Запретное влечение: прикоснись ко мне (СИ)

— Ваше величество, не надо было! — осторожно начала я, шагая следом за драконом и понимая, что обратного пути все равно нет.
Даже если Рейвен согласится отказаться от меня в качестве фаворитки, как только я переступлю порог гарема, меня сравняют с землей эти стервятницы.
— Что значит не надо? Если я так захотел? — обернулся ко мне желтоглазый, заставляя глупое сердце замереть. — Просто сделал то, что считал нужным. Уж поверь, я знаю характеры этих девиц.
— Что происходит? Куда вы? — раздался знакомый голос за спиной, и я вздрогнула от неожиданности.
— Я объявил Карали своей фавориткой! — расправил плечи Рей, смотря на брата.
— Карали значит? — желваки на скулах Кейнара нервно заходили, и он перевел на меня свой взгляд. — Что ж, быстро!
— Идем, есть разговор, — кивнул дракон брату и, подхватив мою руку, повел по длинным витиеватым коридорам, в которых без них легко можно было запутаться.
“Это наш шанс, Кара, — вновь зашептала демоница. — Я хочу их! Отдай мне этих двоих. Только представь, правители Агадена и все королевство будут подчиняться только нам. Какая жизнь начнется. Ты будешь любима. Больше никогда не познаешь одиночества!”
“По-твоему это любовь? Сплошное запудривание мозгов! — фыркнула в ответ. — Спасибо! Мне и так неплохо!”
К тому же, должна признать, чем больше времени я проводила с правителями, тем отчетливее понимала, как сильно они отличаются от своего отца.
Эти двое действительно беспокоились о своем народе.
Взять хотя бы тот факт, что Рейвен не побоялся попросить у меня помощи, переступая через гордость и нормы. Мало того, что я простолюдинка, которая не должна совать свой нос в государственные вопросы, так еще и женщина, что в нашем мире считалось низшим звеном. Не в том плане, что нас как-то унижали или ущемляли, просто издавна было принято, что слабому полу нет места в мужских разговорах. И мы, то есть женщины, годимся лишь для того, чтобы стряпать еду, ублажать мужей и рожать детей.
В корне не согласна с этим утверждением, но переть против системы довольно сложно. Да и не связывалась я с сильными мира сего.
— Я то вам зачем нужен? — буркнул Кейнар, следуя за нами по пятам. — Не справишься сам? Так не брал бы тогда фаворитку.
— Очень смешно! — буркнул в ответ второй брат, распахивая перед нами двери своих покоев. — Проходите.
Стояла посреди кричащей роскоши, чувствуя себя некомфортно в интерьере дворца. Здесь было даже хуже, чем в покоях наложниц. Казалось даже в воздухе витает запах богатства.
— Так о чем ты собирался поговорить? — плюхнулся на кровать старший из братьев. — Только не говори, что хочешь запретить мне прикасаться к ней.
— Ко мне вообще не надо прикасаться! — не сдержалась я, встречая колючий взгляд дракона.
— Правда что ли? — хмыкнул он, лаская меня голодным взглядом. — Я думал, наложницы нужны, чтобы их ласкать… и получать ответное удовольствие…
— Да хватит вам! — вдруг рявкнул Рейвен, встав между мной и своим братом. — Я принял такое решение, потому что женщины в гареме совсем охренели, а заниматься бабскими разборками сейчас нет времени!
“Ага, бабскими! Как культурно со стороны правителя, — буркнула про себя. — Завели целый змеиник, а теперь укротить не могут!”
На удивление моя демоница молчала, не высказывая своих колкостей. Она прислушивалась к словам обоих братьев, видимо подгадывая лучшую возможность проявить себя. Иной причины ее хорошего поведения я просто не видела.
— Кара, я хочу предложить тебе сделку! — обернулся ко мне Рейвен.
— Вся внимание!
— Ты сохраняешь статус нашей наложницы и фаворитки для обоих правителей. Этот статус дает тебе почти те же привилегии, что и правительнице, внутри стен дворца. Разве что менять распорядки ты не имеешь права. А в остальном, делаешь, что хочешь и ходишь где хочешь, в пределах стен замка, разумеется. Так же, я обещаю, что любые твои желания будут выполняться по первому требованию…
— А взамен? — вздернула я бровь, пытаясь понять, к чему клонит дракон.
— А взамен ты будешь направлять нас, дабы мы быстрее подняли с колен Агаден, — заключил он, отчего Кейнар поперхнулся воздухом, но быстро пришел в себя. — К сожалению, на данный момент мы не сможем в открытую признать, что прислушиваемся к своей наложнице, но постепенно законы будут меняться…
 
