Разрушенный (ЛП)

— Он мой друг, — защищаясь, возражаю я. — Я также скучаю по Алексу, потому что люблю Алекса.
Лилли закатывает глаза.
— Пожалуйста. Когда ты трахала Хьюго, все, что я слышала, было «это просто весело», а теперь «мы друзья». Я не говорю, что вы должны что-то поменять, на самом деле определенно ничего не делайте. Я просто думаю, что проводить много времени с Хьюго не нормально, так как ты встречаешься с Алексом. Знаю, ты любишь Алекса, и у вас, ребята, настоящее будущее. Но этого никогда не будет с Хьюго. А инцидент перед его отъездом? Такое дерьмо будет происходить и дальше, потому что втайне ты хочешь его, но просто не можешь признаться себе в этом.
— Я… это не так. Это была пьяная ошибка.
Я начинаю паниковать при мысли о том, что мне придется исключить Хьюго из моей жизни. У нас все сложно, иногда наши отношения искажаются, но этот мужчина меня радует.
— Так ты хочешь сказать, что ты и Хьюго полностью платонические друзья? — Лилли спокойно меня спрашивает.
— Да.
— Хоть ты и трахала его, и, честно говоря, Мол, он остановился только потому, что ты поймала его с проституткой.
— Да, но…
— Когда ты все время знала, что он кобель и что у вас нет будущего.
— Это было просто…
— Весело, я знаю, — Лилли меня прерывает. — Он трахнул тебя однажды, а теперь он делает это снова, только по-другому. Ты рискуешь испортить все с Алексом. Он того стоит?
Я знаю, что ответ должен быть отрицательным, и причина, по которой Хьюго не такой… в том, что я влюблена в него и сделаю все, чтобы он оставался в моей жизни. Дерьмо!
Лилли садится и переплетает мои пальцы со своими, ее лицо внезапно становится серьезным.
— Я говорю это потому, что забочусь о тебе. Ты не такая, как я, Молли. Ты влюбляешься быстро и без оглядки. Я завидую тебе, но очень волнуюсь за тебя. — Она смотрит на меня, и ее взгляд смягчается. — Однажды он причинил тебе боль, и я не хочу, чтобы это повторилось. — Затем Лилли тихо шепчет: — Алекс тебе подходит, и он тебя любит.
Я не могу ответить. Мой разум отчаянно пытается отвергнуть то, что говорит мне сердце, потому что я не хочу любить Хьюго.
— Я влюблена в Хьюго, — я оцепенело шепчу.
Лилли крепко обнимает меня одной рукой, второй она поглаживает мое лицо.
— Мы всегда любим плохих парней, детка, и ничего не можем с этим поделать.
Мне так хочется, чтобы все было наоборот.
Мальчики вернулись сегодня, и у меня будто образовался узел в животе. Забавно, как четыре дня могут внезапно все изменить. Когда они улетели, я думала, что машу рукой своему парню и другу, но теперь… теперь я не знаю, кто для меня кем является. Бедный Алекс застрял посередине, а я чувствую себя самым дерьмовым человеком в мире. Господи, это считается эмоциональной изменой или что-то в этом роде?
Я вижу только один выход из сложившейся ситуации. Один из способов, при котором никто не пострадает… кроме меня.
Я пишу Хьюго и прошу встретиться. Я не знаю, что ему скажу, но этой извращенной дружбе нужно положить конец. Он как героиня моей повседневной жизни, и я цепляюсь за это волнение, которое он доставляет, как гребаный наркоман. Я всегда буду для него такой: приземленной, хорошей девочкой. В этом нет никакой пользы ни для него, ни для меня. Хьюго нечего терять, но мне есть, потому что, несмотря ни на что, я тоже люблю Алекса. Я не знала, что можно любить двух людей одновременно, но могу сказать вам, что потеря любого из них разрушит меня.
Я столько раз пыталась забыть Хьюго, и каждый раз он просто пробивался ко мне. Единственный способ навсегда прекратить то, что между нами, — это отвергнуть меня, потому что у меня нет силы воли, чтобы держаться на расстоянии от него.
Моя рука дрожит, когда я нажимаю кнопку вызова. Хьюго не берет трубку, просто отпирает защелку входной двери. Я поднимаюсь по единственному лестничному пролету, уговаривая Гэри подняться на каждую ступеньку. Бедный засранец изнуряется к тому времени, когда достигает вершины. Я даже не успеваю постучать, когда дверь распахивается, и Хьюго обнимает меня. Я радуюсь от теплых объятий, вдыхая такой знакомый запах, и мурашки бегут от его нежного прикосновения. Все в нем напоминает мне о счастье, о потрясающих оргазмах и часах смеха. Почему мой разум так поступает? Почему я не могу вспомнить, каково было найти его с проституткой? Почему не могу понять, что, что бы я ни чувствовала к нему, он, вероятно, трахнул каждую проститутку в Вегасе за последние четыре дня?
 
