Я требую развод (СИ)

Уже по дороге домой увидел сообщение в телефоне от Насти, и в который раз убедился, что я идиот. Если бы раньше заглянул в сообщения, то ехать никуда бы не пришлось. Но что сделано, то сделано. Набрал пару раз Давиду, желая объяснить ему, что так подставлять меня не стоит, но он не ответил.
Забил, отложив это на потом.
Приехав домой, я обнаружил свою жену спящей. По крайней мере, было на это похоже. Она закрылась в своей спальне и не отвечала, когда я пытался до нее докричаться. А наш ужин так и стоял на столе. Не тронутым. И что-то подсказывало мне, что это ненормально, но я не придал этому значения.
А зря…
Наша семейная идиллия закончилась, и следующее утро началось со скандала.
  
Глава 49
 
Кристина
Когда Виктор уехал, я заперлась у себя в комнате. Аппетит пропал, и одна лишь мысль о еде вызывала тошноту. Было даже желание вообще все выкинуть в мусорку, но рука не поднялась. Поэтому я все оставила как есть и просто ушла в спальню. Слезы душили меня, было очень больно.
Почему он так со мной?
За что?
Наверно следовало ему все высказать. Сказать, что я знаю, куда он поехал.
К ней…
После всего того, что было между нами, он просто уехал к ней.
И почему я думала, что будет иначе? Хороший секс еще не показатель того, что он останется со мной. И как бы ни было больно, надо признать, что Соколовский никогда не изменится. Он получил то, что хотел, а затем поехал к той, что ему больше по нраву.
Тогда для чего все это?
Елка?
Забота?
Просто пыль в глаза.
Я ему не нужна. И никогда не было по-другому. Мне следовало усвоить это еще четыре года назад, когда он меня отверг. Но я как дура чего-то ждала. Надеялась. И да, сейчас я могу признаться самой себе, что так и было. Себя обманывать смысла нет. Я любила его несмотря ни на что.
И до сих пор люблю.
Ненавижу себя за эту слабость. За эту боль, что испытываю. И его ненавижу за то, что люблю. За то, что поверила. За надежду, что сегодня обрела.
Ненавижу за то, что он сейчас с ней…
Не прощу..
Никогда…
Во мне все перемешалось. Боль. Ненависть. Злость. Они рвут меня на части. Хочется кричать или просто умереть…
— Ненавижу… — шепчут мои губы. — Ненавижу… Я тебя ненавижу, Соколовский… Слышишь? Ненавижу.
Начинаю кричать и бить по подушке.
Яростно. Бешено. Со всей злости.
Мои кулаки врезаются в мягкий пух, вызывая лишь раздражение. Перед глазами стоит его ухмыляющееся лицо, что говорит мне, какая я дура. Смеется надо мной. Издевается.
Бью сильнее. Еще и еще. Пока подушка просто не взрывается, выбрасывая вверх перья. Но и это меня не останавливает. Продолжаю колотить ее до тех пор, пока просто не падаю обессиленная на кровать и начинаю реветь.
Дура.
Нелюбимая.
Ненужная.
Сама не понимаю, как засыпаю. Сквозь сон слышу, как кто-то пытается до меня докричаться, но открыть глаза не могу. И не хочу. Просто оставьте меня в покое. Поворачиваюсь на другой бок и закутавшись в одеяло, продолжаю спать.
Утро никогда не бывает добрым, а сегодня и подавно. Открываю глаза и в первые секунды не понимаю, что творится в моей спальне. Вокруг все в пуху, как и я сама. Мне хватает совсем немного времени, чтобы вспомнить.
Укол острой боли вонзается в сердце…
Глаза начинает щипать от слез, но я тут же их смахиваю. Больше никакой воды. Только не из-за него. Недостоин.
Встаю, полная решимости больше не плакать. Я смогу это пережить, как когда-то, много лет назад. Поэтому натягиваю улыбку на лицо и топаю в ванную, чтобы посмотреть, что из этого вышло. Лучше бы я этого не делала. Вид у меня просто ужасный. И мне придется очень постараться, чтобы это исправить.
В итоге, чтобы привести себя в порядок, у меня ушло больше полутора часов. Но они того стоили, теперь никто и не подумает о том, что я плакала. И уж точно не узнает о том, что каждый мой вздох, каждое движение отдается болью в сердце.
Оно сегодня похоронило свою любовь.
 
