Наследник (СИ)
- Восславим Бахуса! – произнес Петр Шувалов, и первый осушил свою рюмку, в которой было налито не меньше ста пятидесяти граммов. У него либо вода, либо нужно позавидовать организму, способного потребить столько хмельного, да и не поморщиться [Шувалов действительно частенько хитрил и пил воду на подобных мероприятиях].
- Дорогая, Немезида, - обратился хозяин дома к своей жене. – Покажи, пожалуйста, Софии Карловне наш дом. А мы с Сергеем Викторовичем поговорим.
- И обязательно выпейте штрафную, ибо нельзя на ассамблее заниматься делами [на ассамблеи было много штрафов, в том числе и за решение вопросов по работе], - сказала Марфа и обратилась к Екатерине так, как к моей жене иногда обращалась Елизавета. – Пошли, милая!
- Мы, конечно выпьем, но, видимо две штрафных, - улыбнулся Петр Иванович, пропуская меня в комнату, которая была больше похожа на рабочий кабинет. – Я ранее не имел чести с Вами, Ваше Высочество вести предметный разговор, уж простите, присматривался к вашему разительному преображению из склочного юноши к умудренному мужу. Но ныне, когда Ваши прожекты приносят деньги, я осознал, что наследник престола российского умен и уже приносит пользу Отечеству.
- Я все понимаю, граф, не сержусь, так как действительно не так давно и повзрослел. Как я понимаю, Вы хотите войти со мной и Вашим двоюродным братом Иваном Ивановичем в доли? И не только…
- Вы правы и не только. Но давайте о доле сперва. В Ваши ресторации я влезать не хочу, не к чему сие. А в производство сахара – пожалуй, что и да. И тут мы можем многое сделать, - Шувалов сделал паузу, изучая мою реакцию.
Я был не против, даже вполне «за» те три заводика по производству сахара давали менее четырех процентов от потребляемой сладости в Москве и Петербурге, без учета иных городов. А с удешевлением продукта, когда и производство будет менее затратным в виду отработанной технологии, да с налаживанием поставок свеклы из более южных регионов, сахар станет доступен и мещанам, что увеличит его потребление. Так что тут конкуренции нет, на лет сто не будет.
- Хорошо. Я не против, думаю, что с Иваном Ивановичем Вы и уже договорились.
- Это будет для нас всех лучшим решением. Иван Иванович загорелся прожектом создания университета и вообще заболел Просвещением, вон и Вольтеру заказывает писать русскую историю. Французу писать о России! Но я не осуждаю, он таков и коммерция для Ивана была лишь средством. Для меня же - смыслом, - Шувалов улыбнулся, но немного переборщил в притворстве, и улыбка показалась неестественной.
- Петр Иванович, а хотите услышать отрока неразумного, как сладить экономию в России? – спросил я неожиданно для собеседника и тот только кивнул. – Единый налог на соль ввести. Это даст возможность брать серебро с сословий, которые налогом не облагаются, как и с церкви.
- Я уже думал об этом, высчитывал, но государыня не решается вводить, она ждет итогов ревизии подушной подати, коя завершилась только в этом лете. Но то, что отрок так размышляет, то весьма занятно. Продолжайте, это же не все, - сказал Шувалов и откупорил бутылку с лимонадом.
- Петр Иванович, а эту воду так же делают по моему прожекту. Частью в Люберцах под Москвой, частью купец Герасим Евреинов в Петербурге, - я наслаждался изумлением графа.
- Даже так! Я так же хотел бы начать такое производство и могу наладить поставки в Речь Посполитую или к венскому двору. Но вы продолжайте, «отрок», - последнее слово было сказано с долей сарказма.
- Для того, чтобы товары на внутреннем рынке России имели ход и… - увлекся я.
- Рынок? Что Вы имеете в виду? – поинтересовался Шувалов, но я чувствовал, как будто нахожусь на экзамене – давно забытое ощущение.
