Кто тут хозяйка? (СИ)

Кухню будто покачнуло, накреняя её в сторону двери. 
Со столов полетела неубранная посуда – чашечки мои, чашечки!!! Ножики были не мои, их было не жалко.
Цель у этого всего была одна – стряхнуть двуногую еду в голодный мрак за ртом-дверью, который даже умудрялся облизываться туманным языком.
Улья завизжала и шарахнулась в сторону, пытаясь во что-нибудь вцепиться и удержаться. Её родители кубарем покатились по полу, лишь в последний момент Софик выставила перед дверью какое-то заклятие, не давшее ей и её мужу полететь вниз, в пропасть за дверью. 
– ЕДА-А-А-А!!!
– Поднимаю ставку до пяти злотых на тварь. Ну, или можешь отдать поцелуем, на это я тоже согласен.
– Хватит дурить мне голову, Джулиан.
– С чего бы это? – вкрадчиво шепнул вампир уже настоящим своим шепотом, склоняясь к моему уху. – Ты мне теперь жена, и что тебе не нравится в этом, Марьяна? 
– Ой, все, – решительно брякнула я, и судя по обиженно втянутому Джулианом воздуху – он принял это на свой счет, – не в смысле, что с тобой все не нравится. В смысле – не отвлекай, я смотрю!
– Ты прощена! Чуть-чуть! – милостиво проронил вампир и перестал отвлекать.
А посмотреть было на что. Умеющая искажать пространство тварь трясла мою кухню как банку с мармеладными червячками, пытаясь вытряхнуть из неё застрявшие вкусняшки. При том ножи, кастрюльки её не интересовали, даже пролетая мимо двери, они в неё не падали, а мебель удерживал на месте уже сам дом. Или домовой. Или оба они вместе. 
Елагины визжали, мотались из стороны в сторону, пытались колдовать. Ольмар даже какую-то молнию в бездну метнул. Тщетно. Твари его хилое колдовство было что слону дробина. 
В какой-то момент Улью-таки осенило. Она смогла как-то исхитриться подкатиться к двери и навалиться на неё. Вот только если открыть дверь она смогла и одна, на то, чтобы закрыть, её силенок не хватило.
– Мама! – звонко взвизгнула Улья, и Софик, на данный момент жмущаяся к шкафу кухонного острова, цепляющаяся за удобный угол, с трудом свернула голову в сторону дочери. Общую суть идеи она поймала удивительно быстро. В ход пошло какое-то заклинание, отклеившее пальцы Софик от мебельной стенки, а потом сама инспекторша и моя прямая конкурентка в битве за наследство по неправильной косой, тоже скорретированной чарами, полетела к дочери. Прижалась к ней, надавила изо всех сил.
Бабка на внучку, дедка на бабку!
– Ольмар, – заорала Софик во весь голос, и это как раз совпало с еще одним актом тряски. 
Ольмар висел на печке, крепко обняв трубу, и тихонько скулил от ужаса. Видимо, собственный магический облом напугал его сильнее чего бы то ни было.
Жену он расслышал не сразу – этак с третьего оклика. С четвертого решился отпустить трубу, явно не очень-то доверяя супружеским обещаниям его обязательно поймать.
Он в общем-то не зря сомневался, Софик его и не поймала. Он почти провалился в черную бездну двери, туда, в пасть к торжествующе взвывшей твари. Только в последний момент Ольмар успел схватиться за ручку и взвыть в ужасе, с тварью в унисон.
– Поднимешь ставку? – вкрадчиво шепнул мне Джулиан, явно в уме уже праздновавший победу.
– Я подумаю, – я недовольно щипнула вампира за запястье. Терпеть не могу тех, кто болтает во время интересных фильмов, особенно в напряженный момент.
Улья и Софик таки смогли найти в себе силенки высунуться из-за двери, сгрести отца семейства за руку и вдвоем втащить его к себе. 
Теперь они пытались закрыть дверь уже втроем. И нужно сказать, это у них почти получилось, но… 
И репку без мышки не вытащили. 
Между косяком и дверью все равно  оставалось сантиметров тридцать, а тварь за дверью вообще как поехала крышей. Она трясла мою кухню так, что я вообще не понимала, как от такой тряски не разлетаются доски пола.
А потом я ощутила тянущую, слегка зудящую у моих пальцев, озабоченную магию.
– Закрыть дверь, хозяйка? 
