Месть лавандовой феи (СИ)

Теали поднялась из-за стола и, улыбнувшись Джемме, направилась к дверям.
— Теа, а де Монфлуа может почувствовать твою связь с Корой?
— Конечно же нет. Я позабочусь о том, чтобы скрыть любой намек.
Что задачка не самая простая, Теали упоминать не стала, тем более заготовки на случай, если кто-то целенаправленно будет искать отголоски силы Коры, у нее были, а уж маскирующим ауру отваром Теали обливалась перед каждым выходом в свет.
Выбрав строгое деловое платье с дорогими аксессуарами, Теали вместо полагающейся по этикету традиционной шляпки-таблетки с короткой вуалеткой закрепила на голове сделанную на заказ округлую шляпку, формой напоминающую тюрбан. Настоящая чалма смотрелась бы с костюмом по королевской моде странно, но добавить восточных ноток допустимо. Шляпка была из той же ткани, что и наряд, что приглушало выбор необычной формы. Поколебавшись, Теали решилась на более экстравагантный шаг — приколола к шляпке крупную драгоценную брошь с прозрачной вуалью, которая прикрывала нижнюю половину лица. С одной стороны, эти шляпка и вуаль — это отсылка к ее султанатскому прошлому, а с другой, при видимой роскоши наряда глухой костюм не выглядит особенно женственным, и весь вид Теали будет говорить, что она пришла обсудить дела, а не искать романтики.
Понятно, что какая-то тряпка не остановит регента, но ему придется продвигаться в своих матримониальных планах гораздо медленнее, чем если бы Теали пришла в дневном платье, располагающем к легкому стилю общения.
Кай из окна проследил, как Теали садится в экипаж.
Мама подошла почти незаметно и положила теплую руку ему на плечо.
— Она тебе нравится?
— Что? Мам, какая разница? Теа — мой лучший друг и партнер в нашем деле. Я уверен в ней как в самом себе. Она не предаст и не подведет, это главное. Она умна и многое умеет. Больше меня.
— Значит, нравится, — сделала вывод Джемма.
Кай обернулся, хотел возразить, но остановился. Он совершенно не хотел пререкаться с матерью по столь незначительному поводу. Пока это не мешает делу, пусть фантазирует, как ей хочется.
Для него Теали надежный друг и больше ничего, потому что вскоре их дороги разойдутся. Его ждет трон и правление. Ее — жизнь в стороне от столицы и восстановление культа Коры. Не может король жениться на жрице полузабытой богини, которую уже много веков зовут демоницей и никак иначе.
Мысль о скором расставании, как всегда, причинила боль, но Кай не стал препарировать собственные чувства. Зачем? И так понятно, что ему жаль расставаться с единственным другом. Дружбу расставанием не прервать. Кай поставит собственную жизнь на то, что, если ему потребуется помощь, Теали придет хоть с края мира. Но больше не будет совместных вечеров, ему не нужно будет готовить лекарственные отвары, следить за ее здоровьем…
Стало горько, и Кай поспешил сменить тему:
— Мам, ты уже рассказывала, но давай еще раз. По-твоему, Рай причастен к тому, что меня убрали, или нет?
— Он помог мне живой выбраться из столицы, помог деньгами, поддерживал… меня и переписку. Мы обменивались письмами к праздникам три-четыре раза в год. Можно сказать, что Райден за мной присматривал. А можно сказать, что контролировал. Приглашая меня в столицу, он намекнул, что хочет поставить точку в старой истории, имея в виду тебя, но я допускаю, что он был заодно с регентом, а теперь хочет, не делясь с подельником, полностью забрать власть.
  
Глава 34
 
Мортин уныло пялился в кружку. Ну где этот поверенный?! Сволочь такая, обещал же явиться. Кто ж знал вчера, что все разом посыплется, да еще так громко, на весь квартал? Теперь ни один лавочник, ни один трактирщик ему в долг краюхи хлеба не даст. А собственная кухарка, послушав приставов, устроила скандал и потребовала жалованье за три месяца, которое ей задолжали. 
Старый Фунт, слуга, работавший у Мортина больше десяти лет, пока не ушел, но вздыхал очень выразительно. Ему тоже не заплатили, а питаться воздухом даже дед не умеет. Со дня на день смажет пятки, как только новое место найдет.
 
