Моя (СИ)
Пальцы дотронулись до клитора, надавили на него, потом проникли дальше, внутрь, не встретив преграды, только хлюпнув в моей влаге, вернулись обратно и начали двигаться по кругу.
— Какая горячая текущая сучка мне попалась, — прошептал извращенец, сжимая мое горло другой рукой.
Его язык проник в ушную раковину, и я вскрикнула от неожиданности и нахлынувшего возбуждения.
— О да, сучка, кричи и стони. Никогда не смей сдерживаться. Ори в голос, если тебе хорошо. Поняла?
Три его пальца были во мне и трахали, большим пальцем он надавливал на клитор, приближая мой оргазм.
— Да…ааааа…Господин…ааааааах.
Поняв по моему последнему стону, что я уже близко, изверг вытащил из меня свои волшебные пальцы, и поднес к моему рту.
— Вылижи мою руку от своих соков.
Я начала облизывать его пальцы. Думала, меня стошнит, но нет, вкус не был отвратным, просто, немного необычным. Я переминалась с ноги на ногу, пытаясь сжать бедра и получить долгожданную разрядку, когда почувствовала удар по ягодицам.
— Ты забыла про наказание, сучка? Сегодня никакого оргазма. Сперва заслужи его. Будешь послушной девочкой — я разрешу тебе вылизать не только руку, но и член.
Что? Взять в рот ЕГО? Кажется, от этой мысли я увлажнилась еше больше. Я, действительно, течная сучка, как он меня назвал. Стою голая посреди холла перед лестницей, вылизываю его руку, и мечтаю заполучить его прощение и его член, чтобы испытать оргазм.
1.14. Он
Когда моя рука начала блестеть уже не от соков, а от слюны, я шлепнул ее по попе, добавив цвета:
— Хорошая сучка! Место!
Девушка непонимающе оглянулась на меня, и вскоре возбуждение во взоре сменилось ненавистью. Хорошая девочка. Не надо в меня влюбляться.
— Что застыла? Марш в спальню, ненасытная шлюшка! И не смей к себе прикасаться!
Вновь шлепнул ее, по второй ягодице для симметрии. Девчонка вспыхнула и побежала наверх, а я отправился в гостевую комнату на первом этаже. Мне срочно нужен ледяной душ, иначе я затрахаю ее до смерти, а это не входит в мои планы.
Что же со мной творится? Когда она рядом, у меня срывает крышу, и мне хочется трахать ее жестче, унижать сильнее.
Включил воду похолоднее, но и это не спасло, боец не желал униматься, а перед глазами стояли виляющие красные ягодички. Крошка очень горячая и отзывчивая. Чувственность из нее так и прёт, но она этого даже не осознаёт. Пожалуй, весь завтрашний день посвящу ей. Нет, так дело не пойдет. Возбуждение не проходило, не помогала ледяная вода, кажется, она сейчас испарится с моего горячего тела. Здесь спасет только полное опустошение яиц. Положил руку на член, прикрыл глаза, представляя, что это ее губки и жаркий ротик выдаивает из меня содержимое мошонки. Мне хватило несколько минут, чтобы выстрелить головастиками. Интересно, а каким был бы мой сын от нее? Чееерт, о чем я вообще думаю. Она никто. Просто сучка, временная рабыня, маленькая похотливая шлюшка, которой нужны мои деньги на лечение матери. Да, надо купить ей ошейник и поводок. Она будет шикарно смотреться в ошейнике, в туфлях на высоком каблуке. Черт, я опять возбудился, только представив ее на четвереньках в таком виде. Всё, хватит. Да, я хочу ее трахнуть, она моя, ждет меня в моей спальне, на своей подстилке, горячая, возбужденная, не удовлетворенная. Так почему я должен страдать под ледяным душем со своей рукой на члене? Надо просто пойти и спустить в нее.
Когда я поднялся в спальню, малышка уже спала, свернувшись калачиком под тонким одеялом. Интересно, она всегда спит в позе эмбриона, или таким образом хотела спрятаться от меня? Лег на кровать, но сон не шел, я крутился и каждый раз поглядывал на рабыню у моей постели. Так дело не пойдет. Встал и поднял ее на руки, она прижалась ко мне и потерлась щекой о мою голую грудь и втянула носом мой запах, пробормотав что-то вроде: "Вкусно". Положил ее на кровать, лег рядом, накрыл нас теплым одеялом, прижал ее покрепче к себе, вдавив ее попку в свой пах, и сразу провалился в сон, как только закрыл глаза.
