Путешествие будет опасным [Смерть гражданина. Устранители. Путешествие будет опасным]

Он не отставал от моего пикапа, пока мы не проехали маленький городок к западу от Додж-Сити, и потом вдруг исчез. Я продолжил путь, понимая, что перед тем, как отрапортовать коллегам, он просто проверяет, не выкину ли я какой-нибудь фокус. Не мог он позволить себе дать отчет, не убедившись до конца в моем безропотном подчинении, — совесть не дала бы ему заснуть. Прошло долгих пятнадцать минут, пока мимо меня не промчался белый «шевроле», делая не менее восьмидесяти пяти миль в час.
Я не был уверен, что это мой субъект, но оказалось, что он ждал меня у въезда на автостраду. «Шевроле» тут же пристроился мне на хвост, и в таком порядке мы проехали еще с десяток миль, после чего он снова пропал из моего зеркальца заднего вида. Обернувшись, я успел заметить, как он съезжал с автострады к придорожному кафе, мимо которого я только что проехал. Немного подождав, я повернул машину назад, но остановился в стороне от кафе. Остальной путь я проделал, пешком. Судя по освещенным окнам, заведение работало, белый «шевроле» ждал на стоянке среди полдюжины других автомобилей. В машине никого не было. Владелец ее, очевидно, зашел внутрь.
Ждать мне пришлось долго. Выполнив достойно свой долг, мой телохранитель, видимо, решил, что имеет право на чашку кофе и кусок пирога. Без спиртного ему, скорее всего, пришлось обойтись, так как в Канзасе на этот счет тоже есть какие-то ограничения. Но вот он наконец появился, и я зашел ему за спину, когда он замешкался у дверцы машины, шаря в карманах в поисках ключа. Субъект оказался профессионалом и даже не шевельнулся, когда ствол «вудсмена» коснулся его спины.
— Хелм? — после некоторой паузы спросил он.
— Точно.
— Ты — болван. Я только что говорил по телефону с друзьями в Санта-Фе. Любой твой трюк отольется на дочке…
Щелчок предохранителя, вкрадчиво прозвучавший в темноте, оборвал его речь.
Я мягко сказал:
— Не напоминай мне, малыш, о таких вещах. Я и так с трудом себя сдерживаю. Моя машина дальше по дороге. Пошли.
Я держал его под прицелом, пока он вел пикап назад в Додж-Сити. Мы затормозили возле мотеля в девять тридцать утра, хотя казалось, что времени прошло гораздо больше. Мне очень не хотелось делать такой крюк, но это было единственное место, куда я мог доставить моего пленника, не вызывая подозрений, и там был телефон.
— Поднимите сиденье, — скомандовал я, когда мы вышли из машины, — и отыщите там моток проволоки и плоскогубцы.
Он и вправду был малышом, как я увидел, когда включил свет в номере и запер дверь на замок, — маленький, незаметный человечек в потрепанном коричневом костюме. Глаза у него тоже были коричневого цвета и блестели стеклянным блеском, словно дешевые мраморные шарики из известной детской игры. Оружия при нем не оказалось. Я поднял трубку и заказал междугородный разговор. Мак ответил на первом же звонке — как будто ждал, что я позвоню.
Я сказал: 
— Говорит Эрик. «Парадиз-кафе» в десяти милях к западу от Цимаррона, Канзас. Междугородный разговор в Санта-Фе, Нью-Мексико. Около девяти часов утра. Какой номер в Санта-Фе? Когда установите, организуйте наблюдение за этим местом и позвоните мне.
Сообщив номер своего телефона, я повесил трубку. Маленький человечек не отрывал от меня своих ничего не выражающих коричневых глаз.
Я сказал:
— Вам бы лучше помолиться за то, чтобы им удалось проследить тот вызов. В противном случае — очередь за вами.
Он пренебрежительно рассмеялся.
— Думаете, я скажу вам, мистер?
Я достал из кармана золинген и стал чистить ногти длинным лезвием. Нужды в этом не было, но прием, если верить ТВ, безотказен, хотя нельзя сказать, чтобы очень оригинален.
— Думаю, что скажете, — возразил я, не поднимая глаз.
Он перестал смеяться. Мы молча ждали. Я взял журнал, лег на кровать и стал его просматривать. Не могу сказать, что я так уж улавливал содержание. Казалось, телефон никогда не зазвонит. Звонок. Я взял трубку.
— Эрик слушает.
