Огненные Богоборцы (СИ)

С этими словами он окликнул возницу, плетущегося рядом с нами на крестьянской телеге:
— Эй! Что тут творится? Случилось что? Толпа какая-то странная. Разве до этого здесь народ собирался?
— Да нет, — ответил возница, — это позавчера городские начали, правда, уже после обеда, собрание в городе говорят. Важные шишки собираются в столице, по слухам будут обсуждать войну. Главы Эраона ищут себе союзников в войне против Империи. Вон видишь, — чумазый возница указал вперед, где через десяток повозок от нас покачивалась пёстрая крыша богато украшенной кареты, — вот из-за них и происходит затор.
Он хотел было добавить что-то ещё, но, видимо, передумал и просто махнул рукой, словно хотел сказать — ну и дураки же эти хозяева. Непонятно, осуждает он их или нет. Да мне, если честно, было фиолетово. Не в том я состоянии, чтобы осуждать кого-то. Меня больше заинтересовала та самая карета, что продвигалась впереди.
Вокруг неё ехали несколько всадников в доспехах — видимо, это была охрана сопровождения приглашённых на совещание важных гостей. Несмотря на заметный эскорт, дорога всё равно казалась страшно оживленной — и охране стоило больших трудов чтобы прокладывать дорогу себе и карее в гудящей и толкающейся толпе.
Сквозь головы лошадей мне удалось разглядеть герб, красующийся на карете — белый единорог с огромным рогом, устремлённый ввысь и вписанный в голубой круг. Интересно, кто сидит в ней, небось какая-нибудь знатная особа? Судя по тому, как ажурно и изящно выглядит карета, никак не меньше принцессы. Надо бы посмотреть на неё саму — говорят, что они обычно красивые и богатые, но я никогда не видел здесь ни одной дамы из высшего общества.
Конечно, мы никак не могли бы обогнать и поравняться с ними, поскольку каждый метр пространства впереди между нами был занят другими экипажами и человеческой толчеёй. Единственное, что если бы я слез со своей телеги и решил бы догнать их пешком, но мне не хотелось привлекать к себе внимания, несмотря на то что весь поток двигался со скоростью дряхлого одноногого гнома.
Ранее я уже видел сторожевые башенки, между которыми по идее должны быть ворота — ехать до них при таком темпе около получаса. Тем временем солнце уже приблизилось к горизонту и по небу поползли длинные красные полосы, предвещающие скорое наступление вечера.
Я лениво наблюдал со своего места за процессией продвигающейся впереди и почти засыпал от монотонности мелькающих перед моими глазами повозок и человеческих голов. Все стремились попасть в город до наступления ночи, когда ворота городские ворота закроются и для простолюдинов не останется ничего другого, как заночевать в захудалом трактире перед городом или же прямо под городскими стенами.
Впереди нас, но немного позади кареты я заметил странную фигуру человека — замотанного в серый плащ до самых пят. Выглядел незнакомец весьма странно — он, похоже, не испытывал никакого неудобства от жары и не обращал никакого внимания на окружавшие его звуки, его голова в капюшоне была низко опущена, а руки спрятаны под полами плаща.
Моё внимание привлекла его неестественность, что-то отличало его от других, не вписывавшегося в картину суетящихся вокруг людей. Он шёл уверенной твёрдой походкой и очень целенаправленно, будто локомотив, который неуклонно двигался вперёд по рельсам. Через несколько секунд я заметил ещё нескольких человек, идущих по сторонам — они были одеты также, как и тот странный незнакомец.
И в следующую секунду я увидел, то, от чего у меня округлились глаза от удивления, а рот раскрылся в немом крике — всё произошло настолько быстро, что я даже не успел закричать или предупредить. Незнакомец, распахнув плащ скинул его на землю и в несколько быстрых движений запрыгнув на соседнюю с каретой повозку — замахнулся рукой и в следующее мгновение вечерние сумерки озарила вспышка, а затем громкий хлопок и карета утонула в клубах дыма.
От неожиданности толпа вокруг завизжала и бросилась врассыпную, лошади испуганно ржали и били копытами, начался натуральный хаос и беспорядок. Но мне не было до всего этого никакого дела — мой взгляд был прикован к двум спутникам этого человека. Они в отличие от других никуда не бежали и не паниковали — точно также скинув плащи они направились к карете, дым над которой почти рассеялся, а в их руках я увидел короткие копья.
