Медиум на полставки (СИ)
— Конечно.
Я хотел напомнить, что всё ещё закован в наручники, но неожиданно ощутил, что меня уже ничего не удерживает. Вытянув руки из-за спины, я их как следует размял, краем глаза поглядев за спину. Чем бы меня не удерживали, сейчас это пропало.
— Я провожу тебя к выходу? — любезно предложил инквизитор, не давая и шанса отказаться.
Встав на ноги, я слегка покачнулся от слабости, чуть не опорожнив желудок прямо на стол.
— С тобой всё в порядке? — обеспокоенно спросил священник.
— Да, просто лёгкое сотрясение, — буркнул я. — Видимо, слишком сильно приложили по голове во время задержания.
Выйдя из комнатки, мы оказались в длинном коридоре без окон. Одинаковые двери, стоящие на равном расстоянии, очевидно, вели в другие помещения, подобные тому, где держали меня.
— Это что, тюрьма? — не удержался я от вопроса.
— Вообще-то это кельи для медитации и размышлений, — ничуть не смутился инквизитор. — Некоторые из нас проводят здесь в уединённой молитве долгие часы, дни, а иногда и недели.
— Что-то вроде мест для медитации?
— Не совсем, — поморщился священник. — В медитации человек наедине с самым собой, а в молитве — с Богом. Это совершенно разные понятия.
Ну, поскольку я толком не занимался ни тем, ни другим, мне сложно понять, о чём именно речь. Да и не особенно хочется узнавать, если честно. На сегодня мне уже хватило разговоров о религии, а ведь нужно ещё было как-то подобрать удачный момент и задать вопрос о случае Алины Князевой. Правда, не уверен, что таковой представится после всего случившегося.
Как выяснилось, «кельи» находились довольно глубоко под землёй — поднимались по каменной лестнице мы минут пять точно. А там уже показались белые стены храма, иконы, и обычные храмовые помещения, знакомые мне с детства. Кто не бывал в христианских церквях и храмах с экскурсиями? Кстати, понятия не имею, в чём разница между этими двумя строениями, и есть ли она вообще.
Некоторое время мы шли молча. Периодически на пути попадались монахи и монашки в классических черных рясах, все они с лёгким интересом поглядывали на меня и почтительно кланялись инквизитору.
— Кхм, на самом деле я пришёл в церковь в том числе и для встречи с вами, — неуверенно начал я. — У меня возникло одно затруднение на работе, и я подумал, может, вы сталкивались с чем-то подобным.
— Интересно, о чём же речь? — не поворачиваясь ко мне, спросил инквизитор. — Ничего не обещаю, но попробую помочь.
Я в двух словах описал ситуацию Алины Князевой. То, как она пострадала от взрыва, впала в кому, и как я смог найти её душу в утроенном варианте.
— А что о сложившейся ситуации сказал твой учитель? — поинтересовался отец Павел. — Неужели он не сталкивался ни с чем подобным?
— Джеймс заявил, что медиумам в эти дела лучше не лезть, — признался я.
Священник кивнул.
— Здравая мысль.
— Но я ведь могу помочь, я уверен! Мне не хватает лишь немного знаний…
— Похвальное желание, молодой человек, — похлопал меня по плечу священник. — Но лезть в тонкие материи человеческих душ спустя такой короткий срок обучения слегка опрометчиво. Давайте сделаем так — я сделаю запрос в нашу картотеку о подобных случаях, и свяжу вас с нашим специалистом из церковной клиники. А вы пообещаете мне, что не станете ничего предпринимать без участия этого специалиста.
— Хорошо, — с лёгкостью пообещал я.
И чего Князев так отзывался о представителях церкви? Инквизитор не только пообещал помочь с информацией и специалистом, но и фактически замял происшествие на кладбище. Правда, в счёт штрафа Джеймсу, которого наверняка теперь хватит инфаркт, но это уже мелочи.
Решив самый важный вопрос, я немного расслабился и вспомнил о не слишком комфортном состоянии своего желудка.
— Простите, а есть где-нибудь здесь туалет? — немного смущённо спросил я.
Священник проводил меня до аскетичной, но оснащённой вполне современной сантехникой комнатки. Оказавшись в одиночестве, я вновь ощутил сильный спазм и едва успел добежать до умывальника, наконец, опорожнив желудок. Вот только вместо полупереваренного завтрака, на белую эмалированную раковину упал комок шевелящихся чёрных нитей.
