Беременна от чужого мужа (СИ)
Понимаю, что моя беременность выглядит для него как измена. И как теперь сказать о тесте ДНК, который, словно нарочно, может подтвердить его худшие опасения?
Но я в себе уверена. Он – единственный мужчина в моей жизни. Других не было. И быть не могло! От всего этого просто голова кругом!
Чувствую, что мне не хватает воздуха!
Поддаваясь порыву, я вскакиваю на ноги и опрометью бросаюсь к выходу.
Давид так и остаётся стоят на одном колене с протянутым мне кольцом, а я просто не могу, НЕ МОГУ ничего ему ответить! Даже несмотря на всё, что я только что узнала! Несмотря ни на что! Я раздавлена, потеряна, сбита с толка! И совершенно не представляю, что делать дальше!
Глоток свежего воздуха – и мне становится чуть лучше.
Стою посреди улицы и делаю глубокие вдохи, старясь унять слёзы и дикое сердцебиение…
В голове миллион мыслей, и ни одна из них не помогает мне успокоиться! Быть может, я только что отказалась от шанса быть счастливой? Сбежала от отца своего будущего ребёнка, и теперь он снова будет меня ненавидеть?
- Настя… - позади раздаётся запыхавшийся голос Танкова.
- Давид… - еле слышно шепчу в ответ.
Оборачиваюсь и вижу его печальное взволнованное лицо и бросаюсь к нему в объятия.
Не знаю, что со мной! Гормоны бремененных? Стресс? Или я окончательно сошла с ума?
- Ты не хочешь быть моей женой… – с грустью шепчет он, гладя меня по спине. – Я понимаю… Я это заслужил…
Давид говорит как-то сдавленно, а меня накрывают рыдания, и сердце разрывается от боли. Ничего толком не могу объяснить!
- Только не плачь, - продолжает умолять он. – Не плачь, пожалуйста! Малышка, это хуже всего… Прошу тебя, всё будет хорошо!
- Давид… - делая над собой усилие, вдыхаю полной грудью. – Этот малыш у меня под сердцем… он твой, пойми!
- Хорошо… - ладонь мужчины на моей спине дрогает. – Я приму его. Конечно, я с огромным счастьем стану его отцом…
- Ты не понимаешь! – с отчаянием вскрикиваю. – Он твой! Биологически! Прошу тебя, поверь! Я не знаю, что это! Чудо, или что-то другое, но я ни с кем никогда… ни с кем не была! Никогда!
Давид замирает в моих руках.
- Я хочу сказать тебе ещё кое-что, - решаю «вывалить» ему всё, как есть. – Я сделала тест на отцовство. Нашла волос на твоей подушке и отнесла его в лабораторию, понимаешь?
- Правда? – интонация его голоса поднимается вверх. – И… что?
- Я на знаю, как это возможно, но… - опускаю взгляд, запинаясь. – Но из лаборатории мне пришёл отрицательный результат!
- То есть отец не я? – Танков смотрит на меня в полной растерянности.
- Ты! – понимаю, что мои слова сами себе противоречат, но эмоции зашкаливают, и объяснить по-другому у меня не получается. – Они ошиблись! Они что-то напутали… я не…
- Чертёнок, послушай… - Давид мягко берёт меня за руку. – Мне совершенно всё равно, кто биологический отец этого малыша. Я всё равно буду любить его. И от своих слов по поводу свадьбы не откажусь в любом случае!
Он смотрит на меня так решительно, что мне остаётся только поразиться его настрою.
- Давай сделаем тест ещё раз? – робко предлагаю, заглядывая ему в глаза. – Ты сдашь кровь, мы всё сделаем по правилам!
Губы мужчины трогает мягкая улыбка.
- Если это успокоит тебя, то я согласен, - кивает он.
- Тогда поехали! – взволнованно хватаю его за руку.
- Что, прямо сейчас? – Давид устало трёт лицо.
- Да! – быстро киваю я. – Сейчас же!
Переплетаюсь с ним пальцами и тяну его с строну припаркованных невдалеке такси.
Глава 44
Глава 44
Давид
За последние сутки я многое успел переосмыслить. Понял, что всё это время относился к нашим с Настей отношениям без должной осторожности. Теперь же намерен беречь их как изящную хрустальную вазу. Оберегать от любых неровностей и ухабистых кочек.
Поэтому даже несмотря на то, что разумом мне сложно поверить в слова Насти, я всё равно стараюсь сделать это сердцем. Если она говорит, что ребёнок внутри неё – мой, значит я буду верить этому, невзирая ни на какие противоречия!
