Черная моль (Черный мотылек) др.перевод
Она сердито притопнула ножкой.
— Что толку теперь рассуждать!
— Лавиния, дорогая, что толку вообще во всем?.. Нет, ей-Богу, это положение кажется мне занятным. Думал о богатеньком Ричарде, а теперь все мои планы полетели к чертям!
— Если б не ты, разве бы я вышла за него? Зачем только ты познакомил меня с ними обоими? Ведь я могла найти кого-то другого!
— Но он казался такой прекрасной партией, дорогая. К тому же, насколько помнится, ты придерживалась точно такого же мнения.
Она сердито надулась и дернула плечиком.
— И однако, — продолжил Трейси как бы между прочим, — мы с тобой люди вроде бы неглупые и как-нибудь выкрутимся.
Лавиния тут же накинулась на него.
— О, как только ты можешь быть таким равнодушным! Неужели тебе безразлично…
Он выразительно поморщился.
— Что толку лить слезы, Лавиния? История довольно неприятная, однако поглядим, что тут можно сделать. Что, кстати, заставило меня вспомнить о цели приезда. Сколь бы мы ни сетовали на сложившееся положение, деньги мне тем не менее нужны.
— О, Господи! И сколько же тебе надо, Трейси?
— Пять сотен будет достаточно.
— Но, Трейси, разве поместье тебе ничего не приносит? — резко спросила она. — И потом Эндрю говорил нам, что не далее, как две недели тому назад, тебе страшно везло в игре…
— Да, но с тех пор, дорогая, мне три раза не везло, просто катастрофически не везло. А что касается именья, то, как тебе прекрасно известно, оно заложено и перезаложено. К тому же Роберт весьма экстравагантен и…
— Ненавижу Роберта!
— Я и сам не слишком пылаю к нему нежными чувствами, но это дела не меняет.
— Лучше б он умер!.. О, нет-нет, что я говорю! Что это на меня опять нашло? Я вовсе не хочу этого, просто… просто я так устала от всего. Ты получишь эти деньги, Трейси, но только умоляю, действуй осторожно. У Дика не так-то просто выпросить деньги.
— Не сомневаюсь. Однако до настоящего времени нам, худо-бедно, все же удавалось…
— До настоящего времени денег у него было сколько угодно. А потом милорд не оставил ему ни пенни и…
— Прискорбно слышать… Но, как я уже говорил, нет для нас, дорогая, ничего невозможного. Где Дик?
— Не знаю. Останешься обедать, Трейси?
— Благодарю. С радостью.
— Да, да! О, Трейси, если б ты знал, как я рада тебя видеть! Я и сама к вам собиралась, вскоре… Приютишь меня на несколько дней?
— Весь вопрос в том, позволит ли тебе муж задержаться столь надолго в моем развращающем обществе.
— Ричард мечтает быть только со мной, Трейси! — с гордостью ответила она. — Он просто не может без меня. О, почему только я не люблю его, как он того заслуживает?.. Почему люблю даже меньше, чем… тебя, Трейси?
— Но Лавиния, дорогая, подобно всем остальным Бельмануарам ты любишь прежде всего себя, а уж потом человека, который руководит тобой. Увы, но это так! А Ричарду никогда не удавалось проявить себя твоим господином.
— Но я люблю Ричарда. Люблю, это правда, но…
— Вот именно, «но»!.. Ты еще не поняла, что такое истинная страсть, дорогая! Ты же абсолютная эгоистка!
— Эгоистка? Обидные слова, дорогой!
— Зато справедливые. Ты думаешь только о себе, своих удовольствиях, своих прихотях и ощущениях. Если бы ты могла отодвинуть свою персону на второй план, то и раздражалась бы меньше, и не чувствовала бы себя такой неудовлетворенной.
— Да как ты смеешь, Трейси! А ты сам? Разве сам ты не столь же эгоистичен?
— Я точно таков же. Просто полагаю, ты была бы куда счастливее, если б отодвинула это свое «я» на второй план.
— Чего и тебе советую.
— Моя дорогая Лавиния, когда я испытываю потребность в чем-то, я этого непременно добиваюсь. Вот сейчас, к примеру, я вполне счастлив и всем доволен.
— Ты не добрый! — возразила она. — И все время надо мной смеешься.
— Прошу, прими самые искренние извинения! Буду рад видеть тебя в Андовере, если, конечно, Ричард позволит.
Личико ее так и просияло, словно по волшебству.
