Беременна от чужого мужа (СИ)
Жена Давида и моя начальница продолжают что-то обсуждать, совершенно не обращая внимания на разворачивающуюся за их спинами драму.
Давид молча смотрит на меня поражённым взглядом, и я, не в силах больше терпеть эту невыносимую муку, подскакиваю с места и бросаюсь к двери.
Резко открываю её и выбегаю в коридор… Давясь рыданиями, хватаю с вешалки пальто и рвусь к выходу, но…
В этот момент мой локоть хватает сильная мужская ладонь.
- Чертёнок? – от звука его голоса по позвоночнику пробегают мурашки. – Какого чёрта ты тут делаешь?!
До боли закусываю губы, резко оборачиваюсь и… оказываюсь в плену его прищуренных зелёных глаз…
Глава 3
Глава 3
Давид
- Пусти! – шипит Чертёнок, окидывая меня пронзительным взглядом.
Я его выдерживаю. Ничего, дыру во мне не прожжёт. Уже отболело. Разжимаю пальцы, скольжу по бархату кожи. Нас пронзает электрическим разрядом, но я вовремя отдёргиваю пальцы. Она всегда так на меня действовала. С самой первой встречи. Чёртова ведьма! Знает, как мужика зацепить. Никогда бы не подумал, что тоже клюну на пухлые губки и наивный взгляд, но это случилось. Три месяца рая, после которых я всех её чертенят на чистую воду вывел.
- Ты что распереживалась так? – смотрю холодно, но от вида её дрожащих губ внутри что-то предательский ёкает. Ну охренеть! Знал, ведь, что встречаться нам нельзя!
- Ты… - округляет глаза, смотрит с осуждением. – Ты женат, Давид! Женат…
Из глаз Чертёнка катятся слёзы. Одна за другой – грёбанный водопад слёз!
- И что? – поднимаю бровь. – Не думал, что для тебя это проблема!
Да, малышка, я всё про тебя знаю! И про твои грязные делишки и род занятий тоже… Думала меня за нос водить? Хрена лысого!
- Что ты такое говоришь, Давид… - губы у неё бледнеют, щёки теряют краску. Она отступает на шаг, держится за стену.
- Женат – и что? Тебе, ведь, это раньше не мешало, правда?
- Я… не знала… - голос Чертёнка всё тише и тише.
- Ладно, мне похрен, знала ты, или не знала, - с трудом продолжаю сохранять самообладание. Как же это у неё получается? Смотреть в глаза и врать? Глаза у неё такие ясные, чистые… Да и волосы нежные, будто в них лучики солнца запутались. Девочка-ромашка, мать её!
– У меня по работе разговор, - запоздало киваю на телефон в руке. – Некогда мне тут с тобой!
- Давид… - шепчет так жалобно, а потом, вдруг, глаза прикрывает и по стене вниз сползает. Если бы не реакция опытного теннисиста…
- Эй, - подхватываю уже у самого пола. Поднимаю на руки. Легкая, как пушинка. – Настя! – взволнованно треплю за плечо. – Очнись!
Сердце сдавливает от тревоги. И одновременно ненависти к себе! Ну какого лешего я опять ведусь на такой дешёвый трюк?! Дева в беде! Небось, притворяется?
Гневно смотрю в её закрытые глаза и дотрагиваюсь до щеки. Холодная!
- Так! Шутки в сторону. Настя?
Молчит. А у меня сердце неприятно сжимается. По спине проходит холодный пот. Вдруг не притворяется?
Набрасываю на неё своё пальто и выношу из одноэтажного здания. Консьерж провожает меня удивлённым взглядом.
Аккуратно складываю Чертёнка на заднее сидение своей тачки, попутно размышляя о том, в каком бешенстве будет Эля от того, что я без предупреждения свалил со встречи. Ладно, сошлюсь на работу, она проглотит. В конце концов, не такие у нас с ней отношения, чтобы я ей во всём отчитывался. Она знает своё место. В конце концов, оно прописано в брачном договоре!
Гоню до ближайшей частной клиники как полоумный. Благо тут недалеко – всего через десять минут уже заношу Настю в белоснежную приёмную.
- Доктора! – реву, и медсёстры подпрыгивают на месте. – Сейчас же!
К нам спешат люди в белых халатах, подкатывают кушетку, и я кладу на неё бесчувственную девушку.