– А ты справишься с ними без неё? 
 
Дом будто слегка обиженно фыркнул и надулся. Я ему легко поверила, на самом деле.
– Тогда закрывай.
И так мне бардак устроили! Опять весь день в одной кухне убираться.
Дверь в бездну захлопнулась с оглушительным хлопком. И сразу же стало хорошо и тихо, исчезли вой и тряска, и Елагины кульками опали на пол, отупело глядя в пространство.
Боже, на кого они были похожи.
Софик, с её высокой прической, вычурным лиловым платьем с кучей рюш и подкладкой в области ягодиц напоминала потрепанную бабу на чайник. У моей бабули была такая. Она особенно часто настаивала под такой травяные сборы.
Ольмар – этот холеный солидный отец семейства, которого и так-то окатили не самой свежей мукой из мешка, сейчас походил на дохлого петуха, которым еще и полы вымыли. Один рукав пижонской черной рубашки висел на нитках, кружева с манжет враз обтрепались, на жилетке не хватало пуговиц, а зализанная с воском шевелюра с налетом из пыли смотрелась примерно так же, как прическа Франкенштейна. Улье повезло сравнительно больше родителей, но у нее поплыл макияж, да и модное платьице теперь можно было надеть только в огород, на окучивание картошки.
– Ч-ч-что это было?! – пискнула Улья, отчаянно заикаясь. – Что за черная магия?
– Н-не знаю, – простонала Софик, пытаясь подняться на ноги и чуть пошатываясь из-за одного сломанного каблука, – но к этой двери мы не подходим больше
– Лучше её вообще замуровать, – прохрипел Ольмар, – при первой же вообще возможности.
– Нам нужна алтарная, – прохрипела Софик, – на ручке должен быть герб ди Бухе. Такая искра и спираль. Не хватайтесь за все подряд.
– Ничему людей жизнь не учит, – патетично вздохнул Джулиан, – могли бы с первого раза понять, что дом им не рад, а они…
А они, прихрамывая и поскуливая, вознамерились ползти по моему дому дальше. А дом уже предвкушал, потирая лапки – я этот азарт ощущала телепатически. Стало ужасно жаль, что в этом мире никто не удосужился придумать попкорн. Его в данный момент ужасно не хватало!
Мой дом заботливо продолжал показывать мне происходящее в прямом эфире, передвигая точку своего повествования от одной внутренней двери к другой. Теперь я будто стояла на выходе из коридора в холл и любовалась. 
Шаг. Шаг. Шаг.
Елагины как по минному полю шагали по разгребенному проходу из узкой тропочки между грудами хлама, уже ставшему приличной такое аллеей, в которой уже и я, и Джулиан могли разойтись и при этом я бы не задела его грудью.
– Уверена? Мне вот кажется, что с твоим размером все-таки соприкосновение бы состоялось. Аргх...
Вампир поплатился за свой длинный язык и внеплановое вмешательство в мои мысли, получив острым локтем под ребро. Хотя это лестное замечание я отложила себе про запас. 
Буду вспоминать на старости лет, когда переживу своего третьего мужа.
Нужно сказать, домик нагнетал во всю мощь. Он уже успел захлопнуть внутренние ставни всех окон в холле, куда вышли Елагины, превратив мой и без того мрачноватый в своей заваленности холл в настоящий склеп, в котором даже лучика света не было видно.
– Мама, как мы найдем здесь дверь в алтарную? – пискнула Улья, теребя Софик за локоть. 
Настроение мадам инспекторши тоже не было особо радостным, но как генерал, ведущий свое войско вперед, она пыталась не выказывать своей тревоги и вообще явно надеялась поскорей забыть пугающее фиаско на моей кухне.
На ладони Софик зажегся ядовито-розовый круглый шар света. Зачем розовый – мне ясно не было, но мои замечания честную компанию не интересовали.
Впрочем, сие произведение магического искусства радовало нас недолго. С тихим пшиком шар погас, стоило ему оторваться от руки ведьмы. Она выругалась и повторила заклинание. В этот раз шар света лопнул прямо на её ладони.
– Что-то подавляет силу твоих чар, дорогая.
– Сама вижу, – рявкнула на мужа Софик и стиснула пальцами переносицу. Ольмар, побывший этаким магическим кэпом, обиженно нахохлился, не торопясь доносить до супруги очередные ценные мысли.