— Это рискованно! — вдруг подскочил старший из братьев. — Я признаю, что Кара много знает и может быть полезна, но если совет и народ выяснят, что мы пляшем под дудку женщины…
— Да какая к черту разница?! — рявкнул Рейвен. — Кому будет дело до этого, если жизнь народа наладится?!
На мгновение мужчина замолчал, буравя младшего брата тяжелым взглядом, после чего неспешно подошел к окну, через которое в комнату лился тусклый лунный свет.
Казалось, что он так и останется при своем мнении, но спустя несколько безумно долгих ударов сердца, он повернулся ко мне.
— Рейвен прав. Ты согласна?
Смотрела на этих мужчин, осознавая, что получила тот самый шанс, о котором молила богов. Теперь оставалось убедить их.
— Я соглашусь, но на своих условиях! — вздернула подбородок и расправила плечи, хотя внутри дрожала как осиновый лист.
— Что за условия? — шагнул ко мне Кейнар.
— Я сохраню статус наложницы и вашей фаворитки, но лишь на словах. Ни один из вас даже не попытается ко мне прикоснуться в интимном плане! — заметила, как оба правителя недовольно сощурились, но промолчали. — Как я уже говорила раньше, делить с вами ложе мне совсем не хочется, но я заинтересована в процветании Агадена! Мне не нужны украшения, дорогие одежды или еще какие-то блага, только спокойствие и уверенность в завтрашнем дне. Так что, согласны?
  
Глава 19. Терпение, только терпение
 
Кейнар
Не мог понять, что со мной происходит, но рядом с этой оторвой чувствовал себя будто наэлектризованным. Меня манило к ней магнитом, хотелось прикоснуться к нежной бархатной коже дикарки и ощутить ее сладость на своих губах.
Ничего не мог с собой поделать. Я злился на Рейвена, ведь ему удалось украсть ее поцелуй, а когда брат, расправив плечи, заявил, что выбрал Карали себе в фаворитки, первым желанием было кинуться на него и снести челюсть самодовольному мальчишке.
Лишь чудом удалось удержать себя в руках.
Смотрел на изящную наложницу, осознавая, что за нежным фасадом манящей красоты скрывается самая настоящая фурия. И сказать по-честному, мне это до безумия нравилось.
Обычно я раздражался, когда мне перечили, но сейчас, переругиваясь с Карали, чувствовал, что все больше распаляюсь. Хотелось прижать эту мелкую нахалку к стене, сорвать довольно легкий халатик, в котором она шастала по дворцу, направляясь в покои брата, и научить ее слушаться.
Вот только довольно давно мы с Рейвеном договорились, что к фавориткам друг друга не прикасаемся.
Я полыхал изнутри, осознавая, что к столь очаровательной женщине, лишившей меня покоя и укравшей все мои мысли, я теперь не имел права притрагиваться.
И каково же было мое облегчение, когда узнал, что таким образом брат попытался обезопасить Карали и забрать из общих комнат гарема.
— Так что, согласны?! — строгий голос наложницы выдернул меня из задумчивости. — Вы не будете распускать руки, а я сделаю все, чтобы помочь вам!
— С таким же успехом мы можем пригласить какого-нибудь мужика из народа, — хмыкнул я, подмечая, как бунтарка недовольно засопела, складывая под пышной грудью руки. — А тебя, сладкая, оставим в кровати. Там, где тебе и положено быть.
— Да что ты говоришь, хвостатый?! И чего это я до сих пор не вижу здесь мужиков из народа?! Барахтаетесь, как головастики в куче навоза, а толку нет!
— Думай, с кем разговариваешь, девчонка! — рявкнул я, замечая, как брат, скрывая довольную ухмылку, откашлялся в кулак.
— Я то думаю! На мгновение показалось, что из вас действительно хоть что-то годное получится. А нет, ошиблась! — зашипела красноволосая. — Парочка озабоченных идиотов. Научитесь приоритеты расставлять! А то собственный член важнее людских жизней!