Кто тут хозяйка? (СИ)

9. О том, что у хорошей домохозяйки даже во сне найдутся дела
– Ну что, ты довольна? – Джулиан остановился у двери моей спальни и развернулся ко мне лицом, глядя на меня с вопиюще малого расстояния. – Консультация у семейного законника прошла успешно.
Да, он провожал меня до спальни. Ему пришлось – вообще, если бы не его настойчивость, я бы еще битый час мучила Атласа вопросами. У меня уже даже Вафля уснула и Карин и корзинку для нее принесла, и в мою спальню уже дракошку утащила. Мирена очень этому расстроилась, но я не подавала вида, что меня тронули её печальные глазки. Будет у малявки еще время потискать дракончика.
В общем, ночная прогулка по лестнице на второй этаж и по коридору до моей комнаты у нас с Джулианом неожиданно получилась наедине.
– Строго говоря, он еще даже не заговаривал о том, что я буду делать после получения гражданства, – я не удержалась от того, чтобы чуть-чуть повредничать, хотя… Настроение и вправду было идиллическое.
– Но Атлас ведь не сказал, что шансов вернуть свой дом у тебя нет.
– Не сказал, да, – я кивнула и чуть склонила голову на бок, чтобы посмотреть на стоящего в какой-то жалкой паре дюймов от меня вампира “под другим углом”. 
Эх, вот с какой стороны на него ни глянь – со всех хорош, мерзавец!
Я не помню, в какой момент он снял с волос стягивающую их ленту, суть в том, что сейчас за его спиной струилась чертова шелковая река и… Честно говоря, она меня манила. Пальцы так и зудели потрогать, настолько ли волосы вампира хороши на ощупь, как кажутся.
И что уж греха таить, десерт у него получился божественный. Просто восхитительное пирожное из хрустящей ореховой меренги с прослойкой из нежнейшего крема. Хотелось целоваться с вилкой, всякий раз когда я касалась её языком. Если бы я не боялась за ширину своей пятой точки – непременно попросила бы добавки. Было у меня подозрение, что эта бессовестная упырья физиономия на это рассчитывала.
– Слегка, – по губам Джулиана пробежалась мягкая улыбка.
– Опять подслушиваешь? – я даже не обиделась.
– Чуть-чуть, – Джулиан не стал отрицать, – много даже не получится. Наша с тобой связь сейчас такова, что слышу я только те мысли, которыми ты со мной хочешь поделиться. 
– И даже те, что я не осознала, что хочу с тобой делить?
– Суть вот тут, – указательный палец вампира невесомо коснулся точки на моем лбу над переносицей, – когда ты настороже, твои мысли скрыты за десятком щитов. Когда ты расслабляешься – они опускаются.
– Для всех?
– Нет, – Джулиан качнул головой, – только для меня. У Разделения Судеб свои прелести. Способность поддерживать ментальную связь – одна из них. Я никогда тебя не потеряю, Марьяна.
Боже, как он сказал последние слова. Аж до мурашек пробрало.
– Итак, мы пришли, – я указала глазами на мою дверь, у которой мы как раз и стояли, – время говорить “спокойной ночи” и расходиться. Мальчики налево, девочки направо.
– Ага, – Джулиан кивнул и не тронулся с места.
– Погоди, погоди, наследники древнего вампирского дворянского рода разве говорят “ага”? – я озадачилась вполне искренне. – Разве тебе не должны были отрезать его вместе с пуповиной, при рождении?
– Повитуха моей матери явно схалтурила и отрезала что-то не то, – Джулиан сверкнул глазами, – потому что “ага” осталось при мне.
– Стесняюсь спросить, что же именно она отрезала, – хмыкнула я, нарочно расслабляя мысли, чтобы похабный подтекст моей шутки дошел до моего собеседника.
– Не стесняйся, там все в порядке, – не моргнув и глазом отбрил Джулиан, – как-нибудь сама убедишься, на досуге.
– О, я поняла, она тебе отрезала стыд и совесть, – меня озарило, – ты вообще в курсе, что благородному лорду не к лицу иметь такую пошлячку-жену? 
– Ты не представляешь, насколько похабные шуточки рассказываются в дворянских клубах, – Джулиан усмехнулся, – поверь мне, Марьяна, люди везде одинаковы. И нелюди тоже. Так что… Попытайся еще разик. Пока ты меня не убедила в том, что я ошибся в выборе.
