Кто тут хозяйка? (СИ)

– Марьяна, кажется, я вижу, что тебе нужно.
Длинный палец взлетел в воздух, указывая на дальнюю стену зала. У вампира явно было зрение поострей моего, потому что мне отсюда буковки на тех грамотах были все равно что бисерная вышивка. 
И все же он был прав. Это было то, что нужно. Хотя бы потому, что на этой грамоте была выведена моя фамилия. 
Грамота была выдана ведьме Матильде за редкий целительский дар. В качестве засвидетельствованного у ответственных королевских бухгалтеров награждения шел титул “леди”, титулярная фамилия “ди Бухе”, и дом, являвшийся собственностью короны, названный “Домом на распутье Сопряжения”. 
– Знаешь, кажется, ей предлагали место королевской целительницы, но она отказалась, – задумчиво заметил Джулиан, пока я старательно вчитывалась в мудреные дополнения по полученной награде, – иначе зачем нужны награде дополнительные условия, да еще такие.
И в общем-то он был прав.
“Дом на распутье Сопряжения” был подарен Матильде не просто так. А с требованием использовать его непосредственно по назначению, то есть как место, в котором будут себя комфортно чувствовать странники из других миров. По сути, эта грамота даже не грамотой была, а скорее чем-то вроде контракта. В котором владельцем титула и дома могла быть только ведьма, способная открывать чудо-двери, поддерживать дом-гостиницу в рабочем состоянии. В случае если ведьма не желала заниматься гостиничным делом – и титул, и дом уходили… любой ближайшей родственнице.
– Это лишено всякого смысла, – встряхнула головой я, – то есть если ведьма-портальщица вовремя не откроет гостиницу, дом и титул уйдут… кому угодно? Можно даже без дара?
– Нет, не кому угодно, – критично заметил Джулиан, – родственнику. Видишь ли, если в семье рождались портальщики – есть большой шанс, что они родятся снова. Они нечасто рождаются, через поколение чаще всего, и один-два на семью, но все-таки, портальный дар не берется из ниоткуда. Всегда есть кто-то, кто до тебя владел этим даром. И это нормально, когда магическое наследство консервируется и ждет, пока нужный потомок раскроет свой дар и воспользуется им для пользы короны. Слушай, а…
– Погоди, я считаю. 
В грамоте был даже указан срок, дающийся ведьме-портальщице на принятие решения насчет судьбы дома. Сорок пять дней с момента первого перехода. И что можно считать первым моим переходом? Мое путешествие из родного мира в Велор? Да, это вполне логично.
И весь затык в том, что я не просто должна  была “принять решение”. Нужно было именно “открыть гостиницу”. Подготовить дом, получить разрешение на деятельность, открыть одну дверь, заселить к себе хоть одного постояльца. 
– Черт. Черт! Черт!
– Да в чем дело, – Джулиан все-таки поймал меня за руку и крепко стиснул пальцы, – почему ты ругаешься?
– Потому что Софик об этом знает, – тихо ответила, – она на это и рассчитывала, устроив весь этот бред с судом. Она оттянула у меня две недели, за которые мы могли бы разгрести дом. И теперь, получается, что у меня осталось дней пять на открытие. А… Масштабы происходящей у меня дома помойки ты помнишь?
– Да. И что конкретно тебя злит?
– То, что я не успеваю, очевидно? – отозвалась ядовито. – Нам бы за это время хотя бы холл разгрести, а там еще куча комнат, чуланы, спальни, ванные, второй этаж наконец. И мой дом…
Горло свело от острой несправедливости.
Мой домик. Мой любимый, драгоценный, умный домик, который без меня совсем загнется.
И он достанется Софик, просто потому, что она оказалась подлее?
То-то я удивилась, что она не очень-то выглядела расстроенной, когда проиграла в суде. Конечно же!
– Ты не одна, помнишь? – Джулиан развернул меня к себе, видимо, очень хотел полюбоваться на мою кислую физиономию. – У тебя есть я. 
– Знаешь, две головы, конечно, лучше, чем одна, и две пары рук тоже, но… В моем случае это не очень принципиально.
– А дополнительные тридцать шесть пар рук тебе тоже не очень принципиальны? – Джулиан прищурился, глядя на меня с насмешкой. – Ну или даже больше, если они в твой дом влезут.
