Живописец смерти (СИ)

В дверь постучали.
— Да! — рявкнул Ласситер.
Вошел курьер с конвертом из желто-коричневой бумаги.
Ласситер взял конверт, вынул ордер, подписал его и вернул конверт курьеру.
— А вы, — велел он, передавая ордер Росу, — пойдите и проверьте, могут ли данные банковского счета Маккалоу пролить свет на ситуацию.
Они ехали на запад и уже успели оставить позади девять кварталов, библиотеку Карнеги и конференц-центр, а потом пересекли улицу Массачусетс в районе Одиннадцатой. Рос болтал всякие глупости, а Миллер сидел за рулем, не сводя глаз с дороги. Он гадал, что из всего этого может получиться. Он подумал о Мэрилин Хэммингз, подумал, каково было бы пригласить ее на свидание, сходить в ресторан, потом в кино. Он попытался вспомнить, когда в последний раз делал что-то подобное, и не смог. В голове возник размытый, туманный образ Мэри Макартур, последней девушки, с которой у него были отношения. Как ему удалось ее подцепить? Это кто-то устроил? Он не мог вспомнить и поэтому чувствовал себя глупо. Предполагается, что он способен запомнить детали, ведь он же детектив, в конце концов. И он снова мысленно вернулся к Мэрилин Хэммингз. Привлекательная женщина. Она была одной из хороших людей. Так выражалась его мать. «Тебе он понравится, — говорила она о каком-нибудь знакомом, соседе, друге. — Он из хороших людей». То же самое мать Миллера сказала бы о Мэрилин: «Тебе стоит сходить с ней на свидание, Роберт, с этой девушкой. Она из хороших людей».
При этой мысли Миллер улыбнулся. Прикинул, стоит ли ей позвонить. Но когда у него появится время, чтобы пойти на свидание?
Возможно, ему стоит позвонить и сказать: «Я собирался позвонить. Я хочу пригласить тебя на свидание, но сейчас все время занимает это расследование». Она бы поняла, что он не пытается от нее отделаться. Он мог бы сказать: «Все время занимает это расследование. Это чертовски срочное и сложное дело. На моего капитана, Ласситера, ты его знаешь, давит шеф полиции, на шефа давит мэр и так далее. У меня сейчас даже поспать нормально не получается». Нет, не так. Так не пойдет. «У меня времени не хватает даже почту просмотреть, но, пожалуйста, не думай, что я не заинтересован. Ты же знаешь специфику моей работы, поэтому должна понять».
— Роберт?
Миллер вздрогнул, повернул голову и посмотрел на Роса.
— Ты только что проехал мимо банка.
Миллер оставил машину в квартале от банка, и они направились к его центральному входу. Они подождали в холле, пока кто-то поговорил с кем-то, который поговорил еще с кем-то, и спустя минут пятнадцать-двадцать к ним спустился вице-президент по делам безопасности. Приятный парень, на вид лет за сорок. Миллер заметил, что на нем отличный костюм. Такой не купишь в универмаге.
— Меня зовут Дуглас Лорентцен, я вице-президент по делам безопасности, — представился он. — Простите, что заставил вас ждать. Пожалуйста, следуйте за мной.
Они прошли по коридору, который прошивал здание насквозь, и оказались у двери. Лорентцен набрал код на встроенном в стену пульте, и она открылась. Войдя, они повернули налево. Рос шел следом за Миллером, который постоянно оглядывался, словно ожидая, что напарник что-то скажет.
В конце коридора они миновали еще одну дверь, ведущую в приемную, за которой располагался роскошный офис — огромный, без окон. Вдоль правой стены шел ряд мониторов, подключенных к камерам слежения. Комнатные растения, широкий стол красного дерева, несколько стульев у небольшого овального столика с гладкой, словно стекло, поверхностью.
— Садитесь, пожалуйста, — пригласил Лорентцен. — Я могу предложить вам что-нибудь? Кофе, минеральная вода?
Миллер опустился на стул.
— Нет, спасибо, — ответил он. — Нам необходима ваша помощь в одном небольшом деле, и мы уйдем.
Лорентцен, похоже, нисколько не смутился. Словно появление двух детективов с ордером, разговор в офисе, вопросы и ответы было делом обычным.
