Вопреки (СИ)

— Отлично! Умничка! А теперь, попробуем усложнить задачу.
Усложнить? Куда еще то? Я и так на пределе. Щит растаял, стоило потерять концентрацию. Мужчина подошел ко мне и, встав за спину, обнял меня за талию.
— Ты что творишь? — зашипела я.
— Отвлекаю. А ты, трудись, ставь щит, — произнес он, вдыхая аромат волос и опаляя дыханием шею так, что миллионы мурашек пробежали по телу Мили.
— Отстань сейчас же! — возмутилась девушка.
— Нет, Мили. Не отвлекайся, это всего лишь тренировка. Я не буду заходить далеко, если сама не позволишь.
Так близко, интимно. Сосредоточиться было крайне сложно, щит не получился ни в первый, ни в третий раз, а он, будто издеваясь надо мной, легонько поглаживал мой животик, большими пальцами руки, опалял дыханием тонкую кожицу шеи, глаза начали закрываться сами собой, тело предавало меня, а разум покидал в ответственный момент. Облизнула пересохшие губы, дыхание сбилось и, не придумав ничего лучше, я опустила голову ему на плечо.
«Что я творю?! Нет!» — мысленно закричала я, щит появился мгновенно, при этом отбросил Криса на пару метров от меня, испугавшись, убрала щит и хотела подбежать к мужчине, но тот уже вставал.
— Не плохо, — усмехнулся он, — продолжим?
— На сегодня достаточно, — произнесла я, направляясь, домой.
— До завтра, строптивица, — усмехнулся он, исчезая в портале.
Зайдя в дом, направилась в душ. Дура! Какая же я дура! Вот, что он подумает обо мне? Повела себя, как доступная дама. Стоило ему прикоснуться, я тут же растаяла! Я все испортила.
  
Глава 20
 
Несколько часов я занималась самобичеванием, решив, что с меня хватит, и завтра я буду вести себя примерно, уснула.
Утром деревенский парень привез свертки, развернув которые, я была приятно поражена, Дуняша все же отменная мастерица!
Разложив вещи в шкаф, отправилась завтракать, не успела я скушать творог, как дверь отворилась, являя Криса. И ведь даже не постучался, как хозяин зашел, наглец!
- Что, соня, неужели только встала? — удивился мужчина.
— Доброе утро! Что — то ты рано, — исподлобья глянула на него. Поесть бедной мне не дают!
— Так учиться тебе надо, забыла что ли? Что есть поесть у тебя? — прошагав к холодильнику, выудил от туда пирог с мясом и разогрев тарелку с пирогом в руках с помощью магии, принялся есть. И как можно быть таким наглым гадом?!
— Вкусно? — нахмурив брови, спросила я.
— Не соленое, по — моему. Но не волнуйся, в следующий раз вкуснее приготовишь.
— А ты не охренел часом?!
— С чего бы это? Ты обещала меня кормить! — усмехнулся Крис.
— Когда это? — от удивления уставилась на мужчину.
— Как? Еще и с памятью неладно. Так и быть, на этот раз прощаю, — разрешил наглец и принялся доедать пирог. Мне не жалко, но спросить стоило. Нет, проучить наглеца необходимо! Вышла из-за стола, подойдя к окну, стала разглядывать двор.
— Слушай, Крис, умеешь создавать из воды ледяные щиты и копья?
— Могу. Научить?
— Да. Раз пришел сейчас, пойдем на озеро? Я только кое — какие вещи возьму, ладно?
— Идет, — согласился кареглазый.
Переодевшись в купальник, который специально по моим эскизам сшила Дуня, и, надев сверху сарафан, взяла полотенце, и мы выдвинулись к озеру.
Сарафан был достаточно простенький, белого цвета, горловину и подол которого украшал красный узор. Ставку я сделала на купальник. Благо их носили все в этом мире, с одним ограничением, купальник должен быть слитным.
Купальник черного цвета сверху украшали рюшечки, лишь одна бретелька перекинутая через плечо. Он был выполнен полосами, стратегически важные места прикрыты черной тканью, а вот животик и участок кожи чуть ниже груди просвечивали сквозь сеточку, что б ни казался мрачным, мы с Дуней добавили несколько голубых оконтовочек. Получилось чудесно, я даже предвкушала, как все пройдет.
— Крис, я ведь о тебе совсем ничего не знаю, расскажи о себе? — повернув голову, спросила его. Сорвав травинку, он шел, жуя ее. Создавалось впечатление, будто он знал дорогу, но, скорее всего, все дело в его внутренней уверенности.
 
