Следом за подругой... 1 (СИ)

Успешно добравшись до нужного адреса, я вышла у небольшого здания, где весела табличка с названием агентства. Видимо дела идут неплохо, раз у их конторы целое здание в распоряжении.
На ресепшене меня встретила улыбчивая блондинка, и сразу проводила в кабинет детектива, несмотря на то, что до назначенного времени оставалось еще минут пятнадцать.
В кабинете, куда я вошла, за столом сидел представительный серьезный мужчина. На вид лет сорока пяти. Широк в плечах и суров лицом. Но внешность его не была отталкивающей, а скорее притягивала. Цепкие карие глаза, волевой подбородок, густые широкие брови.
Как только я вошла в кабинет, он тут же поднялся из-за стола. Ростом он был очень высок, метра два, не меньше, и с военной выправкой. Мужчина подошел ко мне и, протянув руку сказал:
— Давид Игнатьевич, частный детектив, — представился он.
— Василиса Григорьевна, — пожала я руку.
— Прошу, присаживайтесь, — он указал рукой на стул, и, обойдя стол сел на свое место, — а теперь рассказывайте, что у вас произошло?
— У меня пропала подруга, — выпалила я, и сразу же пожалела, наверное, надо было как-то по-другому начать.
— Сколько времени прошло? — спросил он, и, открыв папку, стал делать в ней какие-то пометки.
— Последний раз ее видели позавчера вечером, — сказала я, и, предвидя ответ, сразу же добавила, — на нее это не похоже, понимаете? Она всегда на связи, работу не пропускает.
— Я вам верю, — поднял он глаза, — вы успокойтесь, и давайте по порядку.
Я кивнула, и рассказал ему все что знаю. Он спросил данные Лии, номер телефона, адрес проживания, работы, и родителей. Так же спросил мои данные для связи.
— Вы взяли с собой фотографию Лии? — спросил он, а я чуть по лбу себя не треснула.
— Не взяла, — сникла я.
— Может у вас на телефоне есть? — спросил он.
— Есть, — кивнула я.
— Тогда нет никаких проблем, — улыбнулся он, — сейчас распечатаем.
Мы быстро с ним распечатали фото Лии, и он отправил меня в кассу, вносить первые денежные средства на расходы. Все оплатив, я вернулась к нему с договором и чеком на руках.
— Отлично, Василиса Григорьевна, — улыбнулся он мне, — сегодня же я проеду на адрес проживания Лии, и поспрашиваю соседей. Может кто что видел или слышал. После этого сразу вам позвоню с отчетом.
— Спасибо вам, — на мои глаза навернулись слезы. Наконец-то поиском займется человек, который хоть что-то в этом понимает.
— Ну что вы, — сказал он, — это моя работа, за которую вы платите. Да и рано говорить спасибо, еще ничего не сделано.
Я кивнула и поднялась, говорить больше было не о чем.
— До вечернего отчета, — протянул он мне руку.
— До свидания, — пожала ее в ответ, и отправилась домой.
* * *
Зайдя домой, наткнулась в коридоре на ботинки Марка, и женские сапоги в прихожей. Странно, Марк никогда не приводил гостей. Разувшись и раздевшись, прошла на кухню, полагая, что они там, но кухня оказалась пуста. Внутри все переворачивалось от догадки, которая пришла в голову, всеми силами стараясь ее игнорировать, прошла в гостиную, но и там оказалось пусто, а вот из спальни доносились характерные звуки.
Внутри все сжималось от боли от предательства. Я не хотела этого видеть, но мои ноги упорно вели меня в нашу спальню.
Замерла возле двери, взявшись за ручку. Руки тряслись, а ноги подгибались. Никогда не могла подумать, что со мной это произойдет. Как в анекдоте, пришла жена домой раньше с работы. От комичности, и стандартности ситуации стало совсем паршиво на душе, и я распахнула дверь.
Марк с остервенением вколачивался сзади в ту девушку, что была вчера с ним в ресторане. Она стонала и извивалась под ним, а он рычал и бил ее по заднице. Они даже не заметили моего присутствия, настолько были увлечены процессом. А я тихо стояла, роняла слезы, и понимала, что внутри меня все выгорает и ломается. Сейчас, когда я была наиболее уязвима, этот нож в спину достал до моей души, и просто выжег ее, оставив на ее месте лишь пепел.