— Я так понимаю, у вас есть ордер, — сказал он, опережая Миллера.
Миллер достал ордер из кармана и протянул ему.
 
Лорентцен прочел его и посмотрел на детективов.
— Нет проблем, — сказал он. — Дайте мне минуту.
Он поднял трубку и связался с архивом. Перекинулся с кем-то парой слов, назвал имя Маккалоу, приблизительную дату открытия счета, попросил, чтобы все файлы и документы, относящиеся к этому счету, принесли ему, и положил трубку на рычаг.
— А вы можете сообщить мне что-нибудь о том, с чем мы имеем дело? — спросил он.
— К сожалению, нет, — ответил Рос. — Идет расследование.
— Что-то связанное с мошенничеством?
— Я так не думаю, мистер Лорентцен, — сказал Миллер. — Мы просто пытаемся собрать информацию о местонахождении одного человека.
— И этот человек, этот Майкл Маккалоу, по всей видимости, открыл у нас счет несколько лет назад?
— По всей видимости, да.
Зазвонил телефон.
— Простите, — извинился Лорентцен.
Он снял трубку, послушал и попросил звонившего зайти. Несколько мгновений спустя в дверь постучали. Лорентцен открыл ее, взял у кого-то файл и закрыл дверь.
Он улыбался, возвращаясь к Миллеру и Росу. Его действия были эффективными. Он был вице-президентом по делам безопасности и в течение нескольких минут смог доказать свою способность управляться с системой, помогать полиции, находить то, что им нужно. В Американском трастовом банке Вашингтона отвечали за свои слова.
Лорентцен сел и раскрыл файл. Он пролистал несколько бумаг и поднял взгляд на детективов.
— Счет был открыт на имя Майкла Ричарда Маккалоу в пятницу, одиннадцатого апреля две тысячи третьего года. Мистер Маккалоу посетил банк в то утро в качестве нового клиента. Его приняла помощник управляющего по делам новых клиентов Кейт Бек. Кейт, к сожалению, у нас больше не работает.
Рос вынул из кармана блокнот и записал: «Апрель, 11, 2003 год, Кейт Бек, помощник управляющего по делам новых клиентов, Американский трастовый банк Вашингтона».
— Мистер Маккалоу разместил начальный депозит в пятьдесят долларов. Это минимальная сумма, необходимая при открытии счета…
— Наличностью или чеком? — спросил Рос.
— К сожалению, наличностью, — ответил Лорентцен.
— Какие документы он предъявил? — спросил Миллер.
— Удостоверение его полицейского участка, карточку социального страхования, чек от телефонной компании для подтверждения своего места проживания на Конкоран-стрит.
Миллер глянул на Роса.
— В трех кварталах от меня, — сказал он и повернулся к Лорентцену. — Нам понадобятся копии всех этих документов.
— К сожалению, это займет немного времени. Как только счет открыт, мы возвращаем оригиналы документов владельцу. Мы оставляем копии, но их сканируют в компьютер и хранят в файле в центральном офисе.
— Это где?
— Здесь, в Вашингтоне, — сказал Лорентцен, — но…
— Это очень важное расследование, — заявил Миллер. — Нам требуется любая помощь, которую вы можете оказать.
Рос выступил вперед.
— Ваша помощь может помочь раскрытию очень важного дела, мистер Лорентцен. Нам нужны копии этих документов как можно быстрее.
Лорентцен понял и решил ничего не усложнять. К счастью, он принадлежал к тому редкому типу чиновников, которые действительно считали, что их работа заключается в помощи людям, а не в отговорках, отписках и кивании на правила и протоколы.
— Вы не против подождать здесь? — спросил он.
— Без проблем, — ответил Миллер.
— Я сделаю все, что смогу, хорошо?
— Большего мы не просим.
Лорентцен покинул кабинет, плотно прикрыв за собой дверь.
Миллер посмотрел на часы — было десять минут четвертого.
* * *
20 июля 1981 года мы приземлились в Манагуа. И пробыли там до декабря 1984 года. Электорат в Никарагуа хотел, чтобы Сандинистский фронт национального освобождения снова пришел к власти. Они хотели, чтобы контрреволюционеры, а также их американские друзья и их финансовая поддержка, стали еще одной страницей их неспокойной и непростой истории.