Тайна замка Морунген (СИ)

Вскоре в беседу вступили и прочие. Карина и Роза оказались заядлыми охотницами. Генерал Вундерлих помалкивал, но энергично кивал, сверкая потной лысиной, и работал челюстями. Стоявшее перед ним блюдо с ломтями жареной баранины пустело с каждой минутой, лакей с бутылкой не отходил от его стула.
К еде я не притронулась. Мое раздражение росло, а от досады сделалось горько во рту.
Полковник оказался галантным собеседником. Он говорил неспешно, уверенно своим гулким голосом. Шутил — после его реплик порой раздавался русалочий женский смех и сочный хохоток князя.
А еще меня бесило то, как живо и мило вдовушка Карина интересовалась всем, что было важно для хозяина дома. Она расспрашивала его об истории замка, она умилялась Керберу, который спал под столом. Вспоминала давние кампании, в которых участвовал полковник (оказалось, что ее первый муж одно время служил под его началом).
И всем видом показывала, что беседа с хозяином дома ужасно ее увлекла.
В один короткий момент, когда полковник замолчал, слушая тираду советника, Карина чуть-чуть повернулась и наклонила голову. И я поняла, что она прислушивается к стуку механического сердца! Ее глаза расширились, щеки порозовели. Невозможно представить, что она думала в этот момент. Она была удивлена, но отвращения, кажется, не испытывала.
… В отличие от белокурой Бианки, которая сидела напротив и смотрела на полковника с неприкрытым ужасом. Когда он обращался к ней, она вздрагивала. Но все же и ей было любопытно. Она не отрывала от него глаз.
Увы, я слишком хорошо знала, что страх, смешанный с любопытством, может перерасти в иное чувство. Особенно если она узнает Августа ближе. Его матушку она, кажется, уже очаровала полностью и бесповоротно. Я никогда не была близка с госпожой Шварц, но в этот миг почувствовала себя дважды преданной.
— Госпожа Вайс, вы прочитали письмо от Кланца?
Гаспар Тейфель, мой сосед, решил заговорить со мной.
— Еще нет.
— Вы нелюбопытны.
— Сейчас моя голова занята другим. Прочту вечером, без спешки.
— Вижу, вы чем-то огорчены.
Я, наконец, посмотрела ему в лицо. И отметила, что Гаспар Тейфель не только элегантно одет, но и красив. Занятное сочетание синих глаз и темных волнистых волос. И брови у него густые, почти сросшиеся на переносице. Короткие бакенбарды подрезаны щегольски, уголком. Наверное, он дамский угодник, этот Гаспар Тейфель, историк-любитель, представитель железнодорожного концерна.
— Я не огорчена. Вам показалось. И это в общем-то не ваше дело. Вы довольно назойливы, — ответила я раздраженно.
— Нет, не показалось. Вы точно огорчены, иначе бы не грубили мне. Скажите, госпожа Вайс, каково вам живется в этом замке? Тут очень мрачно. Здесь интересно гостить, но жить постоянно… увольте. У барона, должно быть, железные нервы в придачу к железному сердцу.
— Вы рассказали ему, что близко знакомы с мастером Кланцем?
— Упомянул. Ему это, кажется, не понравилось. Но я вовсе не близкий знакомый Кланца. Он снабжал меня книгами о создателе замка.
— И все же, почему вас так интересует Жакемар?
— Ну, этот персонаж нынче в моде. Однако я не пустоголовый модник. Я тоже имею склонность к изобретательству. Не зря ведь работаю в компании, которая несет прогресс во все уголки королевства. А вы прямолинейны, госпожа Вайс. Задаете вопросы в лоб и не боитесь вызвать недовольство собеседника. Мне это нравится.
Я промолчала. Еще недавно я была совсем не такой. Слово боялась лишнее сказать. Пыталась всем угодить, быть обходительной. И что мне это дало? Ничего хорошего. Отец чуть не заставил пойти замуж за подлеца, а человек, которого я любила, неправильно понял мои чувства и поступил со мной не совсем честно. Может, новая Майя, которой надоели секреты и недомолвки, сможет выцарапать себе чуточку счастья?
Я глянула в сторону полковника и обнаружила, что он смотрит прямо на нас. Точнее, на Гаспара Тейфеля. И выражение лица у него при этом странное. Как будто озадаченное… как будто он силился что-то понять, и никак мог. А потом он посмотрел на меня — как мне показалось, озабоченно.
 
