Вопреки (СИ)

— Твои враги залечивают раны. Их лекари покупают зелья в одной лавке со мной. Я целительница.
Женщина опустила глаза и добавила:
— Для меня честь служить Знародной.
— Меня ищут.
— Ищут. Но здесь ты будешь в безопасности.
К вечеру того же дня, Мара привела молодой черноволосого старьевщика с пушистыми, как у девушки, ресницами и красивыми глазами.
— Абсолютно невозможно, — отказался он, категорично подняв руку. — То, что вы просите, никто не делал. И плачевно окончиться.
— У нас нет выхода, — настояла Мара и, посмотрев на Марину, кивнула. Девушка, приспустила перед упертым взглядом парня рукав с плеча и обнажила правый бицепс.
Глаза молодого старьевщика округлились, и он прошептал:
— Измерское отродье!
Покраснел от стыда, виновато посмотрел на Мару, потом снова на Марину, которая опять надела халат, и низко поклонился.
— Прости, Знародная. Я рад служить, но просьбу выполнить не могу. К тому же вы слишком слабы. Никто не знает, как поведет себя живое под заклинанием. Были случаи смерти.
Марина посмотрела на парня, затем на Мару. После первой встречи с целительницей, утром, когда Мара пришла перевязывать и обрабатывать рану, рассказала все, что с нею случилась. Целительница слушала и не верила ушам.
— Бедное дитя, — повторяла она несколько раз, пока та повествовала о том, что помнила и о чем догадывалась. Мара принесла не только лекарства, но и листок бумаги, который протянула ей после того, как выслушала.
— Очень быстро, — произнесла Марина, рассматривая собственное изображение в черно-белом цвете. — Десять тысяч золотых это много.
Мара кивнула, принявшись за лечение.
— Можно купить большой загородный дом с десятком прислуги или открыть лавку.
— Скажи, а осуществить переход между мирами может каждый маг?
— Не-ет, — Мара сняла повязку. — Такое под силу лишь единицам и ангелам. Иначе б все шастали туда-сюда.
— Как же мне выбраться из города, — Марина совсем расстроилась.
— Пока никак. Нужно спрятать тебя. А когда все успокоится, принц убедится, что тебя здесь нет, тогда и покинешь Бултам.
И вот они смотрели на старьевщика. Этот единственный шанс. А иначе ей просто конец.
— Если не можешь выполнить просьбу, выполни приказ, — произнесла решительно Марина. — За вознаграждение.
Старьевщик побледнел, но все же кивнул.
— Я наложу заклинание неприкосновенности на всю комнату, не на вас. Никто не узнает, что вы тут есть, или что она есть. Все будут видеть стену. Но учтите, с меня никакого спроса. Во всем вы будете виноваты сами. А перед этим подпишите бумагу.
Марина вздохнула, кивнув. В городе с обеда начались массовые обыски домов.
— На два дня. Затем Богун пошлет за тобою, и вы снимите его. И если все будет хорошо, продолжим.
Через пятнадцать минут, когда формальности были улажены, Богун принес большую корзину съестного и два отхожих ведра. Мужчины вышли из комнаты. Старьевщик наложил заклинание.
Как только в комнате стало темно, она зажгла несколько лампадок и достала рукоделие.
— Вроде живы, — прошептала она. — И что он так долго разгорался.
Марина легла на кровать. В корзине с едой оказалось несколько книг в кожаном и тканевом переплете. Спать не хотелось. Она взяла одну из книг, начав рассматривать картинки, и обнаружила, что, несмотря на то, что понимает речь, читать не может.
— Почему ты мне помогаешь, — спросила она Мару.
Та отложила рукоделие, принялась доставать припасы.
— Скажи, как много ты знаешь об Овинге?
Та выдохнула.
— Есть народы Леса и Огня, маги и король Аравилата. Измеры, моры. Что родители правили здесь до войны.
Мара пересела к Марине на кровать, открыв книгу с репродукцией ромбовидного материка, но затем взяла девушку за руку.
— Народ огня владеет кровью.
Повела пальцами от внутренней стороны локтя к запястью. Там, где она остановилась, на коже становилось тепло.
