Легион павших. VI - VII Акт (СИ)

Место было отличным — в меру укромным и с видом на колокольню, на разрушенной макушке которой стояли Кальдеор и Юи-Шаа. Крикуна по-прежнему было не видно и не слышно.
Что же это получалось: Ц-Цузу осознанно лишил себя веселья? Настолько не доверяет, что и на шаг не отходит?
Какое-то время Райз пытался засечь энергию духа крикуна, услышать шаги, обнаружить отпечатки ног, но быстро бросил. В конце концов, Ц-Цузу не круглый идиот, чтобы так себя выдавать.
— Бенджи, можешь разбудить голема, который находится по ту сторону барьера?
— Он не реагирует.
— Ожидаемо, — Райз вскинул винтовку и прицелился в голову Кальдеора. — Будь готов трубить подъем.
— Ага. Хватать рыцаря и бежать, — Бенджи повторил установку.
— Да, того, что не в броне.
— Я и с первого раза понял, не дурак.
Райз встретился взглядом с Къяртом и приглашающе качнул головой.
— Давай, погладь ладошкой. Только не переусердствуй. Нечего пугать их раньше времени.
Превратившись в воплощение сосредоточенности, Къярт посмотрел на едва заметную полоску в пыли, что проходила от одного дома, к другому, и приложил к барьеру ладонь.
Уи-Шаа не спешил делать в щите просвет. Не заметил их? Они не слишком-то прятались. Или засомневался в собственной силе и ждал, не проявит ли себя Жнец? Но он ведь знал, что Райз запретит Къярту даже пытаться что-то сделать с барьером. Так чего ждал?
Воздух перед Къяртом бледно вспыхнул; от его ладони в сторону побежали голубые змейки.
— Это же он, а не ты? — с ухмылкой спросил Райз, в очередной раз прокляв Химеру и себя самого. Ц-Цузу, вероятно, ликовал.
— Я ничего не делал.
— Славно.
Райз взял Кальдеора на мушку.
А затем передумал — стрелять передумал. Все-таки пуля в голову не самая приятная вещь. А если еще и промахнуться, да так, что не прям полностью, а самую малость, и попасть в лицо... нет, у Кальдеора и так жизнь не задалась.
— Райз? — Къярт в непонимании посмотрел на него, когда тот опустил винтовку.
Райз пожал плечами, улыбнулся и щелкнул пальцами. Эх, не вытравить ему из себя эту любовь к дешевому показушничеству, как ни старайся.
Кальдеор пошатнулся, сделал неосторожный шаг в сторону и сорвался вниз с разорванным от холода сердцем прямо в руки взмывшему навстречу голему. Поймав парня, он кинулся прочь, тогда как десяток других каменно-кирпичных гигантов бросились на колокольню, отвлекая внимание Уи-Шаа на себя.
— Все, дело сделано, уходим отсюда.
— Они не будут нас преследовать? — забеспокоился Бенджи.
— Бенджи, ты идиот? Чем ты слушал?
— Не идиот я. Я просто так, тебя побесить.
Он широко улыбался, но каждый раз едва заметно вздрагивал, когда за спиной раздавался грохот угодивших под удар Стирающей Явь големов.
— Ты не можешь все время оправдывать свою дурость желанием побесить меня.
— Къярт, скажи, как некромант некроманту: я могу или нет?
— Вполне можешь.
— Съел, да? — Бенджи осклабился. — Так что не указывай мне, призванный. Ай! Да за что?!
Он закрыл ладонями затылок, по которому Райз легонько стукнул прикладом.
— А просто так. Аелитт говорила, что помогает.
Они не останавливались, пока не добрались до святилища под месцерским паладином. Его лицо, как и в прошлый их визит, зияло в дыре посреди крыши, скамейки стояли все теми же ровными рядами перед трибуной проповедника, но ни его, ни тем более посетителей не было.
— Ты отлично держался, — Райз похлопал по спине запыхавшегося от бега Бенджи. — Как для очкарика-выпускника медицинского факультета.
— Я не очкарик. И чего это ты меня так снисходительно хвалишь? Я, что, первый день здесь? Ты хоть представляешь, что Аелитт со мной вытворяла, когда вы меня бросили.
Когда Къярт покосился на парня, Райз прыснул в кулак.
— Да, Бенджи, давай, жги. Отличная история будет, как раз в компании Къярта ее и рассказывать.
— Что? Да, я ведь не о том!
— Он издевается над тобой, Бенджи, — успокоил Къярт.