Вероятно, фантазия разыгралась. С чего бы ему заботиться? У него все хорошо. Вон с каким пылом обратилась к нему красавица Карина, и задала вопрос, и ждет его ответа, мило покусывая нижнюю губу…
Я не могла дождаться, когда смогу уйти к себе. Но сначала нужно было выполнить одно неприятное дело.
После обеда гости условились пойти на прогулку. Все начали подниматься, шумно переговариваться, выходить из-за стола. Я решительно двинулась к полковнику. Он заметил, что я приближаюсь, и остановился.
— Все в порядке, Майя? — спросил он. Теперь я совершенно точно видела в его глазах тревогу. И видела, что Карина Кальбек и Бианка фон Гесс задержались в дверях как бы невзначай.
— Да, — сказала я без улыбки. — Я сделана из прочного материала, не расклеюсь. Сердце у меня эластичное, как каучук. Его не так-то просто разбить. И не сломать, в отличие от вашего. Не беспокойтесь. Я не буду вам досаждать и не буду вешаться на шею. Обещала ведь.
Он покачал головой.
— Вы никогда не сможете мне досаждать, Майя. Я всегда рад вашей компании.
— Отлично, — мой голос был сух. — Значит, остаемся друзьями?
— Надеюсь на это.
— Вот, — я протянула ему письмо. — Это от мастера Кланца. Подумала, что вы захотите первым прочитать это письмо. Раз подозреваете Кланца в разном нехорошем.
Он посмотрел на конверт и мягко отвел мою руку, коснувшись запястья горячими пальцами. По моему телу пробежала невольная дрожь.
— Это лишнее, Майя. Я вам доверял и доверяю. Если захотите, потом расскажете, что написал вам старый черт…кхм, мастер Кланц.
— Хорошо.
Я спрятала конверт и повернулась, чтобы уйти.
— Вы не присоединитесь к нам на прогулке?
Не поворачиваясь, я помотала головой.
— Нет, ваша милость.
И ушла, чувствуя, что он смотрит мне вслед. Когда проходила мимо девушек, Карина Кальбек мило пожелала мне доброго вечера.
А Бианка фон Гесс коснулась моей руки и произнесла вполголоса:
— Жаль, что вы уже уходите, госпожа Вайс. Мне кажется, мы могли бы стать подругами.
Я остановилась на миг и вежливо ответила:
— К сожалению, у меня дела. Я должна остаться с госпожой Шварц, я же ее компаньонка. Да еще и экономка в придачу. Придется нам стать подругами попозже. Если получится.
Она не показала, что обиделась на резкость, лишь прищурила голубые глаза и вежливо улыбнулась.
У этой оступившейся послушницы определенно имелся характер. Нежная лилия на вид, а внутри — кремень. Из такой выйдет достойная супруга для человека с непростым норовом.
  
Глава 10 Дом, где никто не умирал
 
Я проводила госпожу Шварц в ее покои, потом вернулась в свою комнату. Села на кровать, обхватила руками колени и уставилась на дубовые ветки за окном. Лицо мое горело, а в груди пульсировало от тупой боли. Хотелось одного: оказаться подальше от замка Морунген. Сейчас я чувствовала себя в нем лишней.
Нужно поскорей уладить последнее дело, которое меня в нем удерживает. Поставить точку в этом странном периоде моей жизни и начать новый с чистого листа.
Я достала и открыла письмо от Кланца.
Послание старого мастера меня смутило. Оно было сумбурным, но составленным в приказном и настойчивом тоне. Я списала это на старческое беспокойство об Августе.
Кланц интересовался, как я справляюсь с его поручением. Просил написать о самочувствии полковника. Сообщить, слышно ли что о Зандере и как идет следствие. На пяти листах мастер подробно изложил для меня план поиска записей Жакемара, которые, предположительно, были спрятаны в замке и помогли бы ему довести механизм полковника до совершенства. А также просил не тратить время на лабиринт и окрестности. Тайник был спрятан именно в замке, это было известно точно. Мне следовало учиться развивать свой дар, второе зрение, чтобы увидеть и вытащить на свет божий все тайны замка Морунген.