— Мы хорошо лечим органы, связанные с кровью, и конечности. Народ смерти, и моры — нервы и позвоночник. Народ леса — дыхание и легкие, иногда другие органы. Но не все становятся магами и знахарями.
 
Мара встала.
— Был пятый народ. Воды. Ведь Протейма очень большая. Они исчезли много лет назад.
— Ты имеешь в виду русалки, эти…
— Драконы, да. Но не главное это, главное, что ты должна знать, что все мы люди. И когда человек понимает, в чем его назначение, — она сделала паузу, пристально посмотрев на Марину, — например, стать магом, он не выбирает стихию. Она выбирает его.
Мара снова принялась доставать съестное.
— А как человек понимает, что он маг?
Целительницу поперхнулась, закашлялась.
— Хранитель огня, ты не знаешь, маг ты или нет?! Прошла инициацию, и не знаешь? Ты же сталкивалась с открытыми источниками магии?
Марина пожала плечами.
— Типааа, касание энергии магии или Копья смерти?
Целительница закачала головой, вытаращив глаза, и прикусила нижнюю губу.
— Да, что-то типа.
— Мне показывали в защитном круге меча. Огненные шары, — Марина сощурилась, не горя желанием признаваться. — И я, случайно коснулась края круга в тот момент, когда шар врезался в защитный слой. А до этого одна бабушка у древлян учила меня понимать языки.
Мара энергично закивала, глядя на нее, как на несмышленого ребенка.
— И никто тебе не объяснил, что это было?
— Магия?
— С бабушкой была магия. А вот прикосновение это инициация. Только человек, именуемый магом, способен за счет своей жизни рождать, гасить и вообще переносить силы природы. Видела вьюнок?
Марина непонимающе уставилась на целительницу. Та откинула одеяло, открыла ее ступни. На правой ноге с внешней стороны, у щиколотки, едва виднелась татуировка — крошечный зеленый листочек. Хозяйка удивленно уставилась на него, рассматривая.
— Это что хобби такое? Рисовать татушки без спроса.
— Так помечают учеников, магов леса. Когда обучение заканчивается, она исчезает.
Они замолчали, каждая обдумывала услышанное.
— Я могу тебя обучить, — предложила она — Как поправишься. Магии огня.
— Это будет экспресс-курс, — мрачно пробурчала Марина, понимая, что нет у нее времени на обучение. И вообще, не было уверенности в чем либо.
— Экспресс что?
— Быстрое обучение, — пояснила та, расстраиваясь мыслям о не возращении.
— Быстро только огонь горит, — целительница улыбнулась, вставая. — Давай посмотрим, насколько ты близка к огню, — предупредила она, рождая круговыми движениями огонек между ладоней.
— Иллюзия?
— Хочу посмотреть, как будет реагировать твоя магия жизни. Выстави ладонь вон так.
Она повернула к девушке одну ладонь вертикально, внутренней стороной к себе, второй удерживая огонек. Марина подняла свою руку.
— Не бойся. Не для того лечила, — пошутила Мара и отправила искорку в плаванье. Огонек не жег. Он, как и любая иллюзия, ровно прошел насквозь и исчез.
Мара недовольно поджала губы.
— Будущий маг огня, коснувшись, оттолкнул бы даже фантомный огонь.
— Может быть, я не маг огня.
— Но ты должна им быть. Даже если эта магия не твоя родная. Ведь ты оттолкнула шар.
— А кто такие измеры и ангелы?
— Никто не знает. Пришлые они. Явились несколько тысячелетний назад. Говорят, имели одних предков, но затем разделились. Они не вмешиваются в наши дела.
— Зачем они тогда напали?
— Лучше с ними не иметь дел.
Марина встав, подошла к сундуку у стены, в который Мара сложила ее баулы.
Утром, пока та ходила за старьевщиком, Марина осмотрела вещи, которые привезла на лошади. Кроме одежды, кольца и денег, имелась целая куча склянок. Достав небольшой сундук, она протянула его.
Мара ахнула.
— Да тут целый арсенал против нежити, — сообщила растерянно она, рассматривая и нюхая их. — Откуда это?
— Было на лошади Лорда Смерти
— Очень странно.
— Может он не человек.