Медиум на полставки (СИ)
Я покосился на мисс Норн.
— Это была уже не совсем она. Превратившись в полтергейста, Элла потеряла свою личность.
— Да уж, она и меня сожрать пыталась, — согласился Дэм. — Но теперь же с ней всё в порядке? Она отправилась на небо?
Чувствуя себя неуютно, я нашёл максимально честный, но при этом нейтральный ответ:
— Очень на это надеюсь.
— Ну да, откуда тебе знать, ты же недавно медиумом стал. Ещё и выглядишь так, словно скоро отправишься на то свет следом за мной и Эллой.
— Дэмис, мы же много раз говорили с тобой о том, что некоторые наблюдения лучше держать при себе, — с легкой улыбкой пожурила его Присцилла Норн. Хоть она и улыбалась, глаза женщины блестели так, словно она вот-вот расплачется.
— Мам, я же не виноват, что с каждой нашей встречей он скидывает килограмм по десять⁈ — возмутился призрак. — Может, и не плохо, что я умер, иначе ещё встречи четыре и он просто исчезнет!
— Не я такой, жизнь такая, — буркнул я.
В чём-то парнишка был прав, сейчас мне даже в зеркало смотреть не хотелось. Душ принимал чуть ли не с закрытыми глазами. Вес в шестьдесят килограмм при росте сто семьдесят пять — это однозначное клеймо дрища в любом мире.
— Вот если бы я мог… — парень замолчал, думая о чём-то своём и будто что-то прикидывая в уме.
— Дэм, хватит лезть к молодому человеку со своими глупостями, — всплеснула руками его мама. — Указывать человеку на его недостатки, как минимум, некрасиво.
— Да, мам, — послушно склонил голову призрак.
Как ни странно, всё остальное время до прихода отца Павла мы болтали так, словно Дэмис не умер, и не должен был окончательно исчезнуть через двадцать минут. Мы с Дэмисом вспомнили, как впервые встретились в строящемся здании, а он рассказал, как нашёл призрака сестры. Присцилла Норн поделилась забавными историями из жизни семьи, и её глаза в этот момент вновь сияли. Выяснилось, что у женщины очаровательная и тёплая улыбка, которая тут же исчезла, стоило в помещение войти бородатому священнику.
— Пора, — мягко сказал он.
Женщина посмотрела на него так, словно инквизитор намеревался собственноручно убить её сына.
— Дайте нам ещё немного времени!
Священник покачал головой.
— Времени никогда не будет достаточно. Но мальчику здесь не место, его нужно отпустить. Мы уже говорили об этом, Присцилла.
Женщина сразу поникла, словно её в одно мгновение лишили всех сил.
— Да, я знаю…
— Всё норм, мам, не раскисай, — подмигнул ей Дэмис. — И не забудь, ты обещала мне ещё одну сестренку или братика, а лучше и того и другого. Не знаю, точнее, не помню, что ждёт меня там, за гранью, но, если появится хотя бы малейшая возможность, я обязательно буду поглядывать сверху, как ты тут живешь. И Элла тоже. Уверен, будь она сейчас здесь, то сказала бы то же самое, только более красивыми словами.
Мда, пацан явно скромничал, я за два дня не смог подобрать слов лучше.
— Кхм, если вы готовы, я предлагаю начать молитву, — кашлянув, чтобы привлечь внимание, повторил отец Павел, ходя вокруг алтаря и зажигая свечи. — Мальчик, взойди на алтарь.
Никогда не любил церковные службы, хоть и бывал на них только в детстве. А с перемещением в этот мир каждое посещение церкви стало приносить сплошные проблемы: то Ангел Смерти пытается меня «выпить», то священники избивают, а теперь вот окончательное прощание с мальчиком…
Мы с Присциллой Норн сели на скамью, а отец Павел встал у алтаря и начал читать что-то на латыни.
— И эта тарабарщина отправит меня обратно? — не удержался от подколки Дэмис, зависнув над алтарём и с интересом заглядывая в книгу перед священником. — Ну фиг знает. Я бы больше доверился твоим листикам с рисунками.
Но я видел, как с каждым словом молитвы Дэмис становился всё более прозрачным. К тому же, пламя свечей на алтаре становилось всё выше и ярче, создавая что-то вроде сплошного потока света, внутри которого находился мальчик. Свет уходил всё выше и выше, потолок помещения будто растворился в нём.
