Никогда не было, но вот опять. Попал 3 (СИ)

— Владимир, кто делал детали к этому «чуду»?
— Ты же с ними знакомился. Токарь Шишкин со своими помощниками основную работу сделали. А кое — что мы изготовили. — указал Ярошенко на стоящих рядом друзей.
— Пришлось и голову поломать, и напильником поработать. — подтвердил Иван Гехт. — Собирали тоже втроем. Намучились здорово, особенно с зажиганием. Хорошо Петр Гаврилович помог разобраться с горючей смесью и с изолятором свечи, а Ванька придумал, как правильно выставить зажигание, чтобы мотор работал. — кивнул он на улыбающегося Ивана Сухова.
— Молодцы! — искренне восхитился я. — Я ведь не до конца верил, что вам удастся сделать двигатель в столь сложных технических условиях нашего края. Кстати, мощность вашего мотора какая?
— Две лошадиные силы. Семен Аркадьевич посчитал.
— Понятно. Я в городе буду с месяц, поэтому попрошу вас собрать ещё один мотор. Попробую у себя на телегу его приспособить. А то германцы уже первый автомобиль сделали. А жена изобретателя с двумя сыновьями сто верст на нем проехала и всего за восемь часов.
— Баба? — не поверил мне купеческий сын Иван Сухов.
— Женщина! И женщина умная и смелая. — парировал я.
— И как звать того изобретателя? — спросил Гехт.
— Кажется Карл Бенц. А как звать его жену не помню.
— Ну, у нас такого, слава богу, не будет. Бабы своё место знают. — стоял на своем Сухов.
— Как знать? — не стал переубеждать я упрямого хлопца.
Пожалуй, познакомлю я их с нашей «пилотессой». Пусть посмотрят, что «есть женщины в русских селениях». Катька хотя коня на скаку не остановит, но в горящую избу заскочит и кого-либо оттуда вытащит запросто. Тот еще электровеник. Для парней сюрприз будет.
— Владимир, ты шашлык готовить не разучился? — озадачил я Ярошенко.
— Да мы теперь все его жарить можем. — засмеялся Иван Гехт.
— Прекрасно! Анна Николаевна собирается пикник зимний устроить с костром и шашлыком. Как там мангал еще цел?
— Целый! Что ему будет.
— Ну тогда на вас парни шашлык и костер. А мы с пацанами вам кое-что покажем.
— Неужели самолет сделали? — удивился вдруг Ярошенко, вспомнив мои старые идеи.
— Самолет? — озадаченно переспросил я, выигрывая себе время — Нет, конечно. До самолета нам друг Владимир, ещё как до Пекина на карачках. Для самолета мотор нужен мощный и легкий. А этот пока только «на телегу самобеглую» приспособить можно.
— Алексей, а когда пикник этот намечается? — уточнил Иван Гехт.
— Если погода позволит, то в следующее воскресенье. Так что готовьтесь. Народу я думаю, соберется много. Место мы с парнями выберем и обустроим. Мясо и уголь за вами, ну и шашлычок чем запить прикупите.
Парни идеей пикника загорелись и принялись обсуждать, но я их попридержал.
— До воскресенья еще целая неделя, так что успеете всё обговорить и приготовить, а пока давайте о деле. Владимир, а как вы с Шишкиным и его помощниками рассчитались за изготовленные детали.
— С Шишкиным? — переспросил Ярошенко. — Ни с ним, ни с его помощниками мы никак не рассчитывались. Детали для двигателя заказали на сереброплавильном заводе и деньги в заводскую кассу заплатили.
— То есть, работяги детали делали в рабочее время и за зарплату.
— Конечно, а как ещё-то? — недоумевал Владимир.
— Ясно! А какое жалованье у сотрудников?
— У мужиков с завода?
— У Шишкина и его помощников. — допытывался я.
— У Шишкина сорок шесть рублей, а у помощников по тридцать семь рублей. А тебе зачем их жалованье?
— За разработку и изготовление первого нашего мотора я решил вас всех премировать. Вас троих по двести рублей. Вот извольте получить.
— А остальным как? — обеспокоился за старших товарищей Ярошенко.
— На остальных я уже Сергею Петровичу деньги отдал.
— Ну, тогда ладно.
— Вот тебе ещё двести рублей премируешь от меня рабочих. Кому сколько решишь сам. Вот ещё двадцать рублей. Закупите на них продукты для пикника. Если мало будет денег — добавьте свои. Потом компенсирую.
— Хорошо! — согласился немного обалдевший Владимир. А я продолжал:
— Теперь с тобой, Иван. — обратил своё внимание на Сухова. — Мне Сергей Петрович сказал, что ты для изготовления мотора у отца сто рублей занимал?
 
