Месть лавандовой феи (СИ)

— Вы пришли, — устало сказал мужчина, бесцеремонно обошел Райдена и тяжело сел на его тюремную койку. Его, кажется, не держали ноги. — Наконец-то. Мы так устали ждать, кто бы знал…
Следующая ночь наступила очень быстро — ночь полнолуния. Теа была как никогда готова к тому, что произойдет, и почти не волновалась. За нее волновался Кай. Девушка уже знала обо всем, что произошло в камере Райдена. Наличие мощной обученной жрицы, давно живущей в королевстве на нелегальном положении, и насторожило, и обрадовало. Насторожило понятно почему — кто ее знает, даже поклоняясь одной богине, можно оказаться слишком разными людьми. И обрадовало тоже объяснимо — хоть часть собственного груза можно переложить на чужие плечи.
Кайден весь вечер метался между братом, которого все равно оставили в камере, и Теа. Брата заперли уже скорее для его собственной безопасности, чтобы снова по крови кто-то не нашел. Для этого на каменную кладку и на решетку сам господин Версель наложил кучу самых разных заклинаний и заверил, что, пока Рай в клетке, ему ничего не грозит. 
Теа же едва не лопнула от самых свежих, полезных и питательных блюд, а также от самых разных отваров, которыми наследник укреплял ее силы. Под конец она даже взбунтовалась и заявила, что раньше умрет от его стараний, чем от болезни.
Встречу с поклонниками богини назначили за пределами столицы. И вовсе не там, где раньше располагались загородные храмы богини. Свои люди донесли, что уже который день в старых развалинах замечено подозрительное оживление. А поскольку никто из истинных последователей Коры там не появлялся, было понятно — это суетятся люди регента и жрецов Пресветлого. 
Теа казалось, что луна этой ночью светит ярче, чем солнце. Она могла рассмотреть самую мелкую травинку на краю поляны, которую выбрали для встречи. Так же хорошо она видела и тех, кто начал выступать из окружающих зарослей, постепенно заполняя свободное пространство.
Выждав еще некоторое время, сама стоя в тени под охраной своего принца, она в какой-то момент почувствовала — пора. Все здесь.
И выступила из тени.
— Нас осталось так мало… — первые слова, которые вырвались у нее, были вовсе не пафосным приветствием, они отдавали горечью и печалью. Но в то же время были наполнены теплом. Потому что, хотя Теали прекрасно осознавала, как будет сложно, как не просты пришедшие на встречу люди, они — свои.
  
Глава 51
 
Луна плеснула призрачным светом, и пространство вокруг преобразилось, словно завеса, отделяющая реальность от Изнанки, истончилась и два мира, живых и мертвых, пусть не слились, но оказались ближе друг к другу, чем обычно, словно взялись за руки и начали хоровод, как начали его последователи Коры.
Первый круг вышел неловким, рваным. Кто-то сбивался с такта, кто-то в него и вовсе не попадал. Но на втором круге в хороводе стали, чередуясь с живыми, появляться призраки. С той стороны тоже пришли те, кто служит Коре.
Теали почувствовала, что ее рука оказалась стиснута ледяной глыбой, и, повернув голову, едва не упала.
— Ты… Ты все же пришла…
Рядом с ней была ее подруга, единственная настоящая подруга. Как давно они не виделись? Слишком давно…
— Кора благоволит тебе, Теали, — улыбнулась Ной.
У Теали потекли крупные редкие слезы. Это не были слезы горя или слезы потери, но тем более это не были слезы радости или счастья.
Кто-то выскользнул из круга и принялся собирать ее слезы в склянку. До Теали долетало бормотание пожилой женщины, твердившей про великий ингредиент для великих свершений, но Теали не вникала. Она шагала в такт и улыбалась своей подруге, сестре, тоже уронившей пару слез.
Больше ни на что ее не хватало. Хоровод отбирал силы, все больше с каждым кругом, все быстрее.
По лунному свету идти было труднее, словно воздух густел и превращался в толщу воды. Хватка Кая, державшего ее за вторую руку, стала крепче, и Теали справилась, завершила еще два витка. На очередном, чтобы помочь себе, Теали выпустила крылья и перестала сдерживать свою суть. В призрачном свете полной луны ее человеческий облик размылся, растаял. Теали предстала истинной фурией, с клыками, с когтями.
 