Примерно через час, пребывая в жутком стрессе, меня приглашает к себе в кабинет врач, который осматривал Настю.
- Ну что я вам могу сказать, - доктор садится напротив меня. – Обмороки – частое явление в положении вашей девушки.
- Что? – непонимающе моргаю. – В каком она положении? Опухоль мозга? Что-то с опорно-двигательным аппаратом? Что с ней?
- Успокойтесь, не надо так нервничать! Может, вам водички налить?
- Скажите, что с Настей?
- Я не в праве разглашать такую информацию… Вы, ведь, не её муж?
Вытаскиваю бумажник и кладу на стол две пятитысячных купюры. Потом, подумав, добавляю ещё две.
- Считайте, что у нас с вами конфиденциальный разговор, - потягиваю деньги, и доктор краснеет.
- Ваша девушка беременна. И деньги уберите!
Рука замирает на столе, непроизвольно сминая купюры.
Внутри всё опускается… Нет… только не это! Ещё одно подтверждение тому, что чувства между нами были только в моей голове! А мне так хотелось не портить те воспоминания… Хотелось оставить в памяти сказку, в которую она заставила меня поверить!
- Какой срок? – цежу сквозь плотно сжатые зубы.
- Десять недель! – улыбается доктор.
Закрываю глаза. Меня жжёт изнутри. Она изменяла мне… Изменяла даже когда со мной была… Не могу поверить!
- Так что, можно вас поздравить?
- НЕТ! – несдержанно стучу по столу кулаком с такой силой, что папки и документы подпрыгивают. – Ребёнок не от меня! Я… - проглатываю ком в горле. - Я не могу иметь детей!
Мотаю головой, пытаясь смириться с неизбежным. Против фактов не попрёшь, даже если фамилия у тебя Танков.
Настя спала с другими, пока мы были вместе. Другого объяснения быть просто не может!
Резко встаю и иду к выходу.
Ну всё! Хватит с меня этого фарса!
Глава 4
Глава 4
Настя
Открываю глаза, но мне не сразу удаётся сфокусировать зрение. В нос ударяет запах медикаментов, а взгляд упирается в белый потолок.
В рту – горькое отчаяние. Голова всё ещё кружится, но теперь, лёжа на кровати, чувствую себя чуть лучше. Но как я оказалась тут? Ведь я в больнице, правда? Последнее, что помню перед обмороком – презрительный взгляд некогда любимых зелёных глаз, а потом… пустота и тьма, из которой, казалось, не выбраться…
- Девушка, как вы? – надо мной склоняется медсестра.
- Н-н-нормально… - шепчу, чувствуя сухость во рту. Быстро кладу руку на низ живота. Испуганно глажу, пытаясь понять, всё ли хорошо с моим комочком. – Что со мной? – пытаюсь приподняться на локтях. – Что с ребёнком?
- Вы не волнуйтесь, - медсестра вежливо улыбается, проверяя что-то в карточке. – С вашим малышом всё в порядке. Мы сделали ультразвуковое обследование, врач вас тоже осмотрел.
Вздыхаю с облегчением. По крайней мере, с ребёнком всё в порядке! Пусть этот малыш и не нужен своему отцу, зато он очень нужен мне.
Моргаю и ещё раз оглядываюсь. Я нахожусь в отдельной палате… судя по обстановке, больница явно не государственная… Перевожу взволнованный взгляд на медсестру и спрашиваю:
- А… как я сюда попала?
- Вас привёз ваш молодой человек, - пожимает плечами девушка.
- Кто? – хмурюсь, голова ещё кружится, а мысли немного путаются. – У меня нет молодого человека…
- Ну как же? Такой высокий, темноволосый? Разве не ваш? – замечаю, что медсестра немного смущённо опускает взгляд.
Конечно… Давид всегда пользовался успехом у женщин. Помню, при нашей первой встрече у меня так тряслись руки, что я расплескала кофе на подносе. Переживала, что клиент будет недоволен, а тем клиентом был Давид. Помню, как он улыбнулся, посмотрел – будто в душу заглянул… и сказал: «ничего страшного. Такой красавице и не такое простить можно». А я влюбилась в его лукавые зелёные глаза. Вот так сразу, с первого взгляда…
- Не мой, - с трудом сдерживаю дрожащие губы, отвечая медсестре. – Давид мне никто…
- Вот, значит, как? – его голос внезапно раздаётся со стороны входа, и я вздрагиваю.