— Да ладно. Для нас это деньги небольшие.
— Но тем не менее. Долги надо отдавать! — сунул ему в руки сто рублей, и облегчённо вздохнул.
— Эк ты, Алексей, разошёлся. — засмеялся Иван Гехт. — Смотри не разорись. Или ты миллионщиком заделался?
— Не разорюсь! Могу себе позволить. — успокоил его я. — Ну с этим пока покончено. Давайте-ка обдумаем, как нам обустроить это помещение, чтобы можно было испытывать моторы и не отравиться, и не оглохнуть. Испытывать их во дворе нам любопытные соседи и городовые не дадут.
Следующие два часа прошли у нас в спорах. Исчиркали не один лист бумаги, но, в конце концов, решение было найдено и мы разошлись по домам вполне довольные друг другом.
Дома застал бездельничающих «мушкетёров». Блин вот еще задача. Надо парней чем-то занять. Может в шахматы их научить играть или книжек прикупить — пусть читают в свободное время. Надо будет заняться их досугом, но это потом.
— Немтырь! Что завтра нам делать? — увидев меня, оживился Архипка.
— Что так, отдохнули уже? — с ленинским хитроватым прищуром оглядел я парней. — Ну раз отдохнули, то вот вам на завтра задание. Вы должны найти недалеко от города место, где будем тренироваться. Зря что ли параплан привезли? Старший — Белый. Ясно?
— Ясно-то, ясно. Но где место искать-то? Мы же тут ничего не знаем. — озадачился Архипка. — И где нам Белого найти?
Вот ведь зараза. Сам парням объяснял про позывные, а привычка у меня осталась. Вон как все заулыбались. Я достал из своего рюкзака тетрадь с карандашом и нарисовал примерный план, где можно будет отыскать подходящее местечко для будущих полётов.
  
Глава 11
 
В понедельник, поздним утром, когда Архипка с парнями уехали разыскивать место для полетов, явился Горлов, со своей неизменной саблей. Усатая физиономия его покраснела от легкого утреннего морозца, от коренастой крепкой фигуры веяло некой властностью и силой.
— Здравствуйте, уважаемый Игнат Степанович. — поприветствовал я служителя закона и защитника нравственных устоев. — Рад видеть вас в добром здравии.
— И тебе поздорову, Лексей. — поприветствовал он в ответ. — Мне Емельян Горбатенко сказал, что ты хочешь меня видеть. Случилось что?
— Да что может со мной случиться. Просто побеседовать хочу. Городские новости узнать у осведомленного человека. Про госпожу Зотову расспросить. Да вы проходите, Игнат Степанович. Давайте вашу шинельку с сабелькой вот тут на крюк повесим. И пожалуйте к столу. Я сейчас соберу, чем закусить.
— Благодарствую. — Степенно огладил усы городовой, сел за стол и огляделся.
Я быстренько накрыл для Горлова нехитрую «поляну». Достал припасенный штоф и разлил в рюмки водку. Себе плеснул на донышко, а городовому наполнил до краев. Тот это действие многозначительно хмыкнув, заметив вслух:
— Чего ж ты, Лексей, себя обижаешь?
— Да боюсь напиться, а у меня на сегодня еще дел много намечено.
— Так и я на службе. — усмехнулся Горлов.
— Вам, Игнат Степанович, рюмка водки лишь согреться на морозе, а мне при моей комплекции лишней будет. Я себе плеснул лишь из уважения к вам.
— Ну ладно, коли так — он поднял рюмку и лихо опрокинул. Я отзеркалил, и мы захрустели солеными огурчиками.
— Скажите, Игнат Степанович, как теперь обстановка в городе? А то в прошлый наш приезд тут такие дела творились, что и переезжать сюда боязно.
— Так наладилось всё. Варнаки друг дружку побили, а кое-кого и мы приструнили. Можете спокойно переезжать.
— Это хорошо.
Я налил городовому еще рюмку и подвинул ему деревянную тарелку с салом.
— Выходит, нашли тех кто все это учинил.
— Нет, никого не нашли. — покосился тот на полную рюмку в нерешительности.