— О, Трейси! Мне так хочется снова почувствовать себя счастливой и беззаботной! Ведь знаешь, из-за траура я уже не могу сейчас принимать. Но там, в Андовере, беспокоиться не о чем, там я могу развлекаться, сколько душе угодно, не заботясь о том, что при этом обижу кого-либо! О, ну ступай же скорее к Дики, ступай!
Он лениво поднялся.
— Могу представить, как ты испытываешь терпение Ричарда, — заметил он. — К счастью, эта твоя порывистость ничуть меня не раздражает. Идем же искать Ричарда!
Спускаясь по широкой парадной лестнице, она заметила мужа и порхнула к нему навстречу.
— А я тебя искала, Ричард! Трейси приглашает меня в Андовер, на неделю. Он пригласил еще несколько наших общих знакомых и там будут балы, вечеринки и все такое! Ты позволишь мне ехать? Скажи да, Дики, ну, умоляю, скажи быстрее!
Карстерс поклонился его светлости — тот молча наблюдал за супружеской парой с лестницы. И отвесил ответный поклон, преувеличенно почтительный. Карстерс перевел взгляд на жену.
— Не рановато ли, Лавиния? — заметил он и указал на ее траурный туалет. Она нетерпеливо оттолкнула его руку.
— О, Дики, ну какое это имеет значение? Разве это так уж важно? И потом, я ведь не прошу тебя ехать со мной…
— Нет, — ответил он и в голосе его звучали одновременно грусть и усмешка. — Я это заметил, дорогая…
— Ах, нет, ты меня неправильно понял! Я вовсе не хотела обидеть тебя, пойми! Ты же не думаешь так, а, Дики?
— Нет, конечно, нет, — вздохнул он.
— Милый, добрый мой Дики! — она снисходительно потрепала его по щеке. — Так значит, ты разрешаешь мне ехать, да? Нет, послушай, ты ведь сам видишь, какая я стала бестолковая и раздражительная, а все потому, что мне нужна перемена. И мне хочется поехать в Андовер, ты слышишь? Я хочу поехать!
— Да, дорогая, знаю. Но со дня смерти отца не прошло еще и шести недель, и мне кажется, что…
— Ну, пожалуйста, Дик, пожалуйста! Прошу, не говори нет! Ты делаешь меня такой несчастной! Ну, не будь же таким злым, Дики! Позволь мне поехать! Не запрещай!
— Я не запрещаю. Я просто прошу тебя остаться, Лавиния. А если тебе так нужна перемена, то готов отвезти тебя в Бат, еще куда-нибудь, куда захочешь. Не обижай меня. Ехать сейчас в Андовер тебе просто неприлично.
— Бат, Бат!.. Что делать в Бате в это время года? Это, конечно, очень мило с твоей стороны, но я хочу в Андовер! Хочу повидать всех своих старых друзей. Хочу отдохнуть от дома. Здесь так мрачно и так ужасно скучно после… после смерти милорда!
— Ну, разумеется, ты поедешь, дорогая… Но только прошу помнить, ты в трауре и…
— Но именно об этом я и хотела бы забыть! О, Дики, ну не будь таким жестоким, умоляю!
— Нет, дорогая, конечно, нет.
— Ах, как же я рада! Как это мило с твоей стороны, Дики! Однако, признайся, в глубине души ты, наверное, рад избавиться от меня на недельку, а? — и, раскрыв веер, она кокетливо прикрыла им личико. Ричард не сдержал улыбки.
— Боюсь, что буду страшно скучать по тебе, дорогая.
— О!.. — она опустила веер. — Зато подумай, как ты обрадуешься моему приезду! И я, конечно, тоже! Да мне достаточно отдохнуть от этого дома хотя бы недельку и потом несколько месяцев я буду, как шелковая!
Лицо его смягчилось, он поймал ее руку в свою.
— Милая, если б я был уверен, что ты будешь скучать по мне…
— Конечно буду, Дик! Ой, умоляю, только не мни мне платья! Разве я не буду скучать о нем, а, Трейси?
Только тут Ричард вспомнил о присутствии своего шурина. Развернулся и направился к лестнице.
— Так вы твердо вознамерились похитить у меня жену? — шутливо спросил он.
Трейси не спеша спустился, открыл табакерку.
— Да, мне нужна хозяйка в доме, — ответил он, — и я просил ее, — тут он сделал паузу, — э-э… почтить Андовер своим присутствием. Могу ли надеяться увидеть вас своим гостем, в удобное вам время?
— Благодарю, но нет, пока нет… Сейчас, как вы понимаете, у меня нет настроения веселиться, о чем так мечтает моя бедная Лавиния.