 
Подойдя с двух сторон вплотную к всадникам эти двое, не говоря ни слова вонзили свои копья в сочленения между латами — из которых тут же брызнула кровь. Всадники дернулись в предсмертных судорогах — не успев даже выхватит мечи и повалились на землю. Я с ужасом и отвращением глядел на происходящее, но к счастью оставшиеся в живых рыцари успели оправиться от шока и взять в руки оружие.
Всадники-телохранители подскочили к ним за секунды и все было кончено — трое нападавших тут же оказались убиты на месте. Конвоиры и карета, оказались зажатыми со всех сторон повозками и телегами — возницы которых убежали прочь сразу же как только произошло нападение. К тому времени дым уже рассеялся, и я увидел, что многие лошади на дороге были покалечены или убиты — в том числе и запряженные в карету. После взрыва вокруг них впереди образовалось свободное пространство в несколько метров, когда соседние телеги перевернуло взрывом на обочину.
Похоже, что целью бомбометателя была не карета, а именно шестёрка лошадей — везущих экипаж со знатными особами, а копьеносцы видимо должны были затыкать аристократов через открытые окошки, но не успели. Попав в ловушку, конвоиры спешились с лошадей и выставив перед собой щиты обступили карету — заняв оборонительную позицию в ожидании повторного нападения.
У меня перехватило дыхание — несмотря на весь трагизм ситуации, меня разбирало глупое детское любопытство — что будет дальше. Всё же не каждый день доводиться увидеть подобное своими глазами.
Неизвестно, когда мой кучер успел спрыгнуть с козлов и теперь я слышал, как он, внизу пригнувшись к земле — успокаивал свою лошадь, напуганную взрывом. Я же сидел неподвижно в повозке и наблюдал через щель между досками за происходящим и кроме нас здесь больше никого не было — вся толпа рассосалась за какие-то секунды, как если бы вдруг волшебная сила перенесла всех на несколько километров.
Дистанция от меня до кареты составляла около десяти метров и в наступающих сумерках я мог хорошо видеть, как последние лучи солнца сверкали багровыми красками на блестящих латах обступивших карету рыцарей. В воздухе сгущалась вечерняя синева и постепенно вокруг стало тише, и только неподалеку лаяли собаки. Скоро солнце окончательно скроется за горизонтом и здесь наступит непроглядная тьма.
До того, как произошло нападение мы успели въехать в какой-то пригородный район с плотной застройкой, и теперь по бокам от дороги на расстоянии пятнадцати-двадцати метров с каждой стороны возвышались двухэтажные дома. Должно быть жители попрятались и теперь даже бояться высунуть носа на улицу. По правую сторону дороги стоял двухэтажный особняк с каменным первым этажом и небольшими окнами, а на втором этаже широкий балкон на всю длину стены, закрытый белыми занавесками, колышущимися на ветру.
Я небрежно скользнул по нему взглядом и не поверил своим глазам — между занавесками на перилах торчал арбалетный болт, а если быть точнее, то я мог бы поклясться, что он заряжен в арбалет и сейчас неизвестный спустит тетиву. На этот раз я уже был готов и не стал ждать, когда это произойдет.
— Арбалет! Балкон справа! — закричал я, что есть силы и одновременно с этим услышал, как щелкнула тетива арбалета.
Но похоже, что я успел и предупрежденные телохранители вовремя подняли щиты, так что арбалетный болт лишь с глухим звоном отскочив от них, упал на мостовую. Меньше чем за пару секунду после этого раздался второй щелчок и на этот раз болт, выпущенный из арбалета, вонзился прямо в шею одного из телохранителей с левой стороны кареты.
Нападающий не один — у него есть напарник, засевший по другую сторону дороги. Ничего не скажешь, хорошую они устроили засаду — теперь атакуемые зажаты на небольшом пятачке и представляют собой лёгкую мишень для убийц — прямо как зайцы в тире, честное слово. Организаторы данного покушения профессионалы высшего класса и действительно очень серьезно подготовились. Первая тройка выполнила свою часть задачи пусть и посмертно, а на этот случай организаторы-планировщики предусмотрительно выставили ещё и арбалетчиков, чтобы уже наверняка добить всех кто остался в живых.