Живописец смерти (СИ)

Перед мысленным взором Кейт начали прокручиваться кадры, где Элена и Трайп занимаются сексом в огромной постели. Самое большее, что ей удалось сделать, это переключиться на Джанин, которая порола хлыстом мерзавца Билла Пруитта. Кейт уже собиралась рассказать об этом Ричарду, когда услышала возглас:
— Кейт! Ричард!
Сквозь толпу пробиралась директор Музея современного искусства Эми Шварц, коротконогая пухлая дама в одном из своих традиционных платьев колоколом (на этот раз лазурного цвета в маленький белый горошек), отчего была похожа на треугольник с вершиной, увенчанной шапкой спутанных кудрей. Она поцеловала Кейт в щеку.
— Тебе так идет голубое, — сказала Кейт. — Откуда у тебя это платье?
— Украла из гардероба актрисы Мэри Касс.
Кейт рассмеялась.
— Боже, как я рада тебя видеть. Что пришла смотреть?
— Понятия не имею. Билеты брала Роберта. Вроде какой-то мрачный скандинавский фильм. Что-то постмодернистское с обязательным любовным треугольником: мужчина, женщина и собака.
— Замечательно. — Кейт посмотрела на Ричарда. — Значит, вот что мы будем смотреть?
— Не вини меня. Я по-датски читать не умею.
Эми махнула женщине с короткими седыми волосами стального цвета.
— Вон и Роберта.
— Мне нужно сходить в туалет. Не знаю, может быть, это предменструальный синдром, но терпеть больше нет сил.
Кейт начала протискиваться сквозь толпу и внезапно остановилась, потому что увидела его, поедающего круассан у стойки бара кофе-эспрессо. И он ее увидел тоже. На мгновение ей показалось, что он может броситься бежать, но нет — он стоял и улыбался.
Кейт не знала, что будет делать, когда подойдет, но рассуждать было некогда. К тому же часть ее сознания была заблокирована. То есть сейчас ею руководили лишь инстинкты. Кругом были слышны разговоры, смех, по громкоговорителю объявляли о начале сеансов, а Кейт медленно двигалась к Даймиену Трайпу и остановилась примерно в метре. Их взгляды встретились. Он улыбнулся своей отвратной сладенькой улыбочкой и потер пальцем шрам на подбородке.
— Так, так, так… вот это сюрприз. — Трайп отправил в рот остаток круассана и слизнул с длинного указательного пальца масло. Его детские голубые глазки медленно скользнули по Кейт, сначала вверх, потом вниз. — Какая неожиданная встреча, Кейт.
— Ты очень скоро пожалеешь о том, что мы встретились…
Трайп сказал еще что-то, и она ответила. Но слова приходили к ней откуда-то издалека, потому что в ушах громко стучала кровь. Единственное, что Кейт видела, это его розовый язык, облизывающий костлявый палец, и ухмылку — ту же самую, какую он изображал перед камерой. Она напряглась и сделала резкий выпад, но Трайп оказался проворнее и увернулся. Кулак Кейт ударил в плакат фильма Хичкока «На северо-северо-запад». Название почему-то было написано по-французски. Плакат был в раме. Стекло раскололось, и кровь размазалась, запачкав чуть раздвоенный подбородок Кэри Гранта и превосходные белые зубы Евы Мари Сейнт.
— Сумасшедшая! — крикнул Трайп.
Кейт не чувствовала боли и не видела крови. Она ослепла. За время службы в полиции с ней такое случалось несколько раз, и это было ужасно. Теперь остановить ее не могли никакие силы. Не спуская взгляда с Трайпа, Кейт выхватила пистолет.
Его испугало не оружие, а то, что он увидел в ее глазах. Трайп пустил в ход свое обаяние, которое никогда не подводило: улыбочка, ямочки на щеках и прочее.
— Успокойся, Кейт, — промолвил он, кладя руку ей на плечо, даже чуть поглаживая.
— Ах ты, сволочь, — прошептала она. — Да ты же… мертвец!..
Трайп быстро развернулся и нырнул в толпу. Его белокурые волосы на мгновение мелькнули в узком коридорчике, ведущем в туалет, который в «Анжелике» был общий.
— Трайп! Остановись!
— У нее пистолет! — крикнул кто-то, и толпа мигом рассеялась.
Кейт только сейчас осознала, что сжимает в руке «глок». Ричард прорвался сквозь толпу, увидел жену, которая с бешеным взглядом мчалась по фойе с пистолетом в руке. Окликнул ее, но она его не слышала, потому что уже была в узком коридорчике.
