Македонский (СИ)

— Ты серьезно?
— Повелитель, работаем.
Мы подошли к валуну, из-за которого вышла Роксана. Она довольно потерла рука об руку своими волшебными ладошками. Взглянула на лошадей, перевела взгляд на тюк на спине одной из кляч. Затем, ничего не спрашивая о том, где был Пердикка, сказала.
— Что приволок?
Телохранитель снял тюк, положил наземь и развернул ткань. Хлеб, кусок вяленого мяса, горстка маслин и кувшин воды, но главное, что ткань в которую был обернут провиант оказалась хитоном. Во второй хитон были завернуты хламисы. Новые, чистые, белые. Роксана, завидев воду, схватила кувшин, приложила узкое горлышко к губам и сделала несколько жадных глотков.
Переоделись, избавляясь от неприятного ощущения, когда мокрая ткань касается твоего тела. Роксана ни капли не сожалела, что ее труд пошел насмарку, да и стереть кровь с ткани так толком и не удалось.
Наконец, расселись на земле и приступили к трапезе. Я и Роксана уплетали за обе щеки, когда как Пердикка не притрагивался к еде. Ждал, когда насытятся повелитель и его женщина. Я ел маслины, своим соком размягчавшие вяленое пресное мясо, и посматривал на Пердикку. Несмотря на голод, вопросы, скопившиеся внутри, просились наружу.
— Ты, наверное в курсах? — тщательно пережевывая кусок мяса, в котором попалась прожилина спросил я.
— Там где я был только ленивый не трубит о расколе полководцев Александра!
Все-таки раскол. Выходит, я не ошибся, когда предположил, что бывшие соратники не сумели договориться, поэтому их войска покидали город в спешке, ночью.
— Уверен, что вавилоняне только рады, что их город не стал местом разборок диадохов. Говорят, Архон остался в дураках, его предали те же люди, которые до того предали тебя.
— Предав один раз, ты предашь второй, — заметила Роксана, которая, как только начался разговор, больше не коснулась еды.
— Именно поэтому я всегда говорил своему повелителю, что лучшее наказание для предателя смертная казнь, — Пердикка резко провел большим пальцем по горлу. — Сейчас лишний раз в этом убеждаюсь.
— Архон остался в Вавилоне? — уточнил я.
— Да, несложно представить, что с ним стало, когда утром он узнал какую свинью ему подложили! По слухам, он начал искать предателей в своих рядах и казнить всех подряд? Ничего, пусть благодарит богов, которые по счастливой случайности уберегли его от позорной смерти!
— Что станет с империей? Че думаешь? — спросил я.
Лично я предполагал, что после раскола среди моих бывших соратников, некогда выступавших единой силой, способной удерживать мощные, но раздельные сатрапии, стремящиеся отмежеваться от формального центра, империя затрещит по швам. Архон захочет отомстить предателям, скорее всего договорившимся о разделе империи Македонского. Нельзя исключать, что Антипатр сколотит союз и выступит против Архона, тогда как Архон привлечет на свою сторону ряд сатрапией, завлекая их наместников шансами увеличить свой политический вес. Ну а ослабшую империю Македонского могут в любой момент атаковать арабы, затаившие обиду. Эти ребята злопамятные. Прибавь сюда персов, точивших на Македонского зуб и грезивших вернуть себе былое величие, как все составляющие, способные поставить на империи крест, совпадут. Но сколько подводных камней, о которых я не знаю!
— Боюсь, империи больше нет, повелитель, — покачал головой Пердикка, подтверждая мои догадки. — Если мы не хотим потерять то, что обрели за десятилетие, следует уповать на успех одного из предателей в междоусобной войне. Чем быстрее это произойдет, тем лучше. Только в этом мне видится шанс сохранить империю от окончательного распада, а тебе вернуться на ее трон. Да простит меня повелитель за подобные слова!
Теперь уже я отложил кусок мяса вместе с оливками, которые остались недоеденными. Роксана аккуратно убрала остатки провианта, разумно полагая, что в дальнейшем нам может пригодиться как мясо, так и оливки, а уж тем более вода. Я дождался, когда Роксана оставит нас с телохранителем вдвоем и вернулся к прерванному разговору.
 