- Общее пространство, где есть единая монета, единые законы, свобода перемещать товары. Уже для того, чтобы одну часть махины делали в Нижнем Новгороде, иную в Оренбурге нужно пройти мытни и пошлины заплатить. Ввести единую пошлину на ввоз в империю товара из-за границы, и будет прибыль, - прояснял я свое видение, и похоже было, что оно совпадает мнением Шувалова. – Понимаю, великое дело, но так будет лучше. Сначала упадет доходность от таможенных поборов, но уже через два-три года торговля увеличится и со сторицей вернет недоимки, кои можно быстро первоначально перекрыть соляным налогом. А так же в России не хватает банка, чтобы тот ссуды давал промышленникам на прожекты, или же мещанам на учение, и опосля за оное брать десять лет деньги с них. Кто и дом построить желает, а денег не хватает, вот под залог того дома и дать ссуду. Много чего, итальянцы уже давно так работают и много денег зарабатывают.
- М-да, Ваше Высочество. Вы молод и Вам свойственна быстрота мысли и суета в действиях, так скоро, как того желаете, не решится. Давайте встретимся еще раз в ближайшее время и поговорим, что сейчас можно сладить, по примеру того, как вы договорились об горе Магнитной, а что и после, - сказал Шувалов и потянулся за бутылкой, которой была явно анисовая водка. – А теперь штрафные и не по одной. Нельзя долго оставлять одних дам, а то и украдет кто наших прелестниц, как бык Европу.
Выпив по две водки рюмки, вполне себе объемных, мы отправились к гостям. Шувалов не отпускал меня, и мы вдвоем искали своих жен, успев выпить еще по три рюмки водки с гостями графа. И это при том, что до закусок я так и не добрался. Чувствуется, что вечер перестает быть томным.
- Вот же коршун! – возмутился хозяин дома. – Лорд Кармайкл уже елей нашим женам в уши вливает.
Я не признал английского посла в немолодом мужчине рядом со своей супругой, которая уже не менее моего была во хмели. Вероятно, наши организмы еще не созрели к таким великосветским испытаниям, как ассамблея у Петра Шувалова.
- Сеур-гэй Викторовеч, рад приветствовать Вас, - первым обратился ко мне англичанин. – Я есть сэр Френсис Дрейк.
- Сэр Дрейк, позвольте мне украсть свою жену, - сказал я, наблюдая за игривым настроением своей жены.
- Сергей Викторович, - сказала Екатерина с шалящими бесянятами в глазах. – Может, я хочу с отважным пиратом сэром Дрейком отправиться в вояж по бескрайнему морю.
- Конечно, сударыня, тогда я пойду, украду кого-то другого, для своего вояжа, - вторя игривости Катэ, ответил я и, обозначив поклон, направился в сторону.
Стоит ли говорить, что уже через пару минут я был взят Катериной под руку, да так, что впоследствии и синяк остался. Может, будь на месте престарелого, низкого и не особо приятного в наружности Кармайкла кто-то вроде рослого рубаки Гришки Орлова или Григория Потемкина, то и ушла бы женушка в «вояж по морям», но не в этом случае. И вообще, а что, если Гришку Орлова придавить уже сейчас? Он уже в гвардии, или еще мал для нее, давно я не интересовался именами гвардейцев?
*……….. * ……….*
Вена, февраль 1747 г.
Мария-Терезия, несмотря на то, что уже пошла на уступки прусскому королю и объявила своего мужа Франца Стефана императором Священной Римской империи, оставалась фактической правительницей обширных территорий в Центральной Европе. Те «прагматические санкции», которые принял ее отец, развязали войну и Австрию, являющуюся, по сути, ядром этой самой империи, попробовали на прочность. Еще недавно Вена диктовала свою волю на большинство германских княжеств, да и не только германских. Сейчас же обнаружился действительно сильный враг – Пруссия. Этот несносный Фридрих поставил всю экономику небольшого государства на военные нужды и смог добиться того, что Австрия не так и сумела сделать – мобилизации и населения и экономики. Может, в этом и кроятся причины поражений армии Марии-Терезии.
Нельзя сказать, что Вена оказалась беззубой, Северная Италия узнала, что такое воины в белых мундирах и это были австрийские войска, а не те лягушатники, что тоже взяли белый цвет для своей армии. Вот только завоевание некоторых городов на севере Аппенинского полуострова нисколько не решило задач Австрии, а захваченная Генуя даже сумела поднять восстание и выгнать разоряющих ее австрийцев. Фридрих же занял Силезию и вплотную приблизился к Богемии, от которой уже и рукой подать до Вены.