Голос Мака:
— Отель «Де Кастро», Санта-Фе. Мистер Фред Лоринг. Он же — Фрэнк Лорис. Описание внешности соответствует.
 
— Мистер Лоринг в отеле один? Или с ним жена и маленький ребенок?
Мак ответил не сразу:
— Такая, значит, игра?
— Такая, — подтвердил я.
— И каково твое решение?
— Я же позвонил вам, так?
— Как с моим предложением, договорились?
— Да, — сказал я. У меня не было выбора, я не мог обойтись без его помощи. — Да, договорились.
— Ты не забыл, что мне нужно? Ты пойдешь на контакт с ней?
— Не давите на меня, — сказал я, — Я ничего не забыл и согласен на контакт. Лорис там один?
— Да, — ответил Мак, — один.
Я глубоко вздохнул. Что ж, я и не надеялся, что дело окажется легким.
— Вы установили за ним слежку? — спросил я, — Я хочу иметь возможность наложить на него лапу в любой момент дня и ночи. Как только туда доберусь.
— За ним следят, — подтвердил Мак. — И он твой. Но помни, что меня интересует не Лорис.
Игнорируя его замечание, я продолжал:
— Вам бы следовало послать сюда кого-нибудь с внушительного вида полицейской бляхой, чтобы произвести должное впечатление на менеджера мотеля. Если он сейчас подслушивает на коммутаторе, то может занервничать. И еще: белый «шевроле» у входа в мотель. Если хотите избежать лишних вопросов, уберите его куда-нибудь. И последнее. Водитель «шевроле». Он тут со мной. Пришлите мне помощника, который сумеет убедить его, что от телефона лучше держаться подальше. Он уже сообщил им, что я в пути, и лучше бы ему не сбивать с толку своих коллег противоречивыми телефонными звонками.
Мак сказал:
— К счастью, мы за тобой следили. На расстоянии. После того как обнаружили, что тобой кто-то интересуется. Наш агент сейчас находится в Додж-Сити и может быть у тебя через десять минут.
— Да, вот еще, — вспомнил я, — Мне нужна быстрая машина. У вас нет случайно поблизости «ягуара» или «корветта»?
Мак рассмеялся.
— Боюсь, что нет. Но тот человек подъедет к тебе на довольно быстроходном маленьком «плимуте». Мне говорили, что на нем можно выжать до ста тридцати миль в час. Не так уж плохо.
Я простонал.
— Это чудо с крылышками-стабилизаторами? Что ж, ладно, раз нет ничего получше.
Мак сказал:
— Будь осторожен в пути. Эрик…
— Да? .
— Мы не ожидали, что у них хватит наглости вернуться в Санта-Фе, и искали Тину и ее друзей в других местах. Лорис не говорил, что им от тебя нужно?
— Я не беседовал с ним лично. Разговаривала жена. Но он как будто только сообщил, что ребенок у них и для меня есть работа.
— Понимаю, — Мак заколебался. Может быть, ему хотелось сказать, как он мне доверяет и ждет, что я сделаю все, как надо. И как он будет опечален, если я его подведу. Но он только деловито добавил: — Отлично. Когда приедешь в Санта-Фе, позвони по следующему номеру.
Записав номер, я повесил трубку и посмотрел на человечка в углу. Он вызывающе бросил:
— Я вот и настолечко не волнуюсь, мистер. Лорис справится с тобой одним пальцем.
— Лорис? — переспросил я. Затем не очень доброжелательно усмехнулся и, уже думая о другом, рассеянно добавил: — Зачем вспоминать ходячих мертвецов?
Маленький человечек хотел что-то сказать, но, взглянув на меня, передумал. Вскоре раздался стук в дверь. Я вытащил пистолет, подошел к двери и открыл ее с обычными в нашем деле предосторожностями. В них не было необходимости: на пороге стоял молодой человек, которого я видел за рулем «плимута», в черной шляпе и при бакенбардах. Теперь он сменил маскировку и выглядел выпускником колледжа, что было явным шагом вперед по сравнению с предыдущим его обликом. Впрочем, в этом смысле любое изменение могло быть только шагом вперед.
— Поосторожнее с моей колымагой, — сказал он. — Выглядит она неважно, но быстра, как огонь.
Я мотнул головой в сторону связанного пленника.
— Проследите, чтобы он не добрался до телефона. Вот вам ключи от моего пикапа. И полегче с педалью скорости. У него под капотом не гоночный мотор, так что не насилуйте машину.