– Я даже не старалась, – показала ему язык, – когда начну – пришлю тебе официальное уведомление.
 
– Жду, не дождусь, – ди Венцер кивнул с самым серьезным видом и снова замолчал, глядя на меня. Выжидая. 
– Спокойной ночи, – я улыбнулась ехидненько и развернулась к двери спальни. Вот не надо от меня ничего ждать, ничего я не дам и не собира-а-а…
Это походило на бросок кобры, быстрый и смертоносный. И все что мне оставалось – только пискнуть, перед тем, как нахальный вампир, схвативший меня за руку и притянувший за неё к себе, накроет мой рот своим. 
О-о-ох…
Мысли рассыпались в стороны, разноцветными мелкими бусинами. И все, что я умудрилась осознать, что таки да… Волосы у Джулиана именно такие, какими они кажутся. Мягкие, гладкие… Раз прикоснешься – рук не оторвешь…
После такого поцелуя выныриваешь, как после глубокого погружения, и ощущая на губах теплое дыхание, проваливаешь в бездонные сапфировые глубины мужских глаз…
– Вот теперь – точно спокойной ночи, – хрипло выдохнула я и быстренько отступила в спальню, захлопывая за собой дверь и на секунду прижимаясь к ней спиной.
– Спокойной ночи, Марьяна, – голос Джулиана звучал более чем удовлетворенно. Захотелось снова открыть дверь и треснуть гада по красивой голове подушкой.
Но…
Это было опасное желание!
В спальне меня ждала посапывающая дракошка и шелковая ночная рубашка, разложенная по постели. И переодеваясь, я вообще-то планировала настроиться на сон, а сама себя застукала на том, что придирчиво щупаю ткань ночной рубашки и мысленно сравниваю с волосами своего муженька.
Вот ведь черт, как могут волосы быть быть шелковистей шелка? Или это не самый шелковый шелк, и есть шелк пошелковей?
Поймав себя на этой мысли, я чуть не отвесила самой себе подзатыльник.
Марьяна, Марьяна, у тебя тут суд на носу, куча проблем уже в наличии, а ты не придумала ничего интереснее, чем к этому всему добавить еще и романтическое увлечение.
Лучшего времени ты для этого выбрать не могла? 
Ты ведь планировала выесть этому вампиру мозг чайной ложечкой и только потом, так и быть, подумать на его счет.
Но, как целуется, стервец, крыша разлетается во все стороны мелкими осколками глиняной черепицы…
Я встряхнула головой, пытаясь привести мысли в порядок. Не получилось.
Я с досады нырнула под одеяло и плотно зажмурила веки. Нужно быстрее уснуть, а утром – я уйду оформлять документы, у меня будет уйма дел, и мне будет точно не до всяких глупостей.
Впрочем… Как оказалось, дела у меня имелись и до наступления утра.
– Хозя-я-яйка, – протяжно и печально мяукнул Прошка в моем доме.
И я это услышала.
– Иду! – ответила еще до того, как поняла – реально ведь иду. Или лечу… Черт его разберет!
Пожалуй… Все-таки лечу. По крайней мере, как я ощущала собственные ноги – они не двигались. Все мое тело не двигалось, разумно свернувшись калачиком под теплым одеялом. 
Но определенно, мое сознание в теле решило не оставаться. Потянулось, услышав скорбный Прошкин призыв, и полетело себе по хорошо ощутимой светлой ленте связи с домом.
Ух ты как я умею, оказывается! 
И до чего же странно ощущать свое тело отдельно от себя.
Лететь тут было всего ничего, всего лишь от одного конца улицы к другому. Я успела только на пару секунд насладиться видом ночного Завихграда, успела заметить горящие окна в доме магистра Кравица, как уже зависла над своим домом, как раз напротив сияющего купола окружающих его защитных чар. Я его уже видела, после того как Матильда и Улья передали дом в мое полное владение.
Так, а это что?
Голубоватый слой светящейся тонкой паутинки накрывал защиту моего дома будто сплошное покрывало. И его я касалась нерешительно, боясь, что сейчас возьму и влипну, как лиса в той сказке про соломенного бычка.