— Да знаю я. Я ему жизнь между прочим спас, а он...
— Хватит болтать попусту, — Райз прервал его. — Къярт, твой выход. Только не забывай: Кальдеор может убить тебя одним прыжком. У него нет причин это делать, но с испугу... сам понимаешь.
 
— Не беспокойся.
Поймавший Кальдеора голем нес рыцаря бережно, оставив на его теле всего пару кровоподтеков. Уложив его на пол, он отправился сторожить подступы к исполину вместе с остальными големами, которым удалось выбраться из города.
Къярт опустился рядом с Кальдеором, снял с пояса нож и коснулся рукой побелевшего лба.
На призыв понадобилось несколько секунд. По их прошествию Къярт согнулся пополам от свалившегося на него груза души, полоснул себя ножом по боку и сунул палец в рану. Четвертое ребро, да? Неудобно. И откуда взялась эта его любовь прятать метки в собственном теле? Надежно, конечно, ничего не скажешь, но все равно странно. Додумался ведь.
Кальдеор распахнул глаза, дернулся и замер. Его взгляд обрел осмысленность и заметался между присутствующими. А у парня, оказывается, оживленное лицо. Правда, больно трагичное, словно он взвалил на себя целую гору и волок ее, горемычный.
Къярт заговорил с ним мягко, успокаивающе, на родном языке Кальдеора. Коммуникатор все еще сидел на виске Райза, но мог перевести только сигналы, полученные от второго такого же, и содержание проникновенной речи напарника осталось для него загадкой. С ответом Кальдеора дело обстояло не лучше: его коммуникатор был приспособлен к работе с живым телом, а не мертвым.
Он что-то сказал, нервно, импульсивно, Къярт ответил, и снова заговорил Кальдеор, то и дело бросая на Райза обвиняющие взгляды и повторяя без конца: Ц-Цузу, Ц-Цузу. Это было единственным, что Райз различил в его речи.
Вместе с Бенджи он терпеливо ждал, пока Кальдеор выговорится, и когда взгляд Къярта потяжелел, Райз беззаботно улыбнулся в ответ.
— Ты такими темпами полиглотом станешь, — заметил он.
— Я тоже так хочу, — вставил Бенджи.
Къярт даже не обратил на него внимания. Он пристально смотрел на Райза и ждал, когда тот покается в совершенных грехах.
— Ну чего? — Райз вопрошающе развел руками. — Я не понимаю этих гляделок. Говори прямо, что он тебе уже наболтал.
— Кальдеор сказал спросить у тебя, где Ц-Цузу.
— Ц-Цузу, — Райз презрительно фыркнул, взглянул на Кальдеора и разочарованно покачал головой. — Ц-Цузу... Ц-Цузу ошивается где-то поблизости. Только и ждет возможности, что-нибудь вынюхать и выведать.
— Ты ничего об этом не говорил.
— Ну разумеется. Как это по-твоему должно было выглядеть? Эй, Къярт, смотри, вот в этом углу сидит Ц-Цузу, помаши ему ручкой. Так?
Кальдеор снова что-то эмоционально и зло затараторил, махнул рукой в сторону Райза, но Къярт ответил коротко и резко, видать, приказав тому помолчать. Кальдеор умолк.
— Он говорит, что Ц-Цузу следил за нами с того самого момента, как мы сочли его погибшим возле второй линии обороны. И что тебе это прекрасно известно.
— Да. Известно. Повторюсь: когда я должен был об этом сообщить?
— В любой момент. Мы могли общаться на твоем родном языке или на языке друидов, он бы ничего не понял.
— Отличная идея, Къярт! Такой переход был бы нисколько не подозрительным. Ц-Цузу в жизни не догадался бы, что что-то не так.
Къярт нахмурился, но смолчал, соглашаясь с аргументацией.
Называя идею отличной, Райз не иронизировал. Нет, интонации он сдобрил целой горстью иронии, но идея действительно была хороша. И как только он сам об этом не подумал? Не о том, что следовало перейти на другой язык, а о том, что Ц-Цузу не должен был понимать и афракский. Да, он носил коммуникатор, но ни у кого из тех, за кем он следил, ничего такого не было. А значит, он не должен был понимать. Он, конечно, не дурак, и до многого мог додуматься и без слов, но Райз припоминал несколько случаев, когда Ц-Цузу буквально цитировал других.
Пыл Къярта заметно остыл, а на его лице даже появилось очаровательно виноватое выражение — как иначе, когда Кальдеору удалось посеять в его голове зерно сомнения.