 
Удар ногой в дверь кабинки оказался настолько сильным, что дерево раскололось, со стены посыпалась штукатурка.
— Боже мой, помогите! — завопил Трайп. — Эта стерва сумасшедшая!
Кейт ворвалась в маленькую кабинку, где он присел за унитазом. Чей-то голос, хриплый и незнакомый, несколько раз выкрикнул: «Элена, Элена, Элена…», но, только увидев рядом Ричарда, Кейт осознала, что это был ее собственный голос. Одной рукой она держала Трайпа за горло, а другой приставила к виску пистолет.
— Прекратите!
В туалет вбежали двое полицейских с пистолетами, следом еще двое. Толстый коп пыхтя, словно пробежал марафонскую дистанцию, отстранил Ричарда и приставил ко лбу Кейт пистолет.
— Я детектив отдела по расследованию убийств Управления полиции Нью-Йорка, — сказала она. — А этот негодяй оказал сопротивление при аресте.
— Ничего себе! — проговорила Эми Шварц, протискиваясь сквозь толпу. Ее взору предстали разбитая дверь кабинки туалета, полицейские и Кейт. Такой она никогда ее прежде не видела. — Потрясающая женщина! Какое там кино! За свои деньги мы получили гораздо более интересное зрелище! Невероятно! Если она рядом, никакое кино не нужно.
Кейт внезапно ощутила, что у нее подергивается щека. Она провела по ней пальцами, посмотрела на руку, увидела кровь и проворчала, высматривая что-то на полу:
— Надо же, туфли за три сотни долларов придется выбросить. Никто не видел, куда подевался каблук?
Было уже за полночь. Мимо маленькой кабинки Кейт двое полицейских протащили подростка, который выкрикивал что-то насчет демонов и дьяволов. Деймиена Трайпа после врачебного осмотра поместили в камеру предварительного заключения. Тот же врач сделал Кейт перевязку кисти.
— Как самочувствие?. — спросил Ричард.
— Врач сказал, что жить буду.
— Это хорошо. Я хочу кофе. А ты?
— Учти, он здесь ужасный.
Теперь, когда адреналин весь испарился, Кейт хотелось лечь на пол и свернуться калачиком. Появился хмурый Флойд Браун в серых тренировочных штанах и кроссовках «Найк».
— Я вижу, Макиннон, у вас сегодня выдался необычный вечер.
— Бывали похуже, — отозвалась она, прикоснувшись перевязанной рукой к щеке.
— К вашему сведению, я объявил по Трайпу «сигнал всем постам». Почему вы сразу не отменили?
— Вроде как забыла.
— Вроде как? Может быть, мы составим список всех ваших неправильных действий? Например, взялись задерживать его одна, без поддержки, проявив совершенно излишнюю эмоциональность. Хотите, чтобы я продолжал? — Браун вздохнул. — Значит, Трайпа мы заполучили. Есть свидетели, что он при аресте оказал сопротивление?
— Только если вы доставите сюда раковину и унитаз, чтобы они дали показания…
— Это не шутки, Макиннон. Нам нужно привязать его к нашему делу.
— Я знаю, — сказала Кейт. — Но ведь мы нашли наркотики…
— Это совсем по другой части. А к нашим убийствам его этим не привяжешь, потому что нет отпечатков пальцев и анализов на ДНК.
— Можно пропустить Трайпа через детектор лжи.
— Только с согласия его адвоката.
В кабинку вошел Ричард с двумя пластиковыми стаканчиками, от которых шел пар.
— Вот, держи скорее, а то пальцы жжет. — Он поднял голову. — Хм…
Кейт взяла стаканчик.
— Познакомься. Это мой коллега, Флойд Браун. — Она взглянула на старшего детектива. — А это мой муж, Ричард Ротштайн.
Мужчины внимательно рассматривали друг друга, а потом обменялись рукопожатиями.
— Детектив Браун только что сделал мне внушение.
— Очевидно, за дело, — произнес Ричард.
— У вас та еще жена, — заметил Браун.
— Что правда, то правда.
Кейт посмотрела сначала на мужа, затем на Брауна..
— Ладно, я пошел, — проворчал детектив. — Завтра, с утра пораньше, нужно приниматься за Трайпа. — Он усмехнулся. — Он просил четвертак, чтобы позвонить своему адвокату, но у меня, как назло, не нашлось. Представляете, перерыл все карманы… — Браун замолчал и посмотрел на Ричарда.