Разрушенный (ЛП)

— Бл*дь! — она задыхается, наконец, выпуская мои волосы из мертвой хватки.
Мне кажется, что мои яйца вот-вот взорвутся. Я хватаю ее за другую ногу, перекидываю через плечо и продвигаюсь вверх по ее телу, погружая свой член внутрь нее. Ее ноги напрягаются вокруг моей шеи, и она издает сдавленный стон. Ее киска судорожно сжимает меня, и я изо всех сил стараюсь не кончить сразу. Злая улыбка освещает ее лицо, когда она использует мои плечи, чтобы давить на меня и врезаться сильнее. Бл*, я чертовски глубоко под этим углом, а она чертовски хорошо себя чувствует. Я сажусь и хватаю Молли за бедра, удерживая ее задницу от дивана и отказываясь от ее рычага.
— Если ты думаешь, что достигла вершины, то подумай еще раз, — я ухмыляюсь, ускоряя темп, и вбиваюсь в нее. Она тянется к подлокотнику дивана над головой, цепляясь за него, пока я безжалостно трахаю ее. Я вбиваюсь в нее, как одержимый, пока мои яйца не сжимаются, а по спине не пробегает покалывание.
— Бл*, Хьюго! — кричит Молли.
Вот и все. Я кончаю, как гребаный поезд, кричу черт знает что. Клянусь, мое зрение размывается, голова кружится, как будто я только что выпил целую бутылку текилы.
Я падаю на нее сверху, кладя голову между ее грудей. Ее кожа влажная от пота, дыхание затруднено. Когда снова могу дышать, я сажусь. Ее глаза закрыты, ее пальцы все еще сжимают подлокотник дивана. Ее волосы спутаны в беспорядке вокруг лица. Я протягиваю руку и убираю прядь волос с ее щеки. Молли открывает глаза и встречается со мной взглядом.
— Это было так хорошо, — тихо говорит она.
Я ухмыляюсь.
— Это всегда так хорошо. — Я медленно целую ее в губы.
— Правда, — выдыхает она.
Я выхожу из нее и сажусь.
— Хорошо, одевайся, мы уходим, — я ей говорю.
— Куда?
— Это Вегас. Да куда угодно.
Она хмурится.
— Если я вернусь с какой-нибудь ужасной татуировкой, я убью тебя. Это тот клуб, в который я не хочу входить.
Я улыбаюсь.
— Ты уверена, что не хочешь, чтобы мое имя было вытатуировано у тебя на заднице? Ты могла бы набить Хьюг, и тогда твоя дырочка могла бы стать буквой О.
Молли опускает руки по обе стороны от себя на диване и вздыхает.
— Вау, просто вау.
Она встает и направляется в ванную.
— Просто подумай об этом! — я кричу ей вслед, смеясь.
  
ГЛАВА 26
 
МОЛЛИ
Я стону и переворачиваюсь, щурясь от яркого утреннего света. О, моя голова! Я чувствую тяжелую пульсацию в задней части глаз, резонирующую в моих висках.
Мне действительно нужно попи́сать, поэтому убираю руку Хьюго с талии и вылезаю из огромной кровати. Медленно иду в ванную, и кажется, что комната сильно крутится. Я торопливо прохожу последние несколько шагов и добираюсь до туалета как раз вовремя, чтобы меня вырвало. Убираю волосы назад, потому что мой желудок все отвергает. О боже, это нехорошо.
К тому времени, как заканчиваю, я икаю и плачу. Я чувствую себя мерзко. Когда протягиваю руку перед собой, чтобы опустить сиденье в туалете, я замечаю огромный гребаный камень на моем пальце. О, черт возьми, нет. Я вытираю слезы с глаз, чтобы лучше видеть. На безымянном пальце моей левой руки бриллиант, чертовски большой бриллиант. Уже одно это заставляет меня с трудом дышать, но моя гипервентиляция возникает из-за тонкой серебряной полоски рядом с ним. Обручальное кольцо.
Я отчаянно вскакиваю на ноги и промываю рот в раковине, прежде чем ворваться обратно в спальню.
— Хьюго! — Он почти не двигается.
Пожалуйста, скажи мне, что вчера вечером я хотя бы вышла за него замуж, а не за кого-то другого. Я ничего не могу вспомнить. Почему я не могу этого вспомнить? Я не должна, блин, забыть, как я вышла замуж. Постойте, может я не вышла замуж, может, это просто кольца. Я снова смотрю на них. Это чертовски большой бриллиант.
Хватаю его левую руку и поднимаю ее. На его левой руке толстая серебряная полоска. Хорошо, дыши. Все хорошо. Какой здесь наихудший сценарий? Я вышла замуж за Хьюго, и теперь он проснется и взбесится, потому что еще три месяца назад у него даже не было девушки! Бл*дь.
 
