Легион павших. VI - VII Акт (СИ)

— Гуманны, — подсказала Аелитт.
Но Бенджи решил подобрать другое определение:
— Обычны. Но это же Райз. К тому же ему предначертано ее уничтожить. Он же человек с двухвостым зверем. Погодите-ка... а где Клык?
  
- 15 -
 
Этот день был бы недостаточно гадок, если бы к его завершению не пожаловали непрошенные гости. Теперь, когда Химера больше не скрывался в каньоне Уплат, обнаружить его не представляло особого труда. Патрули Братства уже давно заметили исполина, но отправили парламентеров только сутками позже.
Судя по всему, произошедшее с Карой и призванными в Руфероне упрочило положение Ондариеса, поэтому именно он прибыл во главе отряда из пятидесяти паладинов, явившихся едва ли не к самому Химере. И что они хотели этим сказать? Что их больше, чем оставшихся у Къярта сил, а Химера — пустое место?
О приближении конного отряда крылатые тихо сообщили Аелитт, лично охранявшей сон Къярта. После долгих пререканий с фурией, требующего у него больше отдыхать, он сдался и устроил голову на ее коленях. Соткались из воздуха крылья, алые когти коснулись висков — отчего Кара невольно занервничала, — и на лице Къярта проступила несвойственная ему безмятежность. Спустя столько времени Кара наконец осознала смысл сказанных Райзом слов о способе избавиться от кошмаров. Этим способом была сила фурии.
Взглянув на крепко спящего Къярта, Кара попросила Аелитт оставаться с ним под защитой склонившегося над ними Химеры, и отправилась навстречу воинами Братства.
— Госпожа Раяда, — торжественно и немного снисходительно поприветствовал ее Ондариес.
— Зачем вы здесь? — Кара посмотрела на него снизу вверх.
Он словно нарочно не спешивался, точно не желал упускать ни малейшей возможности продемонстрировать свое превосходство.
Но взгляд Кары вынудил его передумать: он нарочито медленно спустился с коня и подошел к ней.
— Узнать, зачем здесь вы.
— А я думала, что ты проявишь больше благоразумия и начнешь с извинений.
— С извинений? Перед тобой? — уголок рта Ондариеса раздражающе дрогнул, выдавая его желание посмеяться над услышанным.
— Перед Къяртом, — холодно отрезала Кара. — Вы нарушили соглашение, лишили его призванных, напали на ковен Инаэор и все потому, что в одностороннем порядке решили, что он переметнулся на сторону Орды. Но вот он здесь, так же, как и Химера, и по-прежнему сражается на стороне Афракского Союза.
— С кем сражается? Здесь нет Орды. Она на востоке. Так почему твой некромант и Химера здесь?
Кара и сама не отказалась бы узнать ответ на этот вопрос. Не отказался бы и Къярт. Но с момента ее появления Химера напрочь отказался отвечать на чьи-либо вопросы. Теперь, когда Кара знала, что он может общаться, но не хочет, она не могла избавиться от травящего нутро чувства отвергнутости. Но какое у нее было право что-либо требовать от исполина? Никакого. Однако она все равно позволила себе самолюбивую, тщеславную мысль, что Химера не станет игнорировать ее, и теперь пожинала ее плоды.
— Планы Къярта тебя не касаются.
— Да, как и всегда. Но какими бы они там ни были, я попрошу вас уйти отсюда. Если Къярт хочет помочь, пусть отправляется на восток.
Может, тщеславие становилось пороком всех паладинов? Тщеславие и помутнение рассудка.
— Ты не можешь ему указывать. И уж тем более не можешь указывать Химере. Ты всего лишь человек.
— Указываю не я, а главнокомандующий. Если Къярт считает себя гражданином Афракского Союза, он заберет Химеру и уйдет от столицы.
— Тебе прекрасно известно, что воля Химеры принадлежит ему самому.
— Это если верить вашим словам. Но меня все больше и больше одолевают сомнения, так ли это. Ни один некромант не допустил бы такой ошибки. Но даже если это так, то..., — Ондариес скривил губы, будто испытывал неудобство из-за того, что собирался сказать что-то глубоко личное и не совсем тактичное. — Ты же не будешь отрицать, что Химера — не совсем нормальный исполин. С ним всегда было сложно...
 