— Мама, я люблю тебя! — быстро затараторил Дэмис, поняв, что скоро исчезнет. — Не вздумай грустить! И ты, медиум, проведывай маму, убедись, что у неё все будет хорошо!
— Обещаю! — севшим голосом, ответил я.
— Я не знаю, получится ли, но прими от меня этот дар, — продолжил звучать голос мальчика, когда он уже практически полностью растворился в свете. — Он поможет тебе оторвать голову этому уроду! Теперь никаких отмазок!
Вспышка света ударила по глазам, и Дэмис исчез, но маленький белый шар энергии остался висеть в воздухе над алтарём.
— Душа мальчика чиста, свет принял его, — перешёл с латыни на понятный язык священник, но увидев шар света перед собой, напрягся: — А это ещё что⁈
Священник протянул руку, чтобы коснуться шарика, но тот сместился в сторону, не позволив ему этого сделать.
— Дэм не ушел? — дрожащим голосом спросила Присцилла Норн, непонимающе глядя на шар света.
— Ушёл, — уверенно ответил отец Павел. — Это нечто иное. Какая-то частица его сущности, оставленная…
Шар пришёл в движение и поплыл прямиком ко мне.
— Отойдите от него, — велел священник. — Это может быть опасно.
Но я отлично понимал, что Дэмис не мог оставить после себя что-либо, способное нанести вред мне или его матери, поэтому остался сидеть на месте. Шар подлетел ко мне, завис перед лицом, а затем резко ускорился, нацелившись прямо в лоб. Вроде бы нематериальная штука, а ударила так, что я лишь чудом остался сидеть на скамейке, да и то благодаря поддержке мисс Норн, которая удержала меня на месте одной рукой.
В глазах всё поплыло, но я быстро пришёл в норму, а тут ещё и священник подошёл ко мне и приложил ладонь ко лбу. От его прикосновения в голове сразу прояснилось так, словно я выпил хорошего кофе, и даже тело стало удивительно лёгким.
— Как себя чувствуете? — скорее с любопытством, чем беспокойством в голосе, спросил отец Павел.
— Отлично, — заверил я священника. — Только не понял, что это было.
— Полагаю, раз ты всё ещё жив, то это был некий дар от мальчика, оставленный лично вам, — погладив бороду, ответил отец Павел.
Тоже мне, специалист, Дэмис ведь вслух сказал, что это дар для меня.
— Сам я такого никогда не видел, но упоминание подобных даров встречается в книгах. Сделать нечто подобное может только сильная и светлая душа, эмоционально и глубоко привязанная к человеку.
Я невольно покосился на Присциллу Норн. Не мог же мальчик считать меня более близким, чем собственную мать? Почему он не оставил дар ей?
Примерно о том же подумал и священник:
— Возможно, этот дар предназначался не Михайлову, а вам?
— Сила — это наш семейный талант, — не глядя на нас со священником, сказала женщина. — Я уже им обладаю.
Она достала из кармана монетку и с лёгкостью согнула двумя пальцами.
Офигеть!
— Если Дэмис решил оставить свой талант Роману, то я могу лишь порадоваться, что частичка моего сына останется в этом мире.
Присцилла Норн тихо заплакала, уронив монетку на пол, а я сидел рядом и никак не решался обнять её за плечи или взять за руку, но пальцы женщины сами сжали мою ладонь.
— Вы вырастили чудесных детей, — тихо сказал я. — Я рад, что пусть и недолго, но был с ними знаком.
— Спасибо.
Мы ещё некоторое время молча сидели перед алтарём, а потом мисс Норн неожиданно сама резко поднялась на ноги и засобиралась домой. Очевидно, ей хотелось побыть одной, а не проводить время с малознакомыми людьми.
Прежде, чем следовать за ней к выходу, я быстро поднял согнутую монетку с пола и сунул в карман. В голове всё ещё царил сумбур от всего произошедшего. Дэмис ушёл окончательно, я получил от него дар, а чуть ранее заработал несварение от поглощённой энергии Ангела Смерти. И что со всем этим делать опять непонятно.
Я покосился на маму теперь уже покойного Дэмиса. Вот о том, что творилось у неё в голове я даже представить не мог и уж точно не собирался сейчас доставать женщину вопросами касательно их семейного таланта.