Пепел и пыль (СИ)

— А иначе, страж из тебя так себе, — произносит Бен.
Что ж, разумно.
Больше мы ничего не успеваем сказать, потому что приходит тот, кого ждала Полина. Я понимаю, что это он, когда мужчина останавливается за спиной Полины и чмокает её в макушку.
— Привет, — мягко произносит он. Затем поднимает глаза на нас. — И вам!
— Привет, — почти хором отвечают все.
Кроме меня, потому что я понятия не имею, кто это, и Бена. Тот бубнит что-то вроде «Здрасте», а после этого ещё и томно вздыхает. Мне приходится наклониться ближе к столу, чтобы взглянуть на него. Бен сидит, выпятив челюсть, и разглядывает свои руки.
Надулся, как маленький.
— Это Слава, — представляет меня Полина, когда мужчина опускается на стул. — А это Максим.
— Очень приятно, — произносим мы одновременно.
Когда он улыбается, я вижу ямочки на его щеках и мелкие морщинки в уголках глаз. Сложно сказать, сколько ему лет, но он явно старше остальных.
— Макс — куратор «Омеги», — шепчет мне на ухо Нина, подловив момент, когда все перестают акцентировать внимание на подошедшем. — Они с Полиной встречаются.
— Сколько ему лет? — так же тихо спрашиваю я.
— Двадцать три, — неуверенно отвечает Нина. — Или двадцать четыре. Что-то около того.
Я бегло осматриваю этих двоих. Ребята — типичные влюблённые. Максим глаз не сводит с Полины, даже садится боком к остальным. А Полина, в свою очередь, только и делает, что краснеет.
— Я всё, — скрипит стул, Бен встаёт с места. — Пора возвращаться к тренировкам.
В этом его энтузиазме проглядывается другой, пока скрытый от меня, смысл. Но по тому, как Полина виновато провожает его взглядом, кое-что становится ясным — между этими двумя что-то было. И, похоже, это «что-то» не очень хорошо закончилось.
По крайней мере, для Бена.
— Ты готова? — спрашивает меня Нина.
Я киваю и отодвигаю от себя тарелку.
— Снова имитационная комната?
— Надеюсь, что нет, — бросает она равнодушно.
Однако я понимаю, что не мне одной не по душе от мысли, что придётся туда вернуться.
Нас прерывает сигнал. Дребезжание напоминает трель будильника, разве что с тревожными нотками. Несколько секунд — и всё замолкает. Я оглядываюсь по сторонам. Те, кто на мгновение перестали есть или общаться, снова возвращаются к своему занятию, как ни в чём не бывало. Только ребята рядом со мной вдруг становятся очень серьёзными.
— Пошли, — Нина встаёт со стула так резко, что он падает назад. Хватает меня за руку. — Ну же!
— В чём дело?
Нина тащит меня, словно собаку на поводке. Я едва поспеваю за ней. Мы заходим в гостиную.
— Что-то случилось, — говорит она.
Тут уже сидят Виола с Рэмом и молодой человек, которого я вижу впервые. Именно с ним наши взгляды сразу пересекаются. Он мне улыбается. У него непропорционально большие карие глаза. Я сомневаюсь, отвечать ли ему тем же.
Но больше всего меня пугает расхаживающий взад-вперёд Дмитрий.
— Слава, Нина, — кивает он, как только замечает, что мы вошли.
Происходит это, кстати, не сразу. Мы успеваем сесть на диван, а Нина ещё и перекинуться парой фраз с Виолой.
Так мы узнаём, что никто ещё не в курсе причины общего сбора.
Гостиная быстро заполняется народом. Я замечаю, что присутствуют только члены оперативных команд и кураторы. Разве что Лены нет. А я наоборот лишняя.
Последними заходят Максим и две женщины. Одна — блондинка в кожаной куртке — мне незнакома. А вторую — женщину в строгом чёрном костюме — я знаю слишком хорошо.
— Лидия Юльевна? — от удивления я даже встаю.
В образовавшейся тишине мой голос звучит непростительно громко. Лидия Юльевна улыбается и кивком приветствует меня. Я поняла, что она знает, ещё тогда, в школе, и всё же сейчас, когда я вижу подтверждение догадок своими глазами, мне вдруг становится нехорошо. Я неотрывно слежу за тем, как она подходит к Дмитрию и что-то шепчет ему на ухо.
— Я так и думал, — доносится до меня его голос.
