Наследник огня и пепла. Том III (СИ)

А остальные обязанности Сперата взяли на себя слуги тех, кто искал возможности мне услужить. Но была ещё одна деталь, которая делала Сперата чуть ли не вторым по важности человеком после меня — ведь у него есть прямой доступ к моему телу. И просьбы при случае шепнуть мне пару слов о том, о сём, для моего оруженосца были столь часты и неизменны, как дикпики в личку красотки. Он исправно мне о них докладывал, в сжатой манере. Имя просителя, чего хочет. Это было даже удобно.
А за столь ценную возможность перекинуться парой слов с самим Магном Итвисом Сперат получал подарки. Таким образом он обновил одежду, пояс, даже кинжал и сбрую коня. И всё это только за первый день! Вот в кого вселяться надо было! Хотя доходы и не такие, как у наследника Итвис, зато и проблем на два порядка меньше. Только топор и седло у него остались прежними — возможно Сперат прикипел к ним душой. А может, перешёл на взятки натурой. Не просителей, конечно, а их служанок… Или жён. В эти подробности я не углублялся. Потому что я уважаю чужие границы. Ладно, вру — кто вообще уважает чужие границы?.. Просто, когда Сперат хотел рассказать об этом, я велел ему заткнуться — сам-то я, несмотря на многочисленные соблазны, соблюдал обет воздержания. Потому что одно неверное движение, пара лишних фрикций, да даже неудачное соседство с невинной молодой сеньорой в одной комнате без свидетелей — могло привести к нежелательным последствиям. У Магна так сестра дедушки замуж за отвинского дуче выскочила.
Кстати, надо бы написать в Отвин родственникам. Как они там…
Эля, кажется, не совсем понимала происходящее вокруг. Либо ей было не особо интересно. Большую часть её внимания поглощал трофейный котёл. А в свободное время она буравила меня взглядом.
Никогда бы не поверил, если бы мне кто раньше сказал — но даже от праздников надо отдыхать! А то, что происходило вокруг меня, только внешне походило на праздник с рыцарями и дамами. Просто сплошной обман ожиданий! Как будто купил билет на оргию, а там одна половина участников шлюхи, а вторая пенсионеры. И первой половины сильно меньше, чем второй. Короче, весь этот движняк вокруг меня начал сильно тяготить. В конце концов, именно вот этого всего я и пытался избежать, уехав из Караэна налегке и инкогнито — и всё равно оказался в том, отчего бежал. Какая жестокая ирония.
Но я себя не виню — когда мы постучались в ворота замка Дар, мы все были уставшими, можно сказать, загнанными. Я был обессилен, болела половина тела после ранения. При этом были реальные опасения, что горцы вышлют за нами погоню. Император разберёт, что у этих козопасов на уме… Может быть, часть из них и встала на мою защиту, но другая-то часть явно оказалась резко против!
Поэтому, когда Эглантайн подошла ко мне во время сиесты, и сказала что Воющий Камень всего в паре часов хорошей скачки на юго-запад, я решился. Не то, чтобы прямо уж сбежал, просто в тот момент мне хотелось хоть немного отдохнуть от своих неожиданных и назойливых сопровождающих. Выслав Лардо с его отрядом вперёд, я со Сператом и девочками попытался тихонько улизнуть до конца сиесты, пользуясь тем, что все попрятались от полуденного зноя в палатках и домах. Получилось не до конца — нас заметили и организовали преследование. Пришлось носиться между почти созревших полей пшеницы, топтать копытами коней грядки с местной брюквой и путать следы по речным руслам, укрываясь за живописными беленькими крестьянскими хуторами. Благо, тут они, в основном, уцелели — наёмники Гонората прошли ближе к горам.
Тем не менее Эксера, двух его братьев, и ещё около десятка всадников стряхнуть с хвоста нам не удалось. Эксер оказался упорным и умным парнем! Неудивительно, что именно он в своё время догнал и повязал Гонората. Пришлось взять его с собой, и ехать прямо к Воющему Камню. Я рассчитывал оставить его на подступах, «сторожить тылы» — не хотелось лишних вопросов про то, что я делаю в домике ведьмы. Или вообще, самому остаться с ним, а Эглантайн послать за сушеными пенисами летучих мышей, или что ей там так остро не хватает для колдунства.
