Коллоидный Мир (СИ)

— Долгих лет, благ вам, Стригор Стрижич, — глубоко поклонился старик, через десять минут поднявшийся ко мне.
— Проходи, Недум, присядь, — озвучил я. — Присядь, я сказал! — старик начал мотать головой, но сел на рявк. — Во-о-от. Недум, я получил ярлык и стал настоящим владельцем… не перебивай и дослушай, — прервал я пытающегося что-то верноподданно вякнуть деда. — И теперь мне нужны знания, которые есть у тебя. Те самые, которыми я пренебрегал.
— Благослови Стрибог мысли ваши благие, Стригор Стрижич! — был мне ответ с широкой лыбой. — Всё, всё, что могу, всё, что знаю, всё вам доступно.
Частил это старик, а я добавлял вопросы, хотя и находил часть ответов. Например, Стрибог, числился “богом воздуха” и прародителем, как ни удивительно, Стрижичей. То есть, в местной мифокартине — я полубог этакий, кровь божества. Чёрт знает, везде ли в Беловодье, но для слуг и пейзан — именно так. И с чего на амурные похождения Стригора пейзане смотрели с радостью — тоже частично понятно, “божья кровь”. Ну да ладно, пусть пока пославословит, а я надышу.
Дед начал выдыхаться, но “надышался”. А я начал фигеть — не вообще, на полшишечки. То есть несколько удивился: у деда был надсердечник. Совсем дохлый, незаметный, вряд ли вытянет легкий порыв ветерка, но был и насыщал кровь эфиром, пусть опять же, крупицами. Интересненько, отметил я и перешёл к вопросам.
Затянулась наша беседа до принесённого Олой ужина, к приносу которого я дедка отпустил: “невместно” ему со мной трапезничать, тут вряд ли сила бы помогла, да и нахрен он мне, как сотрапезник, не сдался, если честно.
А вот информации была тьма, о ряде вещей дед явно “недоговаривал”, но не врал, был в целом честен и явно предан.
И, для начала, выходило, что ему более пары сотен лет. Учил отца, деда и прадеда. Сам учит правнука, “наставника молодому господину”, семейный подряд у него такой. И явный родич Стиржичам, хотя в этом случае все выходят родственники в нашей Жопе Мира, что, в общем-то, и непринципиально.
Итак, с продажами и покупками, насколько понимал сам Недум и смог предать — он торговался “от балды”. Цены узнавал отец, в лавках, лет десять назад. Ну такой себе источник информации, хотя дед выходит молодец — мы ещё по миру не пошли, даже на братову учёбу деньги есть, как и в кубышке что-то. Что — неясно, надо в Росток.
Далее, стоял вопрос “управителя”, и тут дед распелся соловьём певчим. Это реально управитель, запирающий отпирающий, способный переформатировать поместье в довольно широких пределах, быть запрограммирован на ряд действий… и заброшен со времён деда. Стривед забил, как, соответственно, и Стригор.
Правда, пока я от описанного функционала толку особого не видел: всё было, в основном, “фортификационного” типа, вроде наращивания стен, увеличения питания “медуз” во рву — тварей со стрекательными клетками, с нервно-паралитическим, как я понимаю ядом и прочее подобное. В теории небесполезно, интересно, но не слишком нужно: текущие фоновые “бытовые возможности”, вроде “строительного раствора” для починки и подновления стен, фонарей, открытия и закрытия дверь, аккумулирования запасов воды и обеспечения живого биоценоза — порядково интереснее выходят.
Но “спуститься-пообщаться” с управителем надо, факт. “Забыть” он меня не забыл, но я его банально “не чувствую” за давностью лет, а со слов Недума — должен как Индрика, на всей территории поместья и “сто шагов окрест”.
Далее, с “городскими” — Недум ни черта не знал. Точнее, имел информацию “от своего деда”, сам поместье не покидая. Однако упомянул он такой небезынтересный факт, что при деде в поместье пригоняли, вместе с мытарем, десяток-другой человек. Вроде бы преступники, и дед их выкупал, направляя в деревни. Отец от этого отказывался, так что уже при нём “торговец живым товаром” являться перестал. Деталей Недум не знал, вроде бы “подведомственная популяция пейзан” даже увеличивалась, но тоже тема для “ростокского исследования”: вопрос людей, откуда брать, нужно ли это. И насколько они “бандиты”, если такие есть.
 
Третий ответ меня натурально выморозил. Потому что вопрос был о “родильных домах”. Итак, местные дамы были… яйцекладущими, чтоб его!
Не вполне так, конечно, скорее гибрид сумки и икры. В общем, со слов Недума, выходило такое “чудо рождения”:
Внутриутробная беременность протекала три месяца, после чего женщина откладывала… ну я бы назвал это живым маточным репликатором. Живое яйцо, скажем так. И роды, насколько я понял, не травматичные, хотя “ослабевают бабы, да два, а то и три месяца квёлые ковыляют”. Очевидно, запас веществ на яйцо и младенца немал, ну и организм роженицы ослабевает. При этом, яйцо автономно до месяца, в этакой “гибернации”. А вот в тепле и проточной воде за три месяца “доформировывается” младенец. Очевидно, запасы “еды” яйцо содержит, а проточная вода, заодно — канализация отходов.
Ну, в общем… круто, эффективно, обычные женщины только позавидовать могут, а я только восхищаться — безболезненный механизм родов, адаптированный не под биологию, а под социологию.
Ну и дома родильные, соответственно, и есть места с “тёплой проточной” водой, куда “икру мечут” и где младенцы рождаются. Как я понимаю, могут и в домах, но неэффективно, да и опасно. Проще “повивальную бабку” иметь, за “кладкой” присматривающей.
И, наконец, последний вопрос, который мы успели если не обсудить, то затронуть: магия Стрижичей. Вопрос, меня довольно сильно волнующий по понятным причинам. Но, увы, не слишком Недуму известный: кроме “усердно к силе Стрибожьей прибегать”, никаких рекомендаций. Но, что интересно: “как силушка прирастёт, дарует Стрибог сыну своему знания”.
А значит, высоковероятно есть механизм: либо готовых кругов типа Замороженного Мира, но прошитых базово, либо оперирование эфиром “инстинктивное”, как с лезвиями, и “прошито” в те самые органеллы, а зависит от “общего объема”. Докачался — сразу смог.
Последний вариант наиболее вероятен, потому как круги — не невнятное поведение требухи, в попытках смоделировать которое Архив завязывается бантиком с сомнительным результатом. Круги — предмет эфирный, любопытный, и они либо есть, либо их нет.
Архив их не видит, соответственно, и вариант инстинкта — самый вероятный.
Вот после подобного разговора я пожрал, да и завалился в шкуры. Кстати, еда была реально вкусной, и, оценив её, я пожевал с удовольствием.
А через несколько минут Ола проскакала по периметру комнаты, раздавая щелчки светящимся жёлтым пузырям, и в опускающемся полумраке скользнула мне под бок, прижимаясь горячим телом.
И… нет, наверное, решил я. То есть, возможно, и хочется, но чёрт возьми, СЛИШКОМ много ощущений, мыслей и впечатлений за сегодня. Один, один, чтоб его, чёртов день.
И не буду я даже в эфире шуршать, веско постановил я. А вот останусь сознанием в теле и банально, по-человечески, посплю. Может, это и самообман, и на самом деле “не надо”, но сделаю, потому что хочу.
Принял я это мудрое решение, лёг на бок, притянул горячую Олу, подоткнул шкуру, приобнял девицу, да и заснул.
Наутро выбирающаяся из шкур Ола меня разбудила, а я остался валяться, припоминая вчерашний день и пытаясь вспомнить сны. И последних я не наблюдал вообще, даже спросонья. Ну, крепкая здоровая психика, отсутствие воображения, либо мозг охренел до такой степени, что послал всё нахрен, включая сны. Вполне себе равновероятные варианты, хмыкнул я, потягиваясь и выбираясь из кровати.
Тем временем Ола притащила мне завтрак — кусок печёного мяса, сочного и мягкого, с незнакомыми мне, но более чем знакомыми Стригору специями. Горбушку ржаного хлеба, чашку каши и отвар из яблок. Всё вкусно, причём от еды получаю очевидное удовольствие, отметил я. Органично, но вполне приятно.
И, видимо в продолжение мыслей и “на десерт”, подошедшая Ола обдала меня теплом своего тела, принимая опустевшую посуду и… яйцы у меня не то, что выкатились, а выстрелили.
Отмороженная порнуха
Девица на выкаченное и боеготовое бросила взгляд, удовлетворенно улыбнулась, облизнулась и грациозно опустилась на колени между моих ног. И, без прелюдий, высунув язык запустила его под крайнюю плоть, оголяя головку именно языком.