Клятва Смерти (СИ)

‒ Если они одинаковы во всем, то уставший в проигрышной ситуации, ‒ спокойно рассуждал Зед, прикидывал, кто победит, если им правда дать разобраться между собой. Он все ещё рассчитывал на вмешательство свыше, хотя и сам уже порядком нервничал. Даже обернулся на Миру и спросил на своем языке, не хочет ли жнец помочь, но та только нахмурилась, не понимая ни слова.
‒ Ты ему еще не говорила? ‒ вдруг спросил Кон, повернувшись к Мире. Он знал, что будет лучше сейчас сделать. Копия никогда не почувствует того, что почувствует настоящий. Судя по непониманию, Мира ничего не рассказала настоящему Сазу, и Кон этим воспользовался, оборачиваясь обратно. ‒ Мира беременна от тебя, ‒ крикнул он в пустоту, несмотря ни на одного полукровку.
‒ Что?! ‒ вскрикнул один из Сазов.
‒ Мирочка? — ахнула Мара, а вот тот, кто пришел…
Он стоял. Он просто стоял, опустив руки с мечами и с распахнутыми глазами смотря на Миру. Он не выражал радости или счастья. Напротив, в его глазах была неуверенность. Даже какой-то испуг. А первый Саз, который был с ними все это время, вдруг бросил мечи и попытался подбежать к Мире, но не мог пробраться через толпу.
‒ Мира, это правда? Ты… Ты беременна? ‒ заулыбался он. ‒ Я… Я… Это же так здорово!
‒ Сайман, держи его! ‒ крикнул Кон, резко хватая руки Сазгауса и разворачивая его к ним спиной. У них была на это всего одна секунда, и Сайман не должен был медлить!
Кон не прогадал. Убийца и вор, не думающий о ребенке, не имеющий за плечами ничего, не будет так счастлив пополнению. По крайней мере, не в первые же секунды.
Раньше среагировал Зед и ударил по ногам Сазгауса, чтобы он упал на колени. И в тот же миг из земли проросли лианы, мгновенно связывая его по рукам и ногам. Даже вокруг шеи и рта обвились. Когда-то Сайман точно также обездвижил Зеда в своем саду.
Мира с ужасом наблюдала, как Зед занёс меч над Сазгаусом, но даже крикнуть не могла, чтобы остановить их. Ноги Миры подкосились, а так как у нее больше не было опоры в виде Саймана, она просто упала. По щекам потекли слезы. Не так она хотела рассказать Сазу про свою беременность, не при всех и уж точно не вместе с подделкой.
Мира отвернулась, чтобы не видеть смерти Сазгауса, если его решат казнить на месте, и ее глаза встретились с тем другим. Он не был рад новости. А что, если он против ребенка? Если такая Мира ему больше не нужна? Положив руку на живот, она неотрывно смотрела на Саза, будто просила: «Скажи же что-нибудь!» Они ведь не ошиблись, он настоящий? Почему она до сих пор не могла понять? Копия была настолько хорошо сделана, что смогла обмануть даже ее сердце.
‒ Убьем его сразу, или у нас есть вопросы? ‒ спросил Зед, пристроив клинок на шее связанного Сазгауса. Лично ему было все равно, кто и зачем послал его к ним. У Грот только один враг, который мог знать про них и властвовал на этих землях ‒ Тали.
Но убить или допросить им не удастся. Как только копия поняла, что ее раскрыли, она взорвалась, превращаясь в клубы пыли, которые быстро развеяли изображение Сазгауса в пустоте. И лишь смех, женский, хитрый, громкий, раздался из густоты этой пыли. Зед правильно понял ‒ это был посланник Тали.
‒ Черт! ‒ рыкнул Кон. Но на всякий случай отошел и, расправив руки, заставил отойти и остальных. ‒ И как давно он был… ‒ Хотя, вспомнив о Сазе, настоящем, ответ пришел сам собой. Кон повернул голову в сторону их друга и, подойдя к опешившему Сазгаусу, потрепал за плечо, пытаясь его растормошить. ‒ Саз? Саз, ты как?
‒ Это правда? ‒ спросил он, но от Миры так и не оторвался.
‒ Прости, что ты узнал это так, но мне нужна была твоя истинная реакция. Пойдем, расскажешь, что случилось, и отдохнешь.
‒ Нет, погоди. ‒ Он убрал с себя руку друга и сделал пару шагов к Мире, но к ней плотно так и не приблизился. Он не знал, что ей сказать, оттого молчал. Просто смотрел и все, порой переводя взгляд на руку, что лежала на животе. ‒ Я… Мне нужно…
‒ Тебе нужно осмыслить все, ‒ ответил за друга Кон и кивнул головой. ‒ Я понимаю. ‒ И теперь уже не ему, а Мире он стал поддержкой. Подойдя к ней, он помог подняться, а после, приобняв, повел к костру. ‒ Пошли. Всем нам нужно отдохнуть.