Я собираюсь с силами и отстран6яюсь от него, не сводя глаз с Гэри. Хьюго отпускает меня и тянет в квартиру.
— Ты скучал по мне?
Я собираюсь ответить, когда понимаю, что он разговаривает с Гэри, который ерзает и ворчит у моих ног. Хьюго похлопывает большую собаку по спине и, шаркая, Гэри уходит в квартиру, а его поводок волочится за ним.
— Хочешь выпить? — спрашивает Хьюго.
— Гм, воды, пожалуйста.
Я не хочу пить, но мне просто нужны несколько секунд, чтобы собраться. Последние двадцать четыре часа я обдумывала нашу ситуацию и до сих пор не знаю, что сказать ему.
Хьюго идет на кухню, и я иду вслед за ним. Я смотрю, как он протягивает руку и берет стакан, его футболка приподнимается при этом движении, обнажая полоску подтянутого живота и маленькую татуировку на бедре. Я тяжело сглатываю, у меня учащается пульс. Бл*дь. Мне нужно собраться и перестать смотреть на него, как на куклу.
Выхожу из кухни и в конечном итоге зависаю в дверном проеме. Гэри забрался на диван и крепко заснул.
— Ну вот. — Я оборачиваюсь на звук его голоса.
— Мне надо поговорить с тобой, — я быстро проговариваю.
Хьюго приподнимает бровь.
— Хорошо.
Он прислоняется к дверному косяку, скрещивает руки на мускулистой груди, и футболка натягивается на руках. Он хорошо выглядит. Слишком хорошо.
Я не знаю, что ему сказать. Я знаю, что то, что я чувствую, — это глупость, и понимаю, что это ничего не изменит, но мне необходимо, чтобы он знал. Мы уже танцевали этот танец раньше: я его отталкиваю, или он отталкивает меня, но нам всегда кажется, что мы возвращаемся друг к другу. Я больше не могу продолжать возвращаться обратно. Это несправедливо. Мне нужно услышать, как Хьюго отвергает меня раз и навсегда. Я хочу, чтобы мое глупое сердце осознало, что Хьюго никогда не изменится. Я никогда не стану ему кем-то большим, чем развлечение. Мне нужно, чтобы он ушел от меня, потому что я не смогу уйти, а мои чувства к нему ставят под угрозу любое будущее, которое у меня может быть с Алексом.
Алекс. Он заслуживает гораздо лучшего. Он заслуживает мира. Я ужасный человек.
— Мне надо поговорить с тобой, — я начинаю заикаться.
Он кивает.
— Ты уже сказала это.
— Ага. Да.
Боже, почему это так чертовски сложно? Просто скажи это уже!
— Хорошо, я тебе кое-что скажу. Это ничего не значит, хорошо? Не как заболеть крапивницей и не заразиться СПИДом из-за того, что ты решил трахнуть триста проституток, так что выкинь следующие слова из головы, — я начинаю издалека.
— Хорошо, теперь мне страшно. — Хьюго улыбается.
— Хорошо… — Дерьмо. Дыши! — Я тебя люблю. — Бл*, я думаю, что меня стошнит.
   
ГЛАВА 15
 
ХЬЮГО
— Я тебя люблю, — она выпаливает это так быстро, что я не уверен, правильно ли ее расслышал, но выражение лица Молли говорит мне, что она только что сказала именно это. Она побелела, и теперь выглядит так, как я.
— Ты любишь меня? — медленно спрашиваю я, перебирая слова.
Она кивает, прижимая руку к животу, как будто пытается сдержаться. Она не может меня любить. Это просто смешно. Какого хрена она любит меня? Я даже не знаю, что такое любовь. Я чувствую, что вернулся в свою гостиную шесть месяцев назад, когда она сказала мне, что я ей нравлюсь. Все мысли, которые у меня были тогда, возникают и сейчас. Она слишком хороша для меня. Какого хрена я позволил ей думать, что это нормально — любить меня?