 
– А? – зависла, пытаясь понять, о чем он.
– Я – глава клана, Марьяна, – с непередаваемыми нотками превосходства протянул Джулиан, – а клан – это так-то очень большая семья. Семья из многих семей.
– И они будут мне помогать? – спросила удивленно.
– А куда они денутся? – Джулиан осклабился. – Глава клана я или кто?
23. О том, что коллектив – великая сила
– Итак, давайте сразу же распределим задачи. Марта!
Вампирша, которую я нахожу неожиданно пухленькой, но все равно ужасно приятной – делает шаг вперед.
– Ты и члены твоей группы обладаете наиболее мощным магическим чутьем. Вы отбираете все старые артефакты, сохранившие магический потенциал и относите их к гнолльей двери. Так как Марьяне будет очень затратно поддерживать связь с их миром на протяжении всего дня – мы откроем её за сегодня всего три раза.
Да, этот инструктаж провожу не я. Я с ужасно невинным видом обретаюсь позади командующего этим парадом Джулиана и начесываю шейку моей шинолле. Нервничаю. Такое количество вампиров на моей земле…
Я, конечно, знаю, что они уже в курсе, что я тут целая “жена главы клана”, но мало ли…
Все равно и неловко, и не очень комфортно. И домик тревожился. Собственно именно поэтому распоряжаться вампирьей армией чистоты я поручила Джулиану. Потому что домик нервничал, и мне приходилось стоять у стеночки, упираясь в неё спиной, и всеми своими мыслями транслировать: “Все хорошо. Это наши друзья. Даже больше того – родственники. И они пришли нам помочь. Смотри, какая толпа!”
– Нам и вдвоем хорошо было, – ворчал и скрипел домик, транслируя мне почти детскую ревность. 
– Знаю, милый, знаю, – вздыхала я, – ну вот они нам помогут, и мы их почти всех выгоним. Только гости все равно будут к нам приходить. Ты ведь для этого создан.
– А вдруг я им не понравлюсь? – пугался домик, чуть не съеживаясь – причем натурально, я заметила, как чуть сжался в пространстве холл.
– Ты? Моя прелесть? Да как ты можешь не понравиться? – возмутилась ужасно. – Ты и так прекрасен, а уж когда тебя отмоем – станешь подлинным совершенством.
А Джулиан тем временем продолжал. 
– Фрейя.
Светловолосая костистая вампирша, с очень придирчивым взглядом поднимает голову. Её, в отличие от всех остальных, не отрядили в группу, она осталась особняком.
– Ты знаешь толк в антиквариате. Ты занимаешься тем, чтобы наша группа поджигателей, – Джулиан кивает в сторону Атласа и еще пяти парней, которым поручено сжигать все, что горит, – не уничтожила чего-то действительно ценное. К тебе все будут приходить, если найдут что-то похожее на драгоценности.
– А они тут есть? – подает голос какой-то вдохновенный юнец, которому на мой придирчивый взгляд и шестнадцати лет нет.
– Периодически встречаются, – кивнул Джулиан, – главное их не упускать,  Протей.
Глаза парнишки загорелись таким огнем, что стало ясно – не успокоится, пока чего-нибудь не разыщет.
На зов Джулиана откликнулось неожиданно много народу. Целых три команды аж по десять-пятнадцать смельчаков уже отправились на сгребание всего и вся, что однозначно могло быть сочтено только за хлам. Шебуршились в разных концах дома, ведя раскопки сразу во всех направлениях.
Пыль подняли такую – всем дышащим в срочном порядке пришлось искать, чем закрыть рты и носы. Все мое зверье я снова свалила на Триша и Мырха, отправив их в домик садовника.
Гвалт… Его неожиданно не было. Вампиры умудрялись действовать как единый слаженный механизм. Не кричали, не шумели, даже перешептывались мысленно. Примерно в конце первого часа я поняла, что четко слышу их беззвучные обращения друг к другу. Даже вклинилась в чей-то диалог, чем очень всполошила всех ставших тому свидетелями.
– Нет, Атлас, конечно, говорил, что у вас с Джулом тесная связь, но чтобы вот та-а-ак, – Марта протянула последнее слово, давая понять, что даже мысли не допускала.