Девушка в процессе подняла голову, и, увидев меня, победно улыбнулась и продолжила с большей страстью стонать и извиваться под Марком, смотря мне в глаза. Видимо она давно метила на мое место. Но сейчас это не имело никакого значения. Я развернулась и пошла в сторону кладовки, где-то там была моя сумка. Не могу тут больше находиться, надо срочно уйти. Меня душит это место, этот запах, и присутствие предателя поблизости.
 
Найдя сумку, я вернулась в спальню, где еще происходило действо. Марк так ничего и не заметил, что еще глубже вогнало нож в мое сердце. Я, не скрываясь, прошла к шкафу, и открыла его. Видимо шум, или постороннее движение привлекли все же внимание моей ошибки, потому что шлепки прекратились, и я услышала разочарованное мычание этой шлюхи.
— Вася? — услышала я его хриплый, удивленный голос, — ты же должна быть на работе.
Я ничего не ответила, лишь кидала свои вещи в сумку, стараясь сдержать крик боли, что раздирала мою душу.
— Милый, не обращай на нее внимания, — мурлыкала эта бессовестная, — продолжай, нам ведь было так хорошо.
— Уходи, — услышала я его холодное и злое.
— Что? — переспросила его девушка.
— Я тебя не в уши ебал, — взревел он, — ты все прекрасно расслышала.
— Но… — постаралась она что-то ему сказать.
— Пошла вон, — заорал он так, что даже я на секунду замерла, а потом, опомнившись, стала лишь быстрее собирать вещи.
Услышав шуршание, я поняла, что она собирает вещи, а потом послышались торопливые шаги в сторону выхода. Через несколько секунд хлопнула дверь. И я еще раз убедилась в бессовестности этой девушки. Абсолютно обнаженная ушла в подъезд. Интересно, они уже рождаются такими отбитыми?
— Вася, давай поговорим? — сказал Марк.
Я не отвечала ему. Какой смысл мне общаться с этим предателем? Правильно, его нет. Я лишь потеряю к себе те остатки уважения, что еще остались во мне. Поэтому проигнорировав его слова, продолжила складывать вещи. Блин, в одну сумку все не вместится. Слишком сильно обжилась тут. Поэтому сейчас соберу вещи первой необходимости, и наконец-то уберусь из этого места. Называть теперь эту квартиру домом, язык не поворачивался.
— Ты меня слышишь? — начал он злиться, — я прошу, давай поговорим.
— Мне не о чем с тобой разговаривать, — ответила я ему.
— То есть, ты мне даже истерику не устроишь? — я услышала в его голосе ухмылку, и тут с меня действительно слетели все те очки, которые я сама старательно на себя нацепила. Какая же я дура! Глупая, наивная дура!
— Для чего истерика? — развернулась я к нему, и взглянула в глаза. Там не было и капли раскаяния. Был только страх потерять такую удобную рабыню.
— Я только что трахал на твоих глаза другую, — спокойно сказал он, — и ты мне даже по роже не дашь?
А мне в этот момент действительно захотелось ему врезать. Да так сильно, что бы мозги вылетели из ушей. Представив эту картину, внутри меня что-то кровожадно улыбнулось. Я встряхнула головой. Не хватало еще смертоубийства этого мудака. Пусть живет, и портит себе жизнь, но подальше от меня.
— Ты сам выбрал такой путь, — сказала я, отвернувшись и продолжив собирать вещи, — не вижу смысла наказывать тебя за это. Твоя гнилая сущность, сама тебя накажет, — держать лицо и холодность было необычайно тяжело. Внутри меня рушился целый мир, и я физически ощущала, как осколки этого мира больно ранят тело изнутри.
— Гнилая? — закричал он, — а ты не гнилая? Ты так спокойно реагируешь на это, что у меня сейчас четкое убеждение, в том, что ты меня не любишь. Меркантильная сука! Только ради денег со мной была.
— Это переходит уже все рамки нормальности, — не выдержала я, — ты предал меня. Всадил нож по самую рукоятку, и продолжаешь его крутить внутри. Чертов садист! Позволь тебе напомнить, что я работаю, и зарабатываю немногим меньше твоего. Так что ты ошибся. Меркантильная сука, пять минут назад вышла из этой квартиры. Советую тебе ее вернуть. Вы прекрасно смотритесь.