Выхожу из комнаты и, сама того не понимая, отправляюсь на поиски мужа. Это до меня доходит лишь тогда, когда я склоняюсь над ним спящим. Он почему-то не спит в своей спальне, а ночует в зале на диване. На мгновение я даже забываю, какой он козел, просто любуясь им. Но затем…
Мои глаза цепляют яркий отпечаток помады на его белоснежной футболке.
Руки невольно сжимаются в кулаки. Хочется со всей силы заехать по его мерзкой роже, но я сдерживаюсь. Ничем хорошим это не закончится. Вместо этого я подхожу к ёлке. И как бы мне ни было жаль, я, не задумываясь ни минуты, хватаюсь за нее и резко тяну вниз, наслаждаясь громким грохотом и звуками разбившегося стекла игрушек.
Соколовский резко подскакивает с дивана, явно не понимая, что творится.
— Какого хрена?
— С добрым утром, кобелина! Вдоволь натрах*лся вчера со своей шваброй?
Больше сдерживать себя я не могла….
  
Глава 50
 
— Давай хотя бы сегодня будем вести себя, как нормальная семья?
Я прекрасно слышу, что он говорит, но никак не реагирую. Я вообще перестала с ним разговаривать после нашей последней ссоры. В то утро мы наговорили друг другу много “приятных” слов. В основном все исходило от меня, но в итоге я же и осталось дурой.
Это было последним словом моего мужа, прежде чем я просто развернулась и ушла. Слушать его дальше просто не было смысла. Он нес всякую чушь и даже приплел к нашим разборкам своего друга. Я бы может и смогла поверить, что он ни при чем, но эта помада на его футболке…
Не хочу об этом даже думать.
Как бы я ни делала вид, что мне срать на все его похождения, это не так. Я до сих пор слежу за тем, во сколько он уходит и во сколько возвращается. И честно говоря, еще немного, я просто сойду с ума.
Одна часть меня хочет ему верить, а вот другая…
Как можно поверить человеку, который только и делает, что причиняет боль?
Соколовский всегда был бабником, и сейчас ничего не изменилось. Не знаю, на что я надеялась, когда решила переступить через свою гордость и довериться ему. Это оказалось самой большой глупостью в моей жизни.
Поверить этому козлу.
Если в 15 лет это можно было списать на возраст, то сейчас это реально тупость. Я ведь прекрасно знала, что ему доверять нельзя. Он просто не оценит. Использует, а потом выкинет, как ненужную вещь.
Именно так все и произошло.
Дура я. Самая настоящая дура.
— Может, уже хватит играть в молчанку? — в очередной раз бесится Витя. — Я ведь уже сто раз тебе объяснял, как все было на самом деле.
“Да хоть сделай это сто первый раз, все равно не поверю.” — хотелось мне крикнуть в ответ, но я просто промолчала.
Мы не разговариваем уже пять дней. Точнее, я молчу, а он все никак не может оставить меня в покое. Все время пытается вывести меня из себя, но не очень-то получается. Мне неинтересно. Поэтому каждый раз, когда он начинает что-то говорить, я просто ухожу в свою комнату, или вообще из дому.
Это его бесит просто нереально.
Пару раз я слышала, как после моего ухода, билась посуда. Летали шкафы, но это неточно. В его комнату я не заходила, но точно знаю, что там что-то разбилось. И это что-то очень большое.
И даже сегодня, будь моя воля, мы бы не сидели сейчас в одном автомобиле, где он в очередной раз пытается до меня докричаться. А все почему? Потому что мы едем в гости к его родителям. Сегодня тридцать первое декабря, и Новый год мы будем встречать в кругу семьи. Всей нашей семьи. Приедут и мои родители. И это радует меня больше всего, и только поэтому я терплю сейчас его общество.
Да уж..
Новый год — время волшебства. И мой самый любимый праздник. День, когда можно попрощаться с прошлым и окунуться в мир будущего, что таит в себе множество сюрпризов. Так я думала… До сегодняшнего дня…