Дмитрий выходит в центр гостиной. Блондинка в кожаной куртке закрывает дверь изнутри. Нина дёргает меня за рукав и требует, чтобы я села. Слушаюсь и резко опускаюсь обратно на диван.
 
— Сегодня с утра были неполадки с системой, — начинает Дмитрий. — Как оказалось, это было вызвано выбросом иной энергии в черте города.
Дмитрий замолкает. Мне приходится крепко сцепить пальцы в замок, чтобы прогнать желание задать вопрос.
— Систему удалось восстановить, и наши датчики тут же определили источник этого выброса… Новости неутешительные. Это новый портал.
И вот тут происходит то, чего мне так не хватало. Живая реакция. Люди в гостиной начинают шушукаться, перебивать друг друга. Через некоторое время кто-то даже переходит на крик.
— Ещё портал? — улавливаю я вопрос Бена.
— Да. Такой же, как и призма, только односторонний, — отвечает Лидия Юльевна.
— И куда он ведёт?
— В Огненные земли.
Все замолкают.
— Как это вообще могло произойти? — Это Максим.
Он скрещивает руки на груди. Максим больше не кажется мне милым и беззаботным. Я перевожу взгляд на Полину, сидящую на ступеньках лестницы. Она нервно дёргает ногой.
— У нас есть пара предположений, — начинает Лидия Юльевна.
Но Дмитрий тут же её перебивает:
— И одно хуже другого. Нам нужно, чтобы вы отправились на место и проверили, что собой представляет этот портал и сколько раз через него совершали проход в обе стороны.
— Кто пойдёт? — интересуется Бен.
Он стоит у окна, сунув ладони в карманы штанов и упершись спиной о подоконник.
Дмитрий молча переводит взгляд на Татьяну. Та кивает:
— Все оперативные защитники. Пока мы не знаем масштаб угрозы, лучше перестраховаться. И два миротворца. Нужно отправиться к Доу и её людям и выяснить, известно ли ей что-либо об этом портале.
— Кто такая Доу? — спрашиваю я у Нины.
Но вместо того, чтобы ответить, она отмахивается от меня, как от надоедливой мухи. Тогда я осматриваю всех, кто сидит поблизости, в поисках хоть одного расслабленного лица, которое смогло бы мне пояснить. И снова тот большеглазый парень. Он наклоняется вперёд и кивает — знак. Я делаю то же.
— Доурина — глава огненного народа, — шёпотом поясняет он. — Фениксов.
— Спасибо.
— Не за что. Меня Саша зовут.
Теперь причислить его к одному из направлений у меня труда не составляет. Красные джинсы, серая футболка с подвёрнутыми рукавами и рваным горлом: Саша — миротворец. Если он тут, значит состоит в одной из оперативных групп. В «Альфе» — Марк, в «Бете» — Полина. В «Дельте» после смерти друзей Вани никого кроме него самого, нет. Значит, Саша с Лизой и Рэмом в «Омеге».
— Слава.
Саша скребёт заросший щетиной подбородок. Затем весело мне подмигивает.
— А что она тут делает?
Я напрягаюсь. Говорят обо мне — это точно. Оглядываюсь. Вопрос задала та самая блондинка в чёрной кожаной куртке. На вид ей ближе к тридцати. Она указывает на меня пальцем.
— Я подумала, что ей будет интересно, — несмело произносит Нина.
Блондинка прыскает. Татьяна, сидящая на подлокотнике дивана, хватает её за руку.
— Оль, — произносит она. — Спокойнее. Это Слава. — Татьяна бросает косой взгляд в сторону Дмитрия. — Романова.
Странно, но моё имя в качестве аргумента действует. Та, которую назвали Олей, пристально разглядывает моё лицо.
— С кем ты проводишь сегодняшний день? — спрашивает она у меня.
Взгляд у неё тяжёлый; меня к дивану им будто прибило.
— С защитниками.
Получив ответ, Ольга поворачивается к Дмитрию.
— Что ж, тогда, я думаю, ей стоит отправиться вместе с Беном, Ниной и Лизой, — спокойно сообщает она.
— Исключено, — Дмитрий отвечает мгновенно.
— На тренировке в зале она уже была, — вмешивается Татьяна.
— Помимо опергрупп, у нас есть и другие хорошие защитники, которые могут рассказать Славе о своей работе.
Дмитрий непреклонен. Его забота меня раздражает, но я не думаю, что имею права перечить. Однако находится человек и с кардинально противоположным мнением — Бен. Он делает шаг вперёд и говорит: