Говорящая с ветром (СИ)

— Во славу! — раздался ответный рёв.
И только теперь я поняла, что в бой идёт весь пятый дом, от мала до велика. Идут, не надеясь на возвращение. Идут, наверное, впервые, с открытыми лицами, без масок под шлемами. С опознавательными знаками на доспехах, под знамёнами своего дома, открыто заявляя: Пятый дом идёт в бой! Когда ветераны сотен сражений, идут в битву, надев парадные регалии, врагам стоит знать, что за тяжёлой поступью когорт, слышаться лёгкие шаги всесильной смерти.
Впереди, огромные портальные арки замерцали, открывая дорогу. С той стороны донеслись звуки тяжёлого боя. Я первая начала разбег, ловя тени боевых арахнидов пятого дома по стенам. С самого ближнего края к нам, дроу теснили оборотней. Те явно уступали. Наши копейщики чёрными лентами проскользнули сквозь оборотней, резким наклоном отправляя свои длинные копья в стремительный и смертоносный, хоть и не долгий полёт. Возвратное движение. Копья возвращаются до середины в крови. Второй выпад, и в бой вступают наши меченосцы. Лучники и арбалетчики стремительными прыжками заняли высоты и начали обстрел врагов.
— Потанцуем? — спросила Тинариса, используя изгиб его хвоста, как опору для прыжка, взмывая вверх.
Несколько оборотов в воздухе, и я в гуще боя, там, где увидела знакомые доспехи лорда Алькара. Рядом одаривает ядовитой паутиной врагов подросший Дзен, маленький паучок уже достигает моих бёдер, а его броню не пробить. За спиной Лютый, рычит так, словно он оборотень, а не дроу. По всему фронту, дроу пятого дома оттесняют уставших оборотней и их союзников, откидывая работорговцев назад от позиций союзников.
Наги грозового перевала, наконец-то, я увидела их в бою, просто сносят дальний фланг врага. Рядом с нами несётся на ближний вражеский фланг конница Гардаранов.
Мириэль командует лучникам взять цель. Работорговцы пытались выпустить подрывников, но взрывы прогремели среди них самих.
По центру наших войск, что стоял, не дрогнув, из-за чего сейчас там образовался клин, началось непонятное движение. Огромный и здоровенный мужик, мощь которого даже на расстоянии впечатляла, явно направлялся к Мириэль. Глядя на него издали, я вспомнила себя пятилетнюю перед чучелом матёрого медведя, стоявшего на задних лапах.
— Ты кто такая? — ревел он на всё поле, сграбастывая Мириэль в объятья и закрывая собой. — Кто пустил тебя в бой? Тут опасно.
— Спорим, я знаю, что сейчас будет? — даже убивая врагов, Лютый находил время и силы, чтобы язвить. — Эй, чешуйчатый, это случаем не твой родственничек?
— Мой, Карел Лангран, лорд Варлах. Оборотень, вербер. Не женат, есть старший сын, говорят, недавно встретил истинную. Я Вареса ещё не видел, сам не спрашивал. — Исчерпывающе ответил наг, продолжая скользить рядом, со своим странным оружием, которым и колол, и разрубал врагов.
Я вскинула голову, для этого странного вербера и Мириэль, мира вокруг словно не было. На того, кто попытался напомнить мужчине о сражении вокруг, рыкнули настолько свирепо, что тот чуть не упал.
— Только этого нам не хватало. — Простонал наг. — Карел встретил истинную. Он теперь невменяем, и будет уничтожать до последнего всё, что посчитает угрозой для неё.
— И в чём проблема? — удивился Лютый, на выдохе разрубая дроу из второго дома. — Нашёл чего жалеть! Врагов вон немерено.
Вдруг атакующая линия работорговцев по сигналу отступить резко откатилась назад, оставляя широкую, в несколько десятков метров, полосу. Меня охватило дурное предчувствие. Которое подтвердилось, стоило из рядов противника выйти фигурам в кожаных масках и со слюдяными вставками, прикрывающими глаза.
— Менталисты! Вырубить эту мерзость к демонам! — заорала я, выбегая из строя далеко вперёд.
Обе звёзды менталистов начали соединять силы для удара, до этого момента они действовали поодиночке, потому что места для построения звёзды просто не было. Но я понимала, что мы не успеваем. Какие-то шары на цепочках, что несли в обеих руках эти недоделанные алхимики, уже начали испускать ядовито-жёлтого цвета дым, видимый даже в свете ночного боя.
 
Эти алхимики шли широкой церью по всему фронту. Всё, что я могла сделать, это призвать ушедших. Но после того, что я сама только вернулась с грани, моих жизненных сил явно не хватало.
Подскочивший Тинарис быстро что-то начертил вокруг меня. И сцепился с каким-то безумцем, прибежавшим с той стороны.
Я вливала силы в тёмный туман, что вставал тонкой завесой. За собственным телом я наблюдала как будто со стороны и одновременно, чувствуя всё, что происходит. По жилам прокатилась свежая, яркая сила, напоминающая весенний ручей. Это Ранель, распоровший ладонь, прижал её к линиям, нарисованным нагом.
Уверенное течение, словно спокойная река. Это Лютый сменил внука за моей спиной.
Древняя мощь и скрытая в крови сила, отозвавшаяся теплом змеиного браслета. Рядом с Лютым прижал свою руку Тинарис.
Неожиданное ощущение спокойствия, словно встала на берегу моря и смотришь на бескрайние водяные поля. Обдавшая с ног до головы волна. Ильрейс.
И я вижу, ощущаю, кожей чувствую напоминающий гул голос ветра, и стремительно темнеющую занавесь передо мной.
— Моя госпожа, — тихим шепотом в волосах и отблеск изумрудных искр.
И туман душ ушедших колыхнулся и сорвался, обрушиваясь лавиной на ряды работорговцев. Железные шары, источающие ядовитый дым, упали на землю. Но чёрный туман не пропускал его к нам, гоня на самих работорговцев. И вслед, два слитных удара звёзд менталистов.
Ильрейс, что-то нажала на своем посохе, её рука закрылась изогнутыми пластинами, как двойным эфесом, из концов посоха выскочили лезвия крестовиной. Правящая легко скинула верхнее платье, оставшись только в костюме тени. И первой сделала шаг в сторону врагов, увлекая за собой остальных.
Противопоставить больше ничего работорговцы не могли. Они не успели отойти от мести ушедших и собственного ядовитого дыма, как получили удары менталистов. И тут же столкнулись с разъярёнными воинами союза.
Выжившие сдавались без сопротивления. К моему удивлению, здесь оказались даже дроу из верхушки первого, правящего дома, находящегося в родстве с Лангранами. Не меньшим шоком это было и для самих Лангранов.
Ну, наверное, кроме того самого медведя. Который сейчас именно зверем и тёрся рядом с Мириэль, то утыкаясь мордой ей в ноги, то вылизывая руки и позволяя себя тискать к восторгу самой Мириэль.
А вот нам предстояло ещё одно дело. Раз уж второй дом так в открытую заявил о своей позиции, то я воспользовалась этим шансом. Отобрав личные амулеты переноса у белознаковых, и расширив их при помощи менталистов, мы прошли на территорию этих учёных.
Помимо дроу пятого дома, здесь были оборотни и несколько нагов. В коридорах дома мы натолкнулись на ожесточённое сопротивление. Хвала Прядильщице, что второй дом, давно видимо забыл о кодексе дроу, променяв тренировки на опыты. Этажи дома очищались быстро.
Благодаря менталистам мы находили скрытые проходы и ловушки достаточно легко. Пока не пришли в зал, из которого шли несколько ответвлений.
— По два менталиста на каждую группу! Расходимся! — скомандовала я.
Здесь дроу встречались реже. Видимо основные силы вывели на поле, а оставшиеся оказывали сопротивление наверху. Столы, перегонные кубы, какие-то колбы, записи, операционные. Странные, но хорошо узнаваемые. Я толкнула последнюю дверь и зажала себе рот рукой, чтобы не закричать. Я без подсказок узнала лаборатории, о которых говорил Феникс.
Но меня здесь, кажется, знали и ждали.
— Госпожааа, вы обещали! — напоминали мне со всех сторон.
Дроу, наги, оборотни, люди. С переломанными и сращенными под немыслимыми углами конечностями, с приживленными конечностями насекомых, жалами, мандибулами вместо нижней челюсти.
Если ад существует, то я была на его пороге.
— Госпожа! Вы пришли! — донёсся знакомый голос.
— Феникс! Где ключи? — хотела вцепиться я в решетку его клетки.
— Осторожно госпожа. Видите шипы на прутьях? Они проткнут вам руки и впрыснут яд в кровь. Не смертельно, но очень болезненно. А ключи вон, расположены так, чтобы мы их видели. — Предупредил меня Феникс.