Двигаться сразу стало легче. Словно загустевший воздух снова расступился, с радостью купая ее в своих струях, гладил теплыми лапами, играл, словно котенок, с волосами.
Оглянувшись, Теа поняла, что хоровод порвался сразу в нескольких местах, распался. Это хорошо, это правильно…
А вот то, что левая ладонь стала оттаивать и согреваться…
Два мира, соприкоснувшись в танце, расходились. Призраки, навестившие живых, исчезали. Ной стремительно выцветала, становилась все прозрачнее. Снова уходила.
— Ной! — Голос Теали сорвался. — Пожалуйста! Хоть ненадолго еще!
Она понимала, что подруга не может задержаться, но было по-детски обидно, что встреча, мучительно короткая, уже завершилась.
— Теали, ты помнишь, что ты мне обещала? — Тонкий силуэт почти растаял, но голос звучал четко и громко. — Ты должна прожить за нас обеих. Ты должна быть счастлива за себя и за меня.
Горло сдавило, но Теали больше не позволила себе слез.
Она хотела многое сказать — что помнит и никогда не забудет, что подруга навсегда в ее сердце, что она благодарна… Что уже испытала вкус жизни, в конце концов!
Но Ной исчезла, граница между явью и Изнанкой вновь была непроницаема.
За переживаниями Теали не заметила, как изменилась мелодия и двое вытащили в круг парня с завязанными глазами и кляпом во рту. Парень дергался, но против двух бугаев у него не было шансов.
— Приветственный дар для благословленной жрицы. Ночная фурия, испей горячей чистой крови, чтобы живое стало мертвым.
Рядом напрягся Кайден. Теа тоже остановилась и посмотрела на последователей богини, скептически выгнув бровь.
— С чего вы решили, что я буду это есть? — спросила она почти минуту спустя. Подошла к парню и принюхалась, потом брезгливо коснулась его волос кончиком пальца и тут же отдернула руку, вытерла ее о платье. — Гадость какая. Вы тут с ума посходили без присмотра? Что за чушь? Зачем мне его кровь? 
— Но, благословенная жрица, в старых книгах сказано, что лунный ритуал приветствия… — Из толпы выступил высокий плечистый мужчина в плаще из волчьих шкур с длинным посохом. С навершия этого посоха на Теа недобро ощерилась волчья же голова, вырезанная из дерева с удивительной точностью — до последней шерстинки. 
Атмосфера на поляне снова сгустилась, воздух даже начал потрескивать от напряжения. Интересно, все эти люди действительно ждут, что она кинется и загрызет этого грязного преступника, приволоченного ей в жертву? Начитались старых сказок про фурий? А если нет — назовут ее самозванкой и попытаются убить? Предать? Что? 
— Жрица отказывается от нашего подарка? — вкрадчиво спросил человек с волчьими символами.
Теа усмехнулась зубастой пастью и подошла совсем вплотную к скулящему пленнику. Вокруг ее правой руки сгустился лунный свет, она сделала почти незаметное движение пальцами, свивая его в нить и рисуя ею замысловатый знак в воздухе. А когда тот повис в пространстве, легко и резко толкнула его ладонью прямо в грудь связанному парню.
Тот замер на секунду, а потом вдруг упал на землю, вырвавшись из державших его рук, и дико, по-звериному завыл. Его били судороги, он прокусил себе губу, и кровь из нее брызгами разлетелась по поляне, сразу впитавшись в траву. 
— Отведите его в отделение стражи. — Теа снова брезгливо вытерла руки подолом туники. — Он сам расскажет о том, что натворил. Его голова должна торчать на колу моста казненных преступников. Мне она без надобности. А моей богине достаточно той крови, что уже пролилась.
Рядом напрягся Кайден, ожидая нападения. Он тоже подозревал, что последователям Коры не понравится решение Теали. И ее едва не снесло его рывком, когда Кай отреагировал на совсем неожиданное событие.