 
Из-за всех этих приключений к Воющему Камню мы приехали потные, злые, голодные и уже в темноте. Хорошо хоть Сперат, мой великолепный оруженосец, успел подсуетиться по дороге, и купить местное вино на одной из ферм. Оно напоминало на вкус перебродивший виноградный сок, но это было всё же лучше, чем пить воду из речек вместе со скотом.
На подходе к Воющему Камню нас встретил Лардо. Он просто молча вышел на дорогу из кустов, покрывающих крутой склон. Зажёг факел с помощью своего ножа и кремня, и пошёл рядом с моим конём, говоря вполголоса:
— Тут есть наш потайной лагерь, где мы остаёмся, когда Эглантайн просит присмотреть за её жилищем. Об этом лагере никто не знает. И мы стараемся, чтобы никто и не узнал. Вокруг ведь люди Караэна, а они нас не любят. Так вот, в лагере мы нашли тех, кто должен был охранять жилище Эглантайн. Не всех. Но те, которых мы нашли, мертвы. Мы не стали идти дальше, и проверять Воющий Камень, а тихо вернулись назад. Если ты хочешь всё же посмотреть, не случилось ли чего с домиком Эглантайн, то… Думаю, это лучше сделать тебе, Змей из пророчества. Ведь, если ты из пророчества, то тебе ничего не угрожает. А если ты умрешь, то значит ты не из пророчества, что меня тоже вполне устроит. Но я бы советовал тебе, Змей, уйти — и вернуться со всеми своими спутниками. Тем более, что сейчас ночь, а рассматривать мертвецов лучше днём. При свете они вызывают больше отвращения, зато можно не пропустить момент, когда кто-то решит увеличить их количество.
Я остро почувствовал, как резко холодает в долине Караэна с заходом солнца. По спине прокатился холод, заставивший резко передернуть плечами. Как будто бутылку кока-колы из холодильника по спине прокатили.
— А кто их убил? — спросил любопытный Сперат.
— Я у них спрашивал, но они молчат, — хмыкнул Лардо.
И вот тут-то меня накрыло ещё и чувство «дежавю». Всё было как тогда, когда мы были тут в первый раз. Лардо также рассказывал нам страшные истории, и аккуратно троллил. Хорошо хоть, что сегодня ночное светило было куда ярче, и дорогу при желании можно было различить даже без факела.
— Давайте остановимся, — сказала Эглантайн, и помахала рукой. Под удивлёнными взглядами семейства Дар, которые, к счастью, держались чуть позади, на плечо Эли сел её ворон. Сейчас, когда было с чем сравнивать, я понял, какой же он здоровый — вдвое больше моей головы! Чёрная птица, поблескивая перьями в свете факела, наклонилась, и что-то тихо проскрипела на ухо ведьмы.
— Впереди кто-то есть. Они двигаются нам навстречу от Воющего Камня. Их немного, но в них есть что-то странное. Птица не может внятно описать. Они знают, где мы, потому что срезали путь через холм, — перевела Эля нам данные, принесённые её пернатым дроном.
— Назад! Возвращаемся в лагерь! — немедленно и храбро отреагировал я. Как там у Сунь-Цзы?.. «Ты сам должен выбирать место и время сражения». Или как-то так. Короче, если что-то непонятно, надо сначала свалить, и всё прояснить. Осторожность — вот моя стратегия. Вон и Коровка до сих пор ещё толком в себя не пришёл, стоит какой-то напряжённый. Обернувшись назад, я заметил, что нервно себя ведут и другие лошади.
Но удивительным было не это. Я заметил на боку Сперата то, на что не обратили внимания другие.
— Что это? — я ткнул пальцем в топор Сперата, который он подвесил к седлу. Тот самый, из сокровищницы Риалто в Орлином Гнезде. Его металл тускло светился изнутри, как странный ночник. Свет был слишком слаб, чтобы разогнать тьму, скорее, подчёркивал очертания лезвия.
— Имперская сталь, — холодно сказала Гвена. — Такого оружия много наделали, когда Имперский культ чистил Регенство от вампиров. Оно светится…
— Когда рядом вампиры, — закончил Сперат, и начал нервно оглядываться, одновременно доставая топор из кожаной петли, и щит со спины. Получилось это у него довольно ловко. От семейства Дар послышались удивленные крики. Увидели светящуюся сталь. А я заметил, что топор светится всё ярче и ярче.