День второй. 2.1. Она
Первое, что почувствовала, проснувшись утром, это мягкость и тепло постели. Второе— жар голого тела, прижавшегося ко мне сзади, одна его рука лежала на моей груди. Не поняла. Я хорошо помню, что засыпала на полу. Лунатизмом, вроде бы, не страдаю. Значит, он? Зачем? Чуть шевельнулась, но рука на груди подгребла к телу сзади еще ближе, прямо вжав в себя, и просунув свое выдающееся начало мне между ног. Если еще чуть пошевелится, то окажется внутри. Нет-нет, пожалуйста, только не сейчас, организм требует свидания с сантехникой в отдельной комнате. Я замерла на секунду, а рука с груди начала движение вниз.
Взвизгнула, когда он резко опрокинул меня на спину, и навис сверху, зажав руки в своих и придавив их к подушке с двух сторон от головы. И пикнуть не успела, а его член уже во мне, и мужчина начал плавно двигаться, целуя меня так, что не хватало воздуха. Если он не отпустит меня в течении пяти минут, я описаюсь прямо в постели, вот позор-то будет. Начала мычать, так как его язык выполнял роль кляпа, и сделала несколько движений телом, чтобы скинуть его с себя, но сделала себе только хуже. Мучитель освободил одну свою руку, зажав мои одной левой над головой, а правую положил мне на горло и чуть сдавил. Воздуха сразу не стало хватать, и перед глазами замельками черные точки, зато внизу разгорелся пожар. Еще несколько фрикций и он вышел из меня, усевшись мне на ноги и направив струйку спермы мне на живот и грудь.
— Вот это я понимаю, доброе утро! Почисти меня и беги приводи себя в порядок, — приподнявшись, он встал на колени над моим лицом, и сунул член мне в рот.
Когда я его облизала, он потрепал меня по щеке, и встал с кровати, я бегом кинулась в ванную. Ублюдок, он опять раздраконил меня, и не дал мне кончить. Спасибо хоть, отпустил вовремя, и я не опозорилась.
Я уже заканчивала принимать душ, когда изувер присоединился ко мне.
— Помой меня. Руками. Это будет твоей обязанностью. Так же как и желать мне доброе утро своим ротиком…как это было только что, — добавил он, хотя я и так догадалась.
2.2. Он
Утро было очень добрым. В душе я еще раз воспользовался гостеприимным телом рабыни. Потом мы позавтракали и я велел крошке одеться, так как мы едем по магазинам.
— Господин, моя работа…
— Твоя работа на ближайший год — ублажать меня. Сейчас мы заедем к тебе на работу, и ты напишешь заявление на увольнение.
— Слушаюсь, Господин.
— Надень юбку, блузку и чулки, никакого нижнего белья. В машине не замерзнешь, — добавил я, увидев ее сомнение.
— Слушаюсь, Господин.
Интересно, это багровые ягодицы или постоянно влажные складки между ног, так быстро научили ее послушанию?
Когда проезжаем мимо зоомагазина, останавливаюсь, и помогаю рабыне выйти из машины. Проходим внутрь и я подхожу к стойке с ошейниками и поводками. Девочка топчется у входа.
Начинаю перебирать ошейники. Продавец занят с покупателем: женщина выбирает хомячка и клетку.
— Милая, — произношу громко, что услышала не только рабынька, — как думаешь: какой ошейник больше подойдет моей любимой сучке?
Девочка вздрагивает всем телом и краснеет. Подходит вплотную и шепчет:
— Любой, какой пожелает Господин.
— Пожалуй, вот этот лучше всего оттенит ее цвет кожи, — взяв в руки белый кожанный с шипами, делаю вид, что хочу приложить его к ее шее. — И возьмем вот это, — протягиваю руку к поводку в виде цепочки, с кожаной петлей для руки. — Как думаешь, строгий ошейник нужен для воспитания моей сучки?
Девочка чуть сознание не теряет от стыда и унижения и шепчет:
— Пожалуйста, Господин, не надо. Ваша сучка будет очень послушной, — на границе ультразвука добавляет малышка.
— Хорошо, для прогулок мы купим ошейник позже.