Хьюго шевелится, широко открывая глаза.
— Привет, Сладкая, — хрипло говорит он, берет меня за руку и тянет на кровать рядом с собой. Он обнимает меня, сжимая мою грудь.
— Хьюго, нам нужно поговорить, — бормочу я.
— Хммм, — он бормочет мне в волосы. — Я трахаю, а ты говоришь.
— Нет, я говорю о том, какого хрена я ношу обручальное кольцо. — Я поднимаю руку, буквально отсчитывая секунды, пока он не взбесится, не выбежит из гостиничного номера и не вылетает в окно.
Хьюго приоткрывает глаз, и его брови сдвигаются, когда он изучает кольцо. Затем он поднимает свою руку.
— Ха. — Вот и все, да. Я жду полного волнения, но этого не происходит. — О да, я это помню.
— Ну, блин, нет! — я кричу.
Он вздыхает.
— Ладно. Ты сказала, что я задолжал тебе поездку в Тиффани, потому что это был твой день рождения, и ты помогла мне выиграть все эти деньги, — он говорит сквозь зевок.
— Что, кстати, я выиграл сам. В общем, я отвел тебя в Тиффани, как верный парень, и купил тебе это кольцо. Женщина подумала, что это обручальное кольцо, поэтому я встал на одно колено в магазине. Ты сказала «да», и я взял тебя в жены
— Это был Элвис? — спрашиваю, съеживаясь.
— Черт возьми, да, это был Элвис, — он говорит, улыбаясь.
— О, боже. Лилли убьет меня. — Просто разорвет мои внутренние органы.
Хьюго пожимает плечами.
— Так ты собираешься со мной заняться сексом, женушка? — спрашивает он с ухмылкой.
Я прижимаю руку к его груди, когда он пытается притянуть меня ближе.
— Подожди, вот и все. Ты больше ничего не скажешь? — я спрашиваю.
— Нечего сказать.
— Хьюго, это большое дело. Мы поженились, будучи пьяными.
На его лице снова появляется смущенное выражение, и он тянет меня, пока я не оказываюсь на нем, оседлав его тело.
— Почему это так важно? Это ничего не меняет. Я все еще люблю тебя. — Хьюго дерзко улыбается, касаясь губами моего горла. — Я все еще хочу тебя. — Он дышит, касаясь губами моего уха. — И я все еще хочу тебя трахнуть. Действительно, очень сильно.
Мое тело тает против него, мои глаза закрываются, и я наклоняю шею, давая ему лучший доступ.
— Ты просил меня выйти за тебя замуж? — я спрашиваю.
— Ага. — Он кусает меня за мочку уха.
— Зачем?
— Потому что я был пьян. — Он смеется.
— Ух ты, романтические основания для брака, — я вздыхаю. — Хьюго, мы можем аннулировать это…
Хбюго хватает меня за подбородок и откидывает мое лицо назад, пока я не встречаю его взгляд.
— Почему я должен аннулировать его? Я люблю тебя, Молли. Ты мой лучший друг. — Мое сердце тяжело бьется о ребра.
— Я тоже тебя люблю, — выдыхаю я, прежде чем поцеловать его.
  
ЭПИЛОГ
 
МОЛЛИ
Если бы вы сказали мне полгода назад, что я выйду замуж за Хьюго, я бы рассмеялась. Черт, я бы рассмеялась, если бы вы сказали мне, что Хьюго женится, точка.
Прошло три месяца, а он лучший муж, которого могла бы пожелать девушка. Я вышла замуж за своего лучшего друга, за мою неожиданную вторую половинку. Он не любитель сердечек и цветов, и я бы не хотела, чтобы он им был, потому что любовь не проявляется в жестах, она проявляется в мелочах, повседневных вещах, которые мы принимаем как должное.
Может, он и не очаровательный принц, но это моя совершенно испорченная версия.
Любовь и счастье — одно и то же, одно без другого не может существовать.
 
Иногда мы должны рискнуть всем ради любви, ради того всеобъемлющего чувства, к которому стремились многие до нас, за которое войны велись, а люди умирали.
Любовь — это то, чего мы больше всего жаждем, сама причина нашего существования.
Можете называть меня романтиком, но я верю, что любовь побеждает все… в конце концов.