теней. Лакот, дарующий сон. Почитаемый и любимый бог островитян. Сложно сказать, в чём была причина такого казуса, но в то время, как империя (и весь остальной мир) почитала целые пантеоны, жители полисов почитали Лакота и только его одного. 
В храме теней всегда было тихо. Жрецы не приветствовали праздных прихожан. Да и вообще, считалось что к Богу надо идти лишь в тех случаях, когда от тебя уже ничего не зависит. Даже когда речь шла о судьбе всего острова, легат не пересёк порог святилища. 
А сейчас… Сейчас был тот самый момент. 
Никто не знал, как выглядит храм внутри. Хотя вход в него всегда открыт. Дверной проём на стене обрамляли две колонны белого мрамора. Свет, что лился с улицы, падал на белый пол храма. И это пятно света – единственное что прихожанин мог разглядеть. 
Сразу за границей света начиналась тьма. Словно кто-то отсёк ножом эту самую границу. Тьма и тишина. Лишь потоки воздуха давали понять, что человек зашёл в помещение, а не оказался у края бездны. Казалось, храм Повелителя Теней просто пьёт солнечный свет. До последней капли.
Жрецы Лакота не собирали подаяния. Не возжигали благовония. Не читали проповеди. Завёрнутые в тёмный саван фигуры молча взирали на город в те редкие часы, когда и солнце, и луна скрыты от взора человеческого. 
Служители Молчаливого ходили тропами теней. Их странные песни, что иногда доносились через стены храма, что выглядел как каменная шкатулка с единственной дверью-порталом, навевали тёплые сны и успокаивали даже самую истерзанную страстями душу. 
Легат шёл отдать тьме свою судьбу. Шёл, отравленный надеждой, раненый поражением. Шёл, чтобы вручить теням самого себя.
Лакоту не носили даров. Тот, кто пришел с молитвой и был жертвой. Хочешь исполнить желание? Шагни в темноту. Не все возвращались. А кто вернулся, часто терял что-то важное. Смех, память о чём-то хорошем, часть своего тела… 
Легат вошёл в храм. Лишь на секунду он замер на границе света и тени. Бросил прощальный взгляд на яркие краски тёплого лета и шагнул в темноту. 
Обратно он вернулся уже вечером. Лакот взял свою плату. Великую плату – он отнял у Гая то, что позволило ему стать мудрым правителем. Легат отдал в качестве платы свой страх. После этого дня он уже никогда ничего не боялся. В качестве ответного дара он сжимал в руках колоду игральных карт, завёрнутую в грубую бумагу. 
Тем временем имперцы всё глубже погружались в сладкие грёзы. На пляже установили стол, принесли еды. И даже прислали два десятка самых привлекательных девиц из местного борделя. Победу Ричарда отмечали с размахом. 
 
Празднование переместилось на центральную городскую площадь. На террасу лучшей гостиницы. Слухи о карточной партии разнеслись по лагерю, в который эвакуировались жители города. И самые смелые по одиночке, а то и группами, пошли в сторону центра. 
Комендант крепости организовал кордоны. Быстро нашлись смельчаки, что впали в искушение решить проблему иноземного вторжения с помощью точного выстрела или адской машинки. Что сотворят разгневанные имперцы после такого партизанского «привета», проверять у гарнизона желания не было. Смельчаков ловили и тащили на берег, где до сих пор остывала чёрная линза расплавленного стекла. 
В тот момент, когда солнце краем коснулось безмятежного океана, на площадь вошёл Гай Коркоротос. Мужчина облачился в парадный мундир тёмно-синего цвета. Оружия при нём не было, а правое предплечье опоясывала чёрная повязка.
Рей Салех, едва бросил взгляд на визитера – моментально протрезвел. 
- Ричард, Ричард, морда твоя укуренная, пойдём-ка я тебе скажу кой-чего интересного! – Громила подхватил приятеля под локоток, отняв того у разбитной девицы. Девица успела со страха выпить пол бутылки кальвадоса и была решительно настроена заиметь от Гринривера ребёнка, чтобы хорошо устроиться при новой власти. Так что из одежды на ней была лишь полупрозрачная туника и шёлковые шаровары. 
- Мистер Салех, я решительно отказываюсь делить с вами даму! Такой чести мы удостаиваем лишь особ королевской…
Рей перехватил приятелю горло кривым ножом и прижал к мостовой. Кровь ручейком потекла по тёплым камням, скатывая пыль в бурые комочки. Через минуту молодой человек затих. И ещё через минуту поднялся на ноги. 
- Доклад! – Молодой человек мгновенно проникся серьёзным выражением лица Салеха. 
- Там твой Гай пришёл, чтобы в карты играть. Не нравится мне он. – Рей угрюмо почесал бороду и со злобой дёрнул себя за волосы. В такие моменты длинные густые волосы ничего кроме раздражения не вызывали. За волосы можно схватить, волосы можно поджечь, через волосы можно проклясть…
- Думаете, он вживил в тело магическую бомбу и хочет нас подорвать? – Ричард осторожно выглянул из-за угла здания. Там легат принял позу терпеливого ожидания.
- Не, не похож он на смертника. Тут что-то другое. – Громила повёл плечами. 
- Чего мне следует опасаться?
- Да если бы я знал! – От полноты чувств волшебник топнул по камням протезом. Сверкнула искра. 
- Что вы предлагаете?
- А давай пристрелим его, от греха подальше? Кто этих островитян знает! – Салех всегда был предельно рационален. 
- Не выйдет. Я дал слово. В крайнем случае погрузим этого персонажа в шаланду, пусть плывет на все четыре стороны. У нас и так тут оборудованная морская база с почти лояльным населением. – Ричард бросил взгляд, полный сожаления, на девицу, что утоляла жажду из бокала. Упругая подтянутая грудь соблазнительно покачивалась. 
- Я тогда это, за винтовкой. И свою змею держи при себе. Этот Гай быстрый, я таких никогда не встречал. – Рей снова почесал бороду. 
- Наши спутники? – Ричард хрустнул костяшками, словно разминаясь.
- Предупрежу. Но я бы не рассчитывал. Они на втором этаже в шашки играют стопками с местным ромом. Уже шестую партию. – Громила тоже сделал несколько характерных движений, разогревая мышцы. 
- Тогда я пойду. Развлеку нашего гостя. И мистер Салех… - Ричард замялся. 
 
- Да? – Рей был само внимание. 
- А неплохой отпуск у нас получается! 
Мужчины расхохотались. 
- Сэр Гай! Смотрю вы уже готовы проиграть мне свою душу. – Ричард улыбнулся легату. 
- Или отыграть свою свободу! – Ответная улыбка, и взгляд серых глаз спокойно встречает лёд глаз графеныша. Без страха. Без сомнений. Тот хмыкнул.