Да и зачем Мортину слуги? У него даже дома теперь нет. И мамаша, как назло, еще жива, не получится у сестрицы половину ее домика оттяпать, хотя, конечно, попробовать можно.
Поверенный задерживался, и Морти начал терять терпение. Его тяготило не столько ожидание, сколько подозрение, что поверенный тоже узнал о проблемах и передумал заключать сделку.
— Ох, господин, я заставил вас ждать! Прошу прощения. С утра оказалось слишком много корреспонденции, требующей срочного ответа, — раздался за спиной голос, и от сердца отлегло.
— Ничего страшного, — степенно ответил Морти. — Вы, поди, не завтракали?
— Сегодня вы угощаете? Признателен, господин Палмер. — Поверенный отвлекся, махнул трактирщику.
Морти же поперхнулся воздухом.
Кормить прохвоста он точно не собирался!
Но как отказать? Если из-за такой мелочи сорвется сделка… Морти предпочел думать о завтраке как об откате, так понятнее и спокойнее. К тому же мерзавец не стал наглеть и набирать полный стол, ограничился кашей с мясом и чаем.
Теперь главное — не выдать, насколько желанна эта сделка, а то ведь урежет плату, а согласиться все равно придется.
Морти взял себе то же, что и поверенный, и сосредоточился на еде, хотя кашу он откровенно не любил. Ему бы жареных шкварочек… Но пока довольствоваться придется фантазией. И кашей.
— Господин Палмер, сегодня я должен передать ваше решение господину де Алмейда. К нему недавно прибыла мать. Думаю, вы слышали о госпоже Ильбер-Байан и представляете, что привозят с собой дамы султаната. Сейф нужен уже сейчас. Поймите меня правильно, я не пытаюсь давить. — Кай делал именно это. — Я лишь пытаюсь наиболее полно представить наши обстоятельства, чтобы вы могли принять решение. Вероятно, мой клиент арендует сейф в посольстве… Это будет дороже, чем арендовать у вас, но возможно.
— Я обдумал, — кивнул Морти. — Сейф мне сейчас не нужен, поэтому на год я готов его уступить.
— Господин Палмер! Вы меня несказанно радуете! В таком случае предлагаю немедленно ехать в банк, где я выплачу вам ренту. Желаете перевод на счет или наличные? Но перед этим заскочим к нотариусу заверить соглашение.
Все оказалось даже проще, чем Мортин себе представлял. У нотариуса они были уже через полчаса, а еще через час — в банке. Поверенный господина де Алмейда расплатился щедро и без лишней волокиты. У Мортина горели глаза — он много раз участвовал в различных аферах и, бывало, срывал неплохой куш. Но такой суммы в руках ни разу не держал. Еще бы, субаренда сейфа на остаток срока!
Все долги хватит выплатить, всем рты замазать, а потом…
Стоп. Зачем раздавать долги? Что его вообще держит в столице? Дом и тот забрали. Да и недоброжелателей много накопилось. Имея же такую сумму наличными, можно уехать… на юг, например. В маленький город у моря. Там и жизнь дешевле, и его никто не знает. Оглядится — и откроет свое дело. Денег хватит на все.
С этими мыслями Мортин вышел из банка. Но далеко уйти не успел.
— Господин Палмер? Извольте остановиться.
— Простите?
Морти сказал это таким тоном, что даже совсем тугоухий человек не принял бы его ответ за извинение, слишком уж явственно звенела злость. Морти был очень недоволен, что кто-то смеет нарушать его хорошее настроение. Он собирался высказаться, но, обернувшись, не проронил ни слова. Перед ним в сопровождении пары дюжих стражей стоял мужчина в форме судебного пристава.
— Вы желаете беседовать в банковском кабинете или в отделении стражи?
С трудом сохранив спокойствие, Морти кашлянул.
— Будьте добры все же пояснить причину вашего требования.
Должно быть, произошло недоразумение. Неужели кто-то из кредиторов узнал о сделке? Правильно! Договаривались-то в трактире. С-собака болтливая! Он у этого толстопуза столько денег оставил, а тот его продал. Пусть теперь не надеется, что Морти ему закроет долг.