— Есть мысли? — спросил я.
— Мысли, повелитель, — Пердикка озадаченно почесал макушку. — Нам надо нанести ответный удар.
— Хочешь вернуться в Вавилон?
— В Вавилон? — Пердикка тут же отмахнулся. — С чего ты взял?
— Что тогда?
— По-моему, очевидно, повелитель, мы должны выдвинутся в Аравию!
Пердикка едва сдержался, чтобы не врезать кулаком о землю.
— В Араваию?
— Немедленно! — уверенно повторил телохранитель.
Я попытался уловить в его словах хотя бы капельку логики.
— Если я правильно понимаю, ты предлагаешь идти туда, откуда на империю хотят выступить с войной?
— Предлагаю отыскать Селевка, повелитель! — глаза Пердикки блеснули.
Повисло молчание. Я припоминал, что Селевк во главе лучших пехотинцев Александра, угодил в аравийский капкан! К гадалке не ходи, серебряные щиты разгромлены, не дождавшись подкрепления из Вавилона. Неужто Пердикка не понимает очевидного? Я прочистил горло и озвучил все это телохранителю.
— Бред, повелитель, — отрезал Пердикка.
— Я знаю этого человека и лично знаю многих из тех, кто удостоился от Александра чести носить серебряный щит, поэтому могу сказать, что слова Архона гнусная ложь! Селевк жив!
— Пердикка…
— Повелитель! — телохранитель не сдержался и перебил меня. — Селевка не так-то просто ухватить за зад. Мы обязаны узнать, что стало с серебряными щитами прежде, чем склонять головы на радость предателям!
Видя, что Пердикка стоит на своем до конца, я попытался зайти с другой стороны.
— Если Селевк и серебряные щиты все таки мертвы? — холодно спросил я.
— Чушь, говорю же! — вспыхнул телохранитель.
— Тогда приведи хотя бы один довод, что это не так! — вспылил я. — Ты можешь написать этому парню в чат? Он вообще из наших или местный?
— Не знаю… — честно признался телохранитель. — И написать я ему не могу. Но этот человек в свое врем спас мне жизнь!
— Короче, мужик, я считаю все это бредом, извиняй.
Пердикку не смутили мои слова, но в ответ он сказал нечто, отчего у меня как-то сразу мозги на место встали
— Хочешь провалить свое основное задание, Алексаднр?!
Я промолчал. Ответить нечего. Пердикка прав. Как то за всеми этими придворовыми разборками, я позабыл, что играю в игру и у меня есть задание, которые следует выполнять.
— Верю, что Селевк с лучшими бойцами живы, держаться и ждут подкрепления, — прошипел телохранитель.
Я на миг поймал на себе взгляд Роксаны. Бактрийка делала вид, что не слушает разговор. Она держалась за живот.
— Поворачиваем на юг, я хочу знать, что произошло с Селевком и серебряными щитами! — сказал я.
  
Глава 21
 
***
Решение далось крайне непросто. Наш небольшой отряд скакал на юг, прямиком к Аравийскому полуострову. Пердикка поначалу наотрез отказавшийся передвигаться верхом на лошади и уверявший, что ни за что не отстанет от нас пешком, после долгих уговоров забрал себе одну из кляч. Я пересадил себе Роксану. Останавливались часто, старые животные скакали шагом и когда мы попытались перевести кляч на рысь, ничего не вышло, пришлось остановиться и дать животным длительный отдых. Благо путь нашей группы пролегал вдоль Ефрата и лошади в любой момент могли вдоволь напиться воды и пощипать траву. Однако даже преодолевая путь шагом, но верхом на лошадях, они достигнут своей цели гораздо быстрее, нежели на своих двоих.
Телохранитель уверенно вел отряд вдоль реки, полагая, что аналогичный маршрут к Персидскому заливу выбрал Селевк и где-то в этих краях серебряные щиты ожидают обещанного подкрепления.
Долгое время мы молчали. Потом Роксана, как любая девчонка, не способная долго держать язык за зубами, спросила.
— Кто ты?
Я, полностью погруженный в свои мысли, вздрогнул. Захотелось увидеть лицо Роксаны, но она сидела на кляче сзади меня и крепко обнимала меня за талию.