Мы оба сдаём кровь в клинике. После этой процедуры Настя, наконец, успокаивается, и даже начинает мне улыбаться. От каждой такой улыбки и её мимолётного взгляда, пусть пока и не полного нежности, но хотя бы, не яростного, на душе рассветает.
- А пойдём на пляж? – предлагаю ей, когда мы выходим из клиники.
- Пойдём, - Настя внезапно соглашается.
Солнце, такое тёплое и по-летнему нежное, припекает наши головы.
- Тебе нужна шляпка, - улыбаюсь ей, проводя ладонью по светлым шелковистым волосам Чертёнка. – А то напечёт.
Подхожу к ближайшему лотку с сувенирами и какими-то прозрачными платками. Окидываю взглядом представленный ассортимент.
- Желтую, пожалуйста, - протягиваю деньги продавцу. Но потом поспешно добавляю: - Можно ещё полотенце и… вот эту кепку, - киваю на красную.
- Кепку? – Настя снова улыбается. Прикладывает ладонь к моему лбу. – Ты точно не заболел, Танков? В жизни тебя в кепке не видела!
От её лёгкого прикосновения по телу пробегает электрический импульс. Прикрываю глаза и не могу удержаться, чтобы не обнять малышку за талию.
Прижимаю плотнее к себе, чувствуя взволнованное биение её сердца…
- Милая моя… - шепчу, зарываясь пальцами в густых блестящих волосах, что водопадом струятся по её плечам.
Тянусь вперёд, чтобы поцеловать её чуть раскрасневшиеся губки, но Настя быстро уворачивается, и я черчу по касательной по милой щёчке. Ладно, это в любом случае лучше, чем ничего!
- Вы будете брать, молодой человек? – спрашивает продавец, нетерпеливо вздыхая.
- Да, конечно, - поспешно отвечаю.
В итоге мы с Настей теперь полностью экипированы. У нас есть зонтик, плед, полотенца и головные уборы.
На пляже сейчас не так много людей. Мы с Настей садимся в стороне ото всех, возле волнореза.
Она молча смотрит на море, а я безотрывно смотрю на неё…
- Так красиво… - вздыхает она.
- Безумно! – соглашаюсь, пытаясь вобрать в себя каждую её черточку.
- Всегда мечтала побывать на море.
- А я мечтал тебя свозить.
- Видишь, мечты сбываются, - Настя как-то грустно улыбается уголками губ.
- Не совсем, - нахожу её руку на пледе и пожимаю. – Я не отвёз тебя – ты сама приехала.
- Это мелочи, - отмахивается Настя. – Мы же в итоге здесь?
- Да…
- А ты, Давид, когда впервые был на море? – спрашивает она.
Напрягаю память.
- Наверное, лет в шесть. Когда стал жить с дедом…
- В шесть? – спрашивает Настя. – А что случилось с твоей мамой? Ты мне никогда не рассказывал…
Задумчиво смотрю на горизонт. Да, она права. Я, вообще, никому об этом никогда не рассказывал. Ни Эле, ни Юре… вообще никому…
- До пяти лет я жил с мамой, - в груди как-то неприятно ноет, когда я говорю об этом вслух. – А потом меня забрал к себе дед.
- Почему? – хмурится Настя. – Она заболела?
- Нет, она здорова, - пожимаю плечами. – Просто ей было неудобно жить со мной… Или, наверное, она подумала, что деньги смогут заменить мне её. Или… - осекаюсь. – Ладно, неважно.
- Нет! Нет! – воскликнула она. – Это очень важно, Давид! Для меня это важно…
Поворачиваюсь к ней. Настя смотрит на меня с таким неподдельным интересом и сопереживанием, что я почему-то не чувствую того неудобства, которое испытываю обычно при разговоре с людьми на личные темы.
Сжимаю руку Насти крепче.
- Мама родила меня очень рано, сбежала из дома вопреки воле своего отца, то есть моего деда. Какое-то время мы с ней скитались по съемным квартирам и перебивались её непостоянными заработками, но потом… честно, я не знаю, что случилось. Помню, как она собрала все мои вещи и отвезла к деду, которого я до этого ни разу в жизни не видел. Сказала, что ей надо уйти, и она заберёт меня вечером. Но… - дыхание как-то странно перехватывает, когда я всё глубже погружаюсь в воспоминания… - В итоге, она так и не пришла…