По-прежнему люблю
— Он в детском центре. Ходит туда два дня в неделю.
Легкое раздражение в ее тоне заставило Мартина посмотреть на нее более внимательно.
— Ну и как, ему там нравится?
— Он совсем недавно начал ходить туда, осторожно ответила она. — До этого ему почти не приходилось общаться с другими детьми… — Заметив, что Мартин все еще держит ее за руку, она осторожно высвободила ее и откинула с лица темные пряди волос. — Воспитательница уверяет, что ему там хорошо.
Мартин вместо ответа лишь усмехнулся.
— Ты не ответила на мой предыдущий вопрос, — сказал он после небольшой паузы. — Кто, в твоем представлении, целовал тебя? Или ты имеешь обыкновение отвечать любому, кому вздумается войти в твой сад через заднюю калитку?
Синди почувствовала, как жаркий румянец заливает ее щеки.
— Я догадалась, что это ты, Мартин, — призналась она, решив быть откровенной с ним… во всяком случае, относительно своих чувств.
— Значит, ты не успела еще никого подцепить за время моего отсутствия? — В его голосе сквозил цинизм.
— Не успела, — почти огрызнулась Синди. Как он смеет?! За кого он ее принимает? Хотя… у него есть на это все основания. Ведь когда-то она бросилась прямо из его объятий на шею Теодору. — Когда мне знакомиться? — холодно спросила она. — Не забывай, что у меня ребенок, дом и работа. Все свободное время, — а его выдается совсем немного, — я провожу с Эдвином.
Брови Мартина скептически поползли вверх, и Синди, словно защищаясь, резко добавила:
— Я только что закончила выпечку, ужасно устала и решила отдохнуть десять минут прежде, чем браться за что-то другое… Я и не заметила, как уснула.
— Гмм, — задумчиво произнес Мартин, касаясь указательным пальцем ее подбородка. — У тебя и в самом деле несколько утомленный вид. Ты похудела и осунулась. И эти темные круги под глазами. Ты слишком перегружаешь себя. Не удивительно, что ты уснула.
Синди едва устояла перед охватившим ее желанием прижаться щекой к его теплой руке.
— У меня было много дел, — сказала она, все еще немного обиженно. — Тебе придется извинить меня за беспорядок в доме.
Она вспомнила, что перемыла миски и формы для тортов, но не успела убрать их на место. Что касается остального, то Синди ни к чему сегодня даже не притрагивалась. Она собиралась заняться уборкой, глаженьем и подготовкой материала для газеты вечером.
— Черт возьми, Синди, Теодор, кажется, оставил тебе кое-какие средства. Могла бы и нанять кого-нибудь для помощи по хозяйству.
— Я собиралась сделать это… После того, как мы немного обживемся здесь. Я буду приглашать кого-нибудь для уборки раз или два в неделю, чтобы проводить больше времени с Эдвином. Даже если мне придется заниматься выпечкой по ночам.
— Ну что, жизнь не так весела, как тебе хотелось? — негромко спросил Мартин.
— Неужели ты не понимаешь? Переезд, работа, Эдвин…
Синди вдруг резко оборвала себя на полуслове. Она вовсе не собиралась рассказывать Мартину о проблемах с сыном. Он решит, что она не в состоянии сама справиться с ребенком.
— А что с Эдвином? — спросил Мартин. — Ночные кошмары? Они все еще преследуют его?
— Нет, — покачала она головой. — Но у него сейчас трудный период. Он часто… дает выход отрицательным эмоциям. Это не удивительно после всего, что он пережил. — Она пожала плечами, стараясь не показать, насколько серьезно взволнована этим. — Как только все немного устроится и я смогу проводить с ним больше времени, он…
— Я вообще не понимаю, зачем ты уехала так далеко от Дороти и Квентина! — нетерпеливо перебил ее Мартин. — Они бы помогли тебе. И Салли тоже.
Под его осуждающим взглядом Синди опустила глаза.
— Я должна была доказать себе, что могу справиться с ребенком сама, — отрезала она. — Ты как никто другой должен понимать, что значит быть независимым! — Она сжала кулаки. — Если ты думаешь, что Эдвин совсем заброшен, то ошибаешься! Я почти все время дома, рядом с ним. И у меня замечательная соседка, пожилая женщина, которая очень привязалась к мальчику. Она с удовольствием остается с ним вечером раз в неделю, когда мне нужно делать материал для газеты.