— Всегда было сложно? Что ты себе позволяешь?
— Раяда, не пойми превратно...
— Здесь нечего понимать, Ондариес, кроме того, что ты, главнокомандующий и все вокруг растеряли остатки ума. Ты пришел сюда сказать, что считаешь Къярта врагом? Раз это действительно так, то почему думаешь, что он не прикажет Химере убить вас? Если же ты осознал, что вы ошиблись на его счет, то выбрал самый худший вариант исправить ситуацию.
Ондариес улыбнулся: снисходительно, с толикой жалости и грусти.
— Мне прискорбно видеть, что от знаменитого Руферонского Палача осталась одна только тень.
Кара не знала, что там насчет тени Палача, но тень фурии уже скользила по траве. Захлопали крылья, пугая лошадей, и рядом приземлились Аелитт и одна из ее сестер.
— Кара, вернись к Химере, — сказала последняя, выдавая Къярта, взявшего ее тело под контроль.
Оставлять его с Ондариесом, пускай и в присутствии Аелитт, пускай и не лично его самого, не хотелось. Но раз такова была его просьба...
Каре не пришлось ее исполнять. Она отступила всего на шаг, когда белеющий под луной силуэт Химеры взмыл вверх и в один прыжок оказался за спинами паладинов. Лошади с визгом встали на дыбы, часть понесла прочь, едва не сбросив всадников, а остальные загарцевали на месте, раздувая ноздри и разрывая рты трензелями.
Химера не собирался атаковать — только обозначить свое присутствие. У Къярта был другой план.
Фурия ринулась к Ондариесу и схватила за горло.
— Значит, все-таки враг, — прохрипел тот и выдавил улыбку.
Его рука потянулась к крылатой, чтобы разрушить ее связь с некромантом, но фурия отшвырнула его в сторону, вздрогнула, будто пробудившись ото сна, и, склонив голову, скрылась в тенях.
— Къярт! Что ты делаешь? — Кара в растерянности смотрела на Химеру, разомкнувшего челюсти и поставившего Къярта на землю в нескольких шагах от порученца.
Ондариес не спешил подниматься на ноги, видать, тратя все силы на то, чтобы разгадать, что задумал некромант.
Къярт подошел к нему и ровным голосом поинтересовался:
— В чем дело, Есхария? Ты же собирался что-то сделать. Вот он я. Давай. Вперед.
— Признаться, ты застал меня врасплох своим появлением, — порученец усмехнулся и медленно, без резких движений, сел. — Не ожидал, что ты окажешь мне столько доверия.
— Ты собрался сейчас говорить о доверии?
— Похоже, произошло нелепое недоразумение...
— Нелепое недоразумение? Как ты стал подбирать слова. И где же теперь твоя уверенность? Или у тебя хватает смелости только на то, чтобы отыгрываться на Каре, когда ни меня ни Райза нет рядом?
— Отыгрываться? Я сохранил ей жизнь, позволил уйти! И это ваша благодарность?
— Прости, я сразу не понял, что ты просто ждал благодарностей. Прости, поднимайся скорее.
Внутри все одеревенело, когда Къярт протянул Ондариесу руку. Кара прекрасно понимала, что означал этот жест.
Следовало ли ей остановить Къярта? Вероятно, да. Но она не стала. Не потому, что злилась на Ондариеса, нет. Она хотела доверять решениям Къярта. Ей было важно знать, что она может доверять ему, тогда как Райз делал все, чтобы ее доверие растоптать.
Возможно, Ондариес ждал подвоха, но и представить не мог, в чем именно тот заключался, а потому, пускай и осторожно, но взял Къярта за руку. Тот рывком поднял порученца на ноги, но руку отпускать не стал и, напротив, сжал ее крепче.
— Ты все еще жив только потому, что здесь нет Райза. После поблагодаришь его за то, что он отсутствовал, — процедил Къярт и выпустил руку пребывающего в замешательстве порученца. — Забирай своих людей, Есхария, и убирайся отсюда.
— Къярт, при всем желании, я не могу вот так взять и уехать. Я говорил Раяде, что...
— Даже имя ее не смей больше произносить. Единственное, что может помешать тебе сейчас уехать — это твоя смерть.