— А что рассказать? Отец умер, когда мне было двадцать, мать, не выдержав горя, отправилась за ним, спустя полгода. Пришлось в срочном порядке перенимать дело отца. Есть еще дядя и племянница, мы редко общаемся, но всегда поддерживают меня. Брат еще вот есть, младший.
Знаешь, когда родители умерли, во мне что-то надломилось. Мы всегда были близки, нелегко дались их смерти.
- Сочувствую, — опустив голову, произнесла. Трудно представить, что пережил он. Сразу вспомнила свою маму, она, наверное, места себе не находит от горя, — а ты, Мили? Расскажи о себе? — спустя пару минут спросил Крис.
— Я? Я жила с мамой, отца не знаю. Мы хорошо жили, я хотела лекарем стать, лечить, помогать хотела. Помню, в детстве играла в больничку, ни в какие другие игры не хотела, только в нее. Мне мама, представляешь, энциклопедию по медицине купила в десять лет! Я так рада была!
— Что купила?
— Энциклопедию! Ну, книгу!
— Понятно, — произнес он, прищурившись, глядя на меня, — если все так неплохо было, зачем сбежала?
— Обстоятельства, я не могу сказать, — нахмурилась я.
— Ты далеко отсюда живешь?
— Вроде того. Давай не будем обо всем этом? И будем отдыхать. Согласен? — улыбнулась я.
— Идет. Догоняй! — мужчина побежал вперед, я за ним. Дурачась, мы
дошли до озера. Вода была спокойной и теплой. Мужчина разделся, оставаясь в купальных плавках. И когда только успел надеть их?
Черные боксеры с зелеными вставками не скрывали размеры мужского достоинства, а оно было очень велико. Взгляд задержался там дольше, чем следовало. Мускулистые сильные ноги, расставлены на ширине плеч, плоский живот, натренированное, сильное тело, мускулистые руки.
Подняв глаза, встретилась с карими глазами, что изучали меня, его губы застыли в усмешке.
Приподнимая медленно подол сарафана, потянула его вверх, оголяя лодыжки, колени, бедра. Ткань заскользила вверх, позволяя мужчине рассмотреть меня.
В его глазах застыло желание, медленно раздевая, он прошелся взглядом по моему телу, нервно вздохнув, выдохнул с шумом.
— Пойдем? — охрипшим голосом спросил он и, дождавшись моего кивка, взял меня за руку. Толпы мурашек прошлись по телу, а бабочки внизу живота, воспламеняясь, начали кружиться в танце. Не глубоко войдя в воду, мы остановились друг перед другом. Вода достигала ему до бедер, в то время как меня она нежно касалась в сокровенном местечке. Взгляд мужчины все чаще спускался к моим ногам, вгоняя меня в краску.
— Может, глубже зайдем? — с надеждой спросила я.
— Нет, надо здесь. Ты хочешь научиться или нет? — строго спросил мой мучитель.
— Ты должна сосредоточиться, сделай водный шар. Умница, а теперь, представь, что он замерзает, становится льдом. Задай ему цвет, плотность, вес, — первые шары разлетались осколками, едва не задевая нас, но спустя четверть часа у меня стало получаться. Крис, решив усложнить задачу, подошел ближе ко мне, прижав к своей груди, приказал повторить пройденный урок.
Из головы вылетело все, я даже имя свое с трудом помнила. Поглаживая спину, его руки медленно скользили вниз, задевая попку. Слегка сжимая ее в руках, он еще плотнее прижал к себе. Затвердевшие соски, через легкую ткань соприкасались с его кожей. Обняв одной рукой, второй пыталась создать ледяной шар, но, увы, даже водный сейчас не получался.
Его горячий, твердый член прижался к моему животу, а вода, что ласкала мои лепестки, добавляла ощущений, я была возбуждена до предела. Облизав губы, посмотрела в глаза своего искусителя. Наклонившись к моим губам, едва касаясь их, прошептал.
 
— Какая плохая девочка, не хочет учиться. Стоит наказать тебя пару раз, — произнес он, сжимая мою попку в руках. Дар речи, я видимо, тоже потеряла. Мозг отключился, не желая общаться со мной. И лишь, когда его палец проник под резинку купальника, очерчивая кожу моей многострадальной попки, я пришла в себя. Создав ледяной шар, заставила его подлететь к нам.