Какого чёрта⁈ Эта штука была у меня в животе⁈
Глава 9
Это что, нити так называемого Ангела Смерти⁈ И я выплюнул их из желудка, как коты отрыгивают собственную шерсть⁈ Но откуда они взялись? Или это последствия впитанной мной энергии жнеца?
Я протянул руку и осторожно коснулся чёрного комка. Он тут же рассыпался на куски, которые начали испаряться прямо у меня на глазах. Пара мгновений, и странная субстанция полностью исчезла.
«Чёрт, надеюсь, больше во мне не осталось этой гадости⁈» — подумал я, прислушиваясь к собственным ощущениям и ощупывая живот. Но вроде бы тошнота и дискомфорт в желудке прошли. Очень странно. Сходить бы на рентген, но не уверен, что он сможет уловить эти штуки. А если уловит, то не запихнут ли меня в какую-нибудь лабораторию, превратив в образец для исследований? Хотя, в этом мире происходит столько всего необычного, что если бы каждого непонятного индивида запирали в лабораториях, то улицы городов могли полностью обезлюдеть.
В целом после избавления от чёрных нитей самочувствие улучшилось настолько, что я ощутил неожиданный прилив сил. Даже головная боль полностью прошла. Хороший знак, но лучше бы проконсультироваться о произошедшем с кем-нибудь из наставников — Джеймсом или Макаровым, вдруг нападение Жнеца грозит какими-то ещё побочными эффектами? Есть ещё инквизитор, но несмотря на проявленную поддержку, доверия он не внушал, и рассказывать о близком контакте с Ангелом Смерти у меня не было никакого желания.
Как следует умывшись, я вышел к священнику и постарался сделать вид, будто ничего не произошло. Хорошо, что он не додумался спросить, всё ли со мной в порядке, ведь в таком случае я не смог бы смолчать.
— Я передал номер твоего телефона своему хорошему знакомому из клиники, он свяжется с тобой сегодня вечером, — продолжил не завершённый разговор отец Павел. — Запрос в архивы я тоже уже отправил, возможно, они смогут что-нибудь найти, но на это потребуется время.
— Спасибо, — искренне поблагодарил я.
А Мисси и Князев почему-то были уверены, что священники не станут мне помогать и делиться информацией. Нет, вполне приятный дядечка, хотя, я отлично понимаю, что он такой приветливый отнюдь не просто так. Значит, моя личность почему-то интересна церкви или лично ему, но главное результат — сейчас инквизитор настроен мне помогать. Как говорится, грех этим не воспользоваться, а уж грешить в церкви я тем более не стану.
Мы вышли во двор, чем-то напоминавший небольшой потревоженный улей. Священники и люди в обычной одежде сновали туда-сюда, носили какие-то коробки, книги, урны.
— Что-то случилось? — с интересом поинтересовался я.
— Случилось? — переспросил священник. — Нет, это обычный день в нашей церкви. Священники готовят и отправляют защитные артефакты, освящённые Библии, готовят к обрядам упокоения урны с прахом.
— Неужели на Золотом погибает столько людей? — удивился я, провожая взглядом целую тележку с урнами.
— На Золотом насчитывается порядка двух тысяч населенных пунктов, имеющих статус города. Барса один из десяти крупнейших и самых безопасных городов, и даже здесь в месяц погибает или исчезает несколько сотен человек, — наставительно проговорил священник. — Естественные смерти, убийства другими людьми, существами, призраками, демонами. И каждого беднягу нужно упокоить по всем правилам, чтобы город не заполонили призраки и полтергейсты.
Странно, мне Барса показалась довольно спокойным и безопасным городом даже несмотря на периодически встречающихся на улицах призраков. Правда, я и бывал-то только в некоторых его частях. Но зато точно мог сказать, что слово «крупнейший», по меркам моего мира, Барсе вряд ли подходило. Максимум размером с Тверь с населением в полмиллиона человек, а значит, остальные города были значительно меньше. В целом это логично, раз уж население земли сильно поредело, но речь сейчас не об этом: если церковь работает так напряжённо, и медиумы тоже не дремлют, то откуда всё-таки столько призраков?