— Хорошо, хорошо, успокойся! — перебил ее Мартин, на сей раз более мягко. — Я только сказал, что ты выглядишь немного усталой. — Он бросил взгляд на часы. — Во сколько, ты сказала, надо забирать Эдвина?
— О черт! — рванулась Синди. — Я должна бежать. Хочешь поехать со мной? — импульсивно предложила она.
Неожиданно широкая улыбка осветила загорелое лицо Мартина.
— Моя машина стоит на улице перед домом, — сказал он. — Можем поехать на ней.
— Ты уже успел купить машину? — бросила через плечо Синди, устремляясь в дом за ключами и сумочкой.
— Я взял ее напрокат, — пояснил Мартин, входя следом за ней. — Я прилетел только сегодня утром. А ты что подумала?
Только сегодня утром… У Синди сразу стало легче на душе. Закрывая на ключ входную дверь, она сказала:
— Лучше поедем на моей машине. Там есть специальное сиденье для Эдвина. Я сама сяду за руль, — поспешила добавить она, прежде чем он смог предложить свои услуги.
Она вывела из гаража свой просторный седан, приспособленный для того, чтобы развозить выпечку в кондитерские.
— Значит, ты еще не виделся со своими дядей и тетей? — поинтересовалась она.
Интересно, где он собирается остановиться? У Синди перехватило дыхание.
— Нет, но я позвонил им. Они приглашают на обед в субботу… всех нас… втроем. Если у тебя нет других планов, конечно. — Мартин искоса посмотрел на нее. — Они сказали, что ты ни разу не была в Джейсон-Крике после переезда. — В ответ на ее молчание Мартин бросил в ее сторону еще один резкий взгляд. — Неужели воспоминания настолько тяжелы для тебя, что ты не в состоянии пересилить себя и навестить Дороти и Квентина?
Синди невольно сжалась. Наверное, в словах Мартина была доля правды. Она бессознательно старалась держаться подальше от Джейсон-Крика, пока боль не утихнет, особенно у Эдвина. Неизвестно, как такая поездка могла повлиять на мальчика. Что, если у него возобновятся ночные кошмары?
Но сейчас не время обсуждать это с Мартином. Возможно, он просто хочет что-то выведать у нее.
— Я слишком занята, — сдержанно ответила она, — и слишком устаю. — Но сейчас, когда Мартин здесь… Почему бы не съездить в Джейсон-Крик на уик-энд? Можно ведь объехать их старый дом стороной… Она приняла решение. — Впрочем, у меня нет никаких планов на субботу. Это единственный день недели, когда мне не надо заниматься выпечкой. Если Эдвин захочет поехать, я согласна. При условии, что мы не слишком поздно вернемся домой.
— Дороти сказала, что мы сможем остаться на ночь, если захотим, — сообщил Мартин, когда Синди остановила машину у детского центра. — Они понимают, что для тебя это долгий путь. Час туда и час обратно.
В его тоне звучал холодок, словно он сравнивал эту поездку с теми расстояниями, которые приходилось преодолевать ему. Час езды на машине для Мартина, разумеется, был сущим пустяком.
— Посмотрим, — неопределенно ответила Синди, открывая дверцу машины.
На огороженной разноцветным штакетником игровой площадке никого не было видно.
— Наверное, они внутри, собирают свои вещи, — сказала Синди. — Хочешь пойти со мной?
— Иди одна. Я подожду вас здесь. — Он махнул рукой. — Возможно, его нужно подготовить…
— Хорошо. Мы скоро придем.
Эдвин сразу же подбежал к ней. Каждый раз, забирая его, Синди замечала, что он напряженно ожидает этого момента. Словно боится, что она не придет за ним.
— У меня для тебя сюрприз, — улыбнулась Синди, обнимая сына. — Кое-кто ждет тебя у ворот. Вы не виделись с тех пор, как мы переехали в новый дом.
Малыш неожиданно сжался, а в его темных глазах промелькнул страх. Синди молча обругала себя за глупость. Видимо, призрак Теодора все еще преследует Эдвина!
— Твой дядя Мартин вернулся, — поспешила успокоить она ребенка.
Лицо мальчика просветлело.
— А он приехал сюда на том слоне, на котором фотографировался?