 
Вечер провели в тишине. Мира все время сидела рядом с Коном как в воду опущенная, он еле заставил ее поесть. Ее терзали все те же сомнения по поводу ребенка, но теперь с удвоенной силой. Она ожидала чего угодно от Сазгауса, но не отсутствия реакции. И как ей понимать, рад он или против? А если против, что ей делать? В любом случае она не откажется от него, ведь этот ребенок от любимого человека, она уже всем сердцем любила его. Но с Сазом заговорить она так и не решилась, предоставляя ему возможность обдумать все самому.
На утро все выдвинулись в путь. Судя по карте они были уже совсем близко ‒ день, максимум два в пути. Шли весь день без остановки, хотя Мара теперь канючила за двоих, даже за троих.
‒ Эй, срок ещё не большой, мне не нужны остановки так часто, ‒ мягко предотвратила ссору Мира, видя, как Кон закипал. Ее тронула забота Мары, но она не хотела тормозить всех ещё больше. Она грустно улыбнулась и бросила взгляд на Сазгауса, но он не смотрел на нее.
Уже вечером, когда на небе стали сгущаться сумерки, вдалеке показалось возвышение. Они почти дошли, и в этот раз не на пустое место. Все согласились, что лучше идти туда, когда светло и на свежую голову. Сайман опять постарался над лагерем, а готовка в этот раз полностью досталась Марвало, потому что Мира опять остро отреагировала на запах. Ей пришлось отсесть подальше от костра, чтобы ароматы еды не терзали ее желудок.
‒ Мне посмотреть для вас, что может ждать в храме? ‒ спросила она Кона, когда тот подошёл проверить, как она. ‒ Думаю, я осилю шар, если недолго.
‒ Не смей даже рисковать, ‒ покачал головой Кон. ‒ Даже жрицы, если нарушили обет, но остаются верны богиням, не молятся с ребенком в чреве. Это не просто так. А вообще, тебе пора собирать вещи.
Это прозвучало мягче, чем казалось на первый взгляд, и вот это уже услышал не только Сазгаус, но и вся группа. Хотя все молчали.
Ан нет. Сазгаус поднялся со своего места и подошел, взглядом прося Кона отойти. Но прежде, чем он это сделал, Сазгаус спросил то, что и так очевидно:
‒ Ты отправляешь Миру домой?
‒ Да. К своей матери и отцу. Там её примут с распростертыми объятиями, как родную дочь и…
‒ Спасибо. ‒ Сазгаус вдруг перебил его, но Кон понял, что благодарность была как раз за то, что у Миры в любом случае будет дом. Кивнув в ответ, Кон удалился, а Сазгаус взглянул на Миру. ‒ Прости. Я согласен с Коном, тебе нужно вернуться, чтобы дождаться меня. ‒ Он смущенно опустил голову, но улыбка так и не появилась на его лице. Его самая обычная, с которой он смотрел в лицо опасности. — Прости, ‒ еще раз повторил он. ‒ Но мне нужно было время. Я не хочу, чтобы ты считала, что я отказываюсь от тебя или ребенка. Но мне нужно время, чтобы переосмыслить свое будущее.
Точнее перестроить его, но чтобы Мира не подумала, что из-за неё ему придется отказаться от жизни, которая ему… которая его устраивала, он не стал произносить такую формулировку.
‒ Ничего, я понимаю, для меня это тоже было неожиданностью. ‒ Мира правда понимала и была рада просто от того, что он заговорил с ней. Уж думала, что так и попрощаются перед храмом, не сказав друг другу ни слова. А ей столько всего хотелось ему сказать! Извиниться, что поверила копии, поделиться страхами, обещать ждать, поблагодарить за самый главный подарок в жизни.
Мира взволнованно теребила пальцы, не зная, с чего начать. Слова рвались наружу сразу все вместе, но ему и так хватало своих переживаний, чтобы взваливать на него ещё что-то. Закусив губу, она поднялась и осторожно, будто боялась, что он ее оттолкнет, обняла.
‒ Прости меня за все, ‒ шепнула Мира. ‒ Мне жаль, что так вышло. Я бы хотела лучше помочь. Кажется, сделала все только хуже, ‒ вздохнула она и чуть отстранилась, поднимая лицо на Саза. ‒ Я буду ждать тебя в Сэвне, сколько понадобится, только вернись, прошу.