Медиум на полставки (СИ)

— Если это понятно, то что же тогда не понятно, — потёр затылок Донни.
— А главное, Дубров что, не соблюдал нормы безопасности? Перчатки, защитные костюмы…
Рональд возмутился:
— Напоминаю, что болезнь не считалась заразной, и к тому же имеет нематериальную основу. Разумеется, при введении вирусов док соблюдал все нормы! Кто же знал, что духовная болезнь решит выбраться из тела и атаковать вирус снаружи, а затем переключится и Дуброва.
— А с каким именно вирусом болезнь передалась известно?
— Нет, — поморщился Рональд. — Думаю, у меня есть список из двух десятков вирусов, которые мы использовали последними. Очевидно, что виноват один из них.
— Двадцать⁈ — опешив, переспросил Донни. — А сколько вы всего успели использовать на Лоре прежде, чем Дубров заразился⁈
— Сотни две, — легкомысленно ответил Рональд Тумс. — Но большая часть из них практически безвредны: вариации простуды и других болезнетворных бактерий.
Донни долго смотрел на голову, сжимая и разжимая кулаки и играя желваками.
— Знаешь, если бы ты уже не был мёртв, я бы тебя за такие эксперименты сам убил.
— Никакой благодарности! — возмутился учёный. — Мы лекарство от болезни нашли? Нашли. Просто недосмотрели с безопасностью, приняв за аксиому то, что болезнь привязана к девушке.
Насчёт лекарства я бы поспорил. Заражать человека множеством вирусов, чтобы он не умер от одной болезни — это что-то не слишком лечебное и очень временное.
Доктор Семёнов и дворецкий Хан приехали спустя минут сорок. Пожалуй, более контрастную парочку и придумать сложно: дворецкий в идеальном костюме, с ровной осанкой, седыми волосами, собранными в аккуратный хвостик и по-азиатски непробиваемым лицом, и Семёнов — всклокоченный, в помятом бежевом костюме, испачканном какой-то ярко-зелёной гадостью, и с таким лицом, будто только проснулся с похмелья.
— Ну что, рассказывайте, что у вас случилось, я заинтригован! — с ходу заявил Семёнов, и тут его взгляд упал на голову Рональда Тумса. — Оп-па! Лицо этого фикуса на столе кажется мне знакомым.
— Сам ты фикус, Семёнов! — тут же возмутился Рональд.
— Вы знакомы? — удивился я.
— К сожалению, — подтвердила голова. — Приходилось пересекаться на конференциях…
— Где я говорил, что твоё наплевательское отношение к врачебной этике обязательно аукнется тебе в будущем, — с мазохистским удовольствием на лице перебил его Семёнов. — И вот, я оказался прав. Как всегда.
Рональд Тумс скривился так, словно сожрал лимон. Видимо, призрачный.
— С этим идиотом я сотрудничать точно не буду.
— Хоть в чём-то наши мнения сходятся, — хмыкнул Семёнов. — Методы такого вивисектора как ты не станет применять ни один врач, принесший клятву Гиппократа.
— Да ты даже не поймёшь, что нужно делать. Мозгов не хватит!
— Одного наличия мозга мало, нужно ещё и уметь им пользоваться…
Дворецкий Хан легонько похлопал Семёнова по плечу, хотя, я практически на сто процентов уверен, что хотел постучать по голове.
— Мы пришли сюда, чтобы помочь с лечением. Давайте вернёмся в русло этой темы, пожалуйста. — Он посмотрел на меня. — Рассказывайте, что случилось, и что требуется от профессора, а я прослежу, чтобы он не отвлекался на… всякие мелочи.
Я увидел, что голова призрака собирается возмутиться случайному или даже намеренному намеку на его размеры, и поспешил начать рассказ:
— Да, конечно. Лору Палмер заразили необычной болезнью, оказавшейся чем-то вроде смеси нематериальной составляющей с физическими проявлениями…
Далее я подробно рассказал, как это произошло и что Погонщик прямо или косвенно использовал при создании этой болезни исследования, основанные на Прокаженных Гончих. Потом подключился Рональд Тумс и под лёгкий матерок доктора Семёнова поведал об их с Дубровым экспериментах с вирусами.
— Если честно, я бы оставил Дуброва в нынешнем состоянии, он это заслужил, — недовольно кривясь, сказал Семёнов. — Эксперименты на людях слишком отвратительны, даже из самых добрых побуждений.
— Ой-ой-ой, — тут же прокомментировал Рональд. — Так и скажи, что не смог разобраться в том, что мы сделали.
 
— Так чтобы разобраться нужны результаты исследований, а не твоя голословная болтовня, — огрызнулся Семёнов. — Я должен изучить все записи.
Мы все посмотрели на Рональда.
— Они находятся в кабинете Дуброва, в его компьютере, — буркнула голова. — Но я знаю пароль!
— Круто, — одобрил я. — Только кабинет заперт, а в коридоре камеры, медсестры и охрана…
Дворецкий Хан задумчиво посмотрел на голову-призрака.
— А я могу как-то… взять эту штуку в руки?
— Штуку⁈ — возмутился Рональд, но никто не обратил на него внимания.
— Да, я могу насадить его на… — я осмотрелся по сторонам. — Да хотя бы на вилку. Только руну нарисую соответствующую. А зачем вам?
— Схожу в кабинет доктора. Я обладаю некоторыми навыками, позволяющими обходить камеры, и с замками справлюсь. Но что именно нужно скопировать с компьютера мне придётся показать.
Что ж, если цена лечения Лоры — это взлом, проникновение и кража, то спорить будет глупо. Взламывайте, проникайте, крадите!
Нарисовав атакующее гофу, я повязал этот листок бумаги вокруг вилки и насадил на неё голову Рональда. С собой же я дал дворецкому гофу проявления, чтобы, оказавшись в кабинете, он смог пообщаться с призраком. Затем азиат ушёл «на дело», а я оказался во власти Семёнова, буквально схватившего меня за грудки, усадившего на стул перед собой, и закидавшего десятками вопросов:
— Я слышал, тебя чуть не сожрало существо первого класса опасности? Мне нужны подробности!
— Руны! Ты их кровью рисуешь? Но ведь когда мы проводили тесты, у тебя не было склонности к магии крови!
— Открой широко глаза, я сделаю фото сетчатки. И глазное дно посмотрю, эх, жаль голову утащили. Интересно посмотреть, как изменяется зрение при взгляде на призрака.
— Последствия сенситивного шока так и не прошли? Скажи честно, что ты обо мне думаешь?
Похоже, будь его воля, я бы весь день провёл, отвечая на вопросы и сдавая различные анализы. Странно, что он раньше не пытался добраться до моей тушки, тем более что я и сам был бы не прочь проверить своё общее состояние в свете близкого общения с Садако. А уж после поглощения частицы Ангела Смерти и целого демона, и подавно. Вот только как подступиться к этому вопросу, я пока не представлял.
Донни некоторое время с интересом наблюдал за гиперактивным профессором и слушал мои ответы, но в какой-то момент зазвонил его мобильный. При взгляде на экран выражение лица парня резко изменилось, и он быстро вышел из палаты, на ходу принимая вызов.
— Да. Я сейчас в клинике…
— Пока парнишка вышел, хочу узнать, не поблекли ли воспоминания о жизни в старом мире? — тут же затараторил профессор. — Возможно, та жизнь стала казаться сном, будто всё происходило не с тобой? Если это так, то наша реальность влияет на тебя, постепенно затирая лишние знания.
— Нет, помню всё чётко, — ответил я, и после этого задумался: возможно, он прав, и я особо не вспоминаю о прошлой жизни по какой-то особой причине? Правда, я это списывал на усталость, да и в целом было не до праздных размышлений. И применения знаниям из того мира я пока не придумал от слова «совсем», а ведь в книгах всё так просто — создал IT компанию, и клепай себе порталы, соцсети и игры. В принципе, тут же и аналог ютюба в зачаточном состоянии существует, можно вспомнить тематики популярных роликов и каналов, буду кидать ментос в ванную с колой и зарабатывать миллионы. Или взять пример с Димы Масленникова и начать снимать ролики в домах с привидениями? Причём мой контент будет наполнен встречами с вполне реальными призраками.
— Нет, точно, помню всё, — резюмировал я. — Особенно всякую фигню.
Только сейчас, глядя на Семёнова, я вдруг вспомнил, что у него оставался мой старый телефон. Информации в нём